Вокруг света с Кларксоном. Особенности национальной езды - Джереми Кларксон

Я не только толстый, но и выкуриваю по две пачки сигарет в день и забыл, когда занимался спортом в последний раз. В общем, из меня вряд ли получился бы хороший пилот самолета-истребителя.

Несмотря на эти недостатки, на военном аэродроме в Северной Каролине с меня сняли мерку, чтобы подобрать противоперегрузочный костюм, и я собрался полетать на самом быстром, по мнению большинство знатоков, самолете в мире — F-15 Strike Eagle.

Его производство было начало в 1972 году, и на этот раз американцы попали в самое яблочко. До сих пор F-15 остается самым эффективным самолетом-истребителем всех времен и народов. Он поражал цель в 99 случаях из 100. Ракетами была сбита лишь пара F-15, но в воздушном бою не было потеряно ни одного. Истребитель, в кабине которого сидели израильские летчики во время войны с Сирией и американские во время войны в Персидском заливе, получил прозвище «убийца МИГов», так как эти русские самолеты составляли большинство его жертв.

Даже теперь, через 25 лет после своего появления на свет, F-15 способен запросто потягаться с новейшими истребителями. Летчикам нравятся его крупные размеры и мощь, благодаря которой истребитель способен нести массу вооружения и перелетать на длительные расстояния. У него есть пушка для воздушного боя, мощнейший радар и самые совершенные ракеты «воздух-воздух», а живучесть обеспечивается двумя двигателями. Надежен ли он? Однажды летчик благополучно посадил F-15 с полностью отстреленным крылом.

Хотя я такого повторять не собирался, все утро перед полетом меня инструктировали о том, как управлять парашютом. Впрочем, внимательно слушать затруднительно в ситуации, когда вас подвешивают за яйца на крюк. Затем целый час мне рассказывали, что делать, если самолет загорится. Я буду пристегнут к креслу двенадцатью ремешками, которые в этом случае будет необходимо отстегнуть в строго определенном порядке.

Наконец, прошла тренировка на кресле-катапульте. Услышав, как пилот три раза повторит слово «катапультируемся», я должен буду напрячься и потянуть на себя торчащий у бедра рычаг, который не должен трогать ни при каких других обстоятельствах — даже если при резком снижении мне захочется за что-нибудь подержаться. Должен ли я ждать, пока командир самолета, капитан Грис Гримвальд, произнесет «катапультируемся» трижды или можно тянуть за рычаг после первого раза? Да, можно, однако на всякий случай я предупредил пилота, чтобы он поостерегся произносить любые слова на букву «к», иначе он полетит дальше один в самолете-кабриолете.

С головой, набитой инструкциями, я затем отправился на симулятор, где должен был учиться тому, как сбрасывать авиабомбу с лазерным наведением. Мы собрались бомбить окрестности городка Китти-Хок.

Сама процедура сброса бомбы вызвала у меня массу вопросов. Как можно одновременно следить за четырьмя телеэкранами и совмещать перекрестия прицелов, если меня обычно начинает тошнить даже при разглядывании карты во время езды на обычной машине?

На это Грис совершенно беззаботным тоном ответил: «Если начнет укачивать, просто перестань прицеливаться и подожди некоторое время. Это поможет сосредоточиться». И все. На следующий день я собирался не просто «полетать» на F-15 — предполагалось, что я должен буду взять управление истребителем в свои руки, хотя до этого я не летал даже на «Цессне».

При взлете с аэродрома ускорение мало отличалось от того, какое ощущаешь, разгоняясь на «Феррари». Зато когда включился форсаж, началось нечто запредельное.

Мою голову со страшной силой пригвоздило к подголовнику, и я смог оторвать ее лишь тогда, когда мы прекратили набор высоты, легли на прямой курс и поравнялись с ведомым истребителем.