Птицы его жизни - Екатерина Вильмонт

– Развалюшку под Москвой, где можно устроить мастерскую, и там же жить вдвоем. У меня есть квартира, ее можно неплохо сдать, а на деньги, что тебе заплатят за фотосессию для каталога «Меха Сибири», оборудуешь мастерскую. Я убеждена, что года за два ты расплатишься со всеми долгами и…

– И тогда ты родишь мне ребенка, да?

– Конечно! А может и двух.

– Глашка, это что, все наяву?

Я слегка укусила его за плечо.

– Убедился, что это не сон?

– А куда ты девала своего мужика?

– Андрей Олегович услал его в Китай.

– Нарочно?

– Подозреваю, что так.

– Ни фига себе! А ты им говорила, где я?

– Нет! Сам скажешь, когда сочтешь нужным.

– А что за человек этот Кирилл?

– Чудесный человек, воспитывает троих приемных детей.

– Молодец какой! Знаешь, я так ему благодарен, и он единственный, кроме мамы, догадался, что тающая птица это ты… А «Птицы моей жизни» остались там, у нее. И она ни за что их не отдаст, я уверен, – грустно проговорил он.

– Значит, теперь у тебя будут другие птицы, и я уже не растаю на солнце… Просто я люблю тебя, и ты теперь это знаешь!

Он стал целовать меня.

– Погоди, ты мне еще не ответил, ты согласен сняться для нашего каталога?

– Да я на все теперь согласен: и носить бобровую шапку, и жить в подмосковной халабуде, лишь бы ты была рядом. И вот что я сейчас сделаю…

Он дотянулся до своего телефона.

– Алло, мамочка! Я сейчас в Иркутске, но на днях вернусь в Москву… И еще, я женюсь, мамочка!

– Господи, Котя, какой кошмар! И на ком ты женишься?

– На Глаше, мамочка, разве это кошмар? – счастливо смеялся он. – Что значит, на какой Глаше? На Юрловой! О деталях поговорим при встрече. Скажи, мама, а папа нарочно услал ее мужика в Китай?

– Она догадалась?

– Догадалась, да. Передай папе от меня большое спасибо! Все, мам, телефон разряжается!

– Скажи Глаше, что о лучшей жене для тебя я и не мечтала!

– Котенька, как ты относишься к кошкам?

– Прекрасно отношусь! Хотя всю жизнь мечтал о собаке. А у тебя есть кошка?

– Есть. Кот.

– Как его звать?

– Кисыч! Но собаку мы непременно заведем, разве можно за городом без собаки? Возьмем в приюте…

Через два дня мы втроем улетели в Москву.

– Ох, – сообразила я уже в самолете, – Котька, а я ведь так и не услышала, как ты поешь!

– Не беда, сегодня вечером спою тебе колыбельную!