Игра в пустяки, или «Золото Маккены» и еще 97 советских фильмов иностранного проката - Денис Горелов

Чехословакия – ГДР, 1973, в СССР – 1975. Tri orisky pro Popelky. Реж. Вацлав Ворличек. В ролях Либуше Шафранкова, Павел Травничек, Рольф Хоппе. По сказке Божены Немцовой. Прокатные данные отсутствуют.

Сиротка живет с мачехой и хамкой-сестрой в отцовском поместье на птичкиных правах. У проезжего короля принц совсем отбился от рук, и надо его женить. Парень против: «Ты-то сам на маме женился, а мне все каких-то чужих теток сватаешь». Все у всех плохо. Все у всех будет хорошо.

«Золушка» – главный девчачий шлягер всех времен. Приживальство, скромность и кротость. Чечевица. Метла. Прыжок к звездам через удачный брак по любви. Посрамление кулацкой полуродни. Дворцовая лестница как символ классовых лифтов, пролетаемых удачницами за один ход в дамки. И – «в нашем классе есть мальчишка, красив, как алая заря». Принц. Глаза, как яхонты, горят. В белую березу был тот клен влюблен. Да при всей такой малине-хохломе добрых полсюжета стоит на платьицах-зеркальцах-туфельках-шлейфиках – тем, что ныне зовется волшебными словами «шопинг» и «лакшери» и чему уделяет столько непроизводительного метража «Секс в большом городе». Перро был гений шекспировских кондиций: десять сюжетов и все – архетипы. Но Золушка и среди них – жемчужина повыше котов-в-сапогах и мальчик-с-пальчиков. На ней без ущерба для оригинала ткут свой узор национальные литературы: у нас – Шварц, у немцев – братья Гримм, у чехов – классик ХIХ века Божена Немцова (канальи-чехи прикарманили сюжет, как Толстой Буратину, а дед Корней Айболита, – даже не упомянув Перро в титрах!). Как и подобает аграрной нации, чешская Золушка – подлинное дитя природы: скачет на коне Юрашеке (отцов подарок), дружит с горлицей, совой, песиком и кошечкой, постреливает из арбалета мелких хищников и дразнится на принца белочкой с веточки. Притом к живности относится по-свойски, без елея дворянских белоснежек: стрела в бок затравленной лисице стала жестким контрастом привычному для вегетарианского кино дирижированию струйками и подкармливанью ежиков с ладони. Фею сократили во избежание лишней бабской конкуренции (как в пересказе братьев Гримм). Три орешка с приданым свалились на Золушку, по обычаю, с неба. Принца принес серый в яблоках конь. Благословляющую на бал балладу спел за кадром сам Карел Готт, всем принцам принц в белых штанах с золотой отделкой. На двух конях поскакали влюбленные белыми снегами к счастью: он в парчовой тирольке с султаном, белом плаще с оторочкой и рубашечке с манжетами, а она в розовой кисее с плечиками (вытачки здесь и здесь, снизу до пят, спина голая), белой горностаевой шубейке и диадеме в каштановых волосах (стоячий шиньон, пряди по обоим вискам серпантином).

Чехи никогда не были мужской нацией и ничего не знали про молот и меч. Но девчонкам в душу влезть умели.

Одни фамилии Травничек и Шафранкова чего стоят.