Rammstein. Горящие сердца - Торстен Шац

интервью с бывшим главным редактором журнала Metal Hammer Робертом Мюллером (1996–2001)

Роберт Мюллер, 1967 года рождения, с 1993 по 2001 г. работал в команде журнала Metal Hammer, где последние пять лет занимал пост главного редактора. О Rammstein он впервые услышал в 1994 году и с тех пор активно следил за группой и написал в Metal Hammer обзор первых трёх альбомов. Сегодня Роберт Мюллер – шеф-редактор женского журнала Celebrity.

ВОПРОС: Роберт, помнишь ли ты, когда и где ты впервые услышал про Rammstein?

МЮЛЛЕР: Да, это было летом 1994 года в рамках музыкального мероприятия POP KOMM в Кёльне. Тогда ещё совсем зелёный менеджер Rammstein Эммануэль Фиалик, или просто «Эму», сунул мне демо-запись своих новых подопечных. На демо было шесть треков, очень похожих по звучанию на вышедший позднее дебютный альбом Herzeleid. «Эму» был очень взволнован и сказал мне: «Мальчики выросли!» В то время он как раз был в поисках студии звукозаписи для группы. У меня были связи во многих лейблах, и он надеялся, что я помогу ему в поисках.

ВОПРОС: Каково было первое впечатление от звучания Rammstein?

МЮЛЛЕР: Для меня это была последовательная смесь стилей Laibach и Die Krupps с немецкими текстами. Двух команд, которые мне, впрочем, очень нравятся! Одновременно с этим мои уши улавливали индастриал, которого до тех пор просто не существовало в такой форме. Как бы то ни было, я был весьма очарован демо-записью. И я был далеко не единственным, потому что эти шесть треков вызвали большой интерес в музыкальной индустрии. Компании устроили настоящую битву. Казалось, что почти каждая из них была готова подписать контракт с группой. Ведь идея «Эму» и Rammstein с самого начала состояла в том, чтобы продать не только музыкальный концепт, а уже имеющийся тогда полноценный продукт, состоящий, в том числе, из шоу и имиджа.

ВОПРОС: Приходилось ли тебе самому прилагать какие-либо усилия, чтобы Rammstein пришли к успеху?

МЮЛЛЕР: Нет, это всё произошло само собой. Молниеносному успеху поспособствовало и то, что Rammstein первые два года своего существования чуть ли не постоянно были в турах, затем в основной программе разных коллективов, таких, как Project Pitchfork, а вскоре и сами стали гвоздём программы. Я увидел Rammstein в качестве хедлайнеров в 1996 году, они меня весьма впечатлили, в то время как в прессе на тот момент мало писали о группе и их концертах. Тогда на старте были некоторые трудности.

Однако мы в Metal Hammer всегда с уважением писали о группе и их карьере. Также по причине того, что классические читатели нашего журнала и люди с улицы подходили к нам и говорили: «Мы видели их живое выступление! Напишите что-нибудь о них, они такие крутые!» Естественно, такой журнал, как Metal Hammer, должен реагировать на подобные просьбы, и, в конце концов, мы приобрели репутацию субкультурного издания.

ВОПРОС: В любом случае, поверил ли ты в невероятный прорыв группы сразу же после первого прослушивания?

МЮЛЛЕР: Нет, по крайней мере, не в таких масштабах. Все же мне сразу стало ясно, насколько амбициозна эта группа, насколько умна. И при этом абсолютно уникальна и в музыкальном, и в концептуальном плане в немецкоязычном пространстве.

ВОПРОС: Следовательно, на твой взгляд, аспект имиджа и маркетинга играет важную роль для Rammstein?

МЮЛЛЕР: И сама группа, и их менеджер до сих пор решительно оспаривают этот момент, но, конечно же, они всегда умело обыгрывали различные стратегии. Причём правильно утверждать, что на публике Rammstein – это машина, которая сама себя смазывает. В жизни это шесть парней, которые заметно отличаются от тех, что выступают на сцене. И всё же они отлично проводят различия между обеими жизнями.

За Rammstein стоит инсценированный – и поистине завораживающий для наблюдателя извне – фасад. В СМИ и среди фанатов гуляет множество слухов и историй, что вновь и вновь подогревает интерес публики, Rammstein продолжают диалог. И эта «звёздность» абсолютно подходит ребятам, они отлично разыгрывают свои роли и также вросли в концепт. Кроме того, они поддерживают классическую продвинутую культуру. То есть: они зачастую делегируют грамотных людей, которые нужны им для того, чтобы продолжать диалог. Это крайне заинтересованные люди, которые прекрасно понимают свою работу. Но, как я уже сказал, по мне, это всё не отталкивает, а, скорее, восторгает. Rammstein обеспечили себе высший класс!

ВОПРОС: И вновь возвращаясь к первому демо Rammstein, которое ты послушал: как ты оцениваешь запись с позиций сегодняшнего дня?

МЮЛЛЕР: Это был действительно сырой материал, но при этом убедительно демонстрировавший то, что должен собой представлять концепт Rammstein. Для меня эта претензия группы была неповторимой, во всяком случае, в отношении сочетания звука и текстов. Лёгкое сбивание с толку, беспорядочная эстетика – это всё одинаково произвело впечатление на меня.

В Metal Hammer ты – профессионал во всём, что касается тяжёлой музыки. Мы, редакторы, оцениваем новинки в этом журнале довольно прохладно и реалистично. Естественно, при такой оценке речь идёт и о том, сможешь ли ты распродать много выпусков с новой группой. Относительно скоро стало понятно, что Rammstein соберут кассу, а вместе с ним и мы.

ВОПРОС: В большинстве СМИ Rammstein горячо обсуждали с начала их карьеры, вскоре появились обвинения в исполнении «политического рока», в «прославлении нацизма», «эстетике Лени Рифеншталь» и т. д. Возникали ли у вас подобные проблемы при обсуждении в редакции, а также с вашей читательской аудиторией?

МЮЛЛЕР: Ни у редакции, ни у читательской аудитории не было никаких проблем с Rammstein, мнение было очевидно. Практически все из нашего окружения считали группу классной, потому что они звучат очень жёстко, делая упор на гитары, очень последовательно в своей подаче, просто уникально. И, естественно, это плюс для издания – поместить на обложку группу, которая провоцирует. По этой же причине мы также стимулируем Ministry, которые не похожи в своих претензиях на Rammstein, вновь стать темой номера.

ВОПРОС: Вы никогда не обсуждали политические претензии Rammstein, если у них таковые, конечно, имеются?

МЮЛЛЕР: Нет, потому что подобные темы в нашем журнале упоминаются лишь мимоходом. У меня как у главного редактора Metal Hammer была следующая позиция: мы не говорим с музыкантами о политике, если они не говорят о ней по собственной инициативе. Мы так и поступали, и, насколько мне известно, этот принцип сохраняется и сегодня. Представить рок-группу в политическом контексте – это задача таких журналов, как, например, Spiegel.