Всегда кто-то платит - Маша Трауб

– Ты когда придешь за мной? – спросил он, когда я уходила. Это было еще в больнице. Он подошел ко мне, сел на пол и обхватил мои колени руками. Я не могла пошевелиться.

– Завтра? Ты придешь завтра?

– Нет, завтра я не могу.

– А когда?

– Через неделю. Я приду через неделю.

– Завтра?

– Да, завтра.

Я заплакала. Толя был маленьким мальчиком, которого мама оставляет на пятидневку в детском саду. И он не знает, что такое через неделю. Он знает, что такое завтра.

– Я подойду к окну, ты мне помашешь? – спросил он.

– Помашешь. Конечно, помашу.

– Только повернись обязательно! Я тебе помашу! – Он стоял на коленях, обнимал меня. Я старалась не встречаться с ним взглядом. Не хотела, чтобы он видел, что я плачу.

Я вышла на улицу и обернулась. Но Толя уже про меня забыл. Не про меня, про маму, за которую он меня принял.

Аня спросила про его сестру. Я с ней была знакома. Ее звали Юлия. Она была старше, не помню точно, на сколько лет – может, на пять, шесть. Она была на нашей свадьбе – мрачная необщительная женщина, как мне тогда показалось. А потом Толя прервал с ней связь. Они и до этого не были особенно близки, хотя меня это удивляло – все-таки родные брат и сестра. Должна быть связь. Один-единственный раз она приезжала к нам, уже после переезда. Переночевала и уехала. Толя был на смене, мы впервые поговорили по душам, и я многое узнала о собственном муже. Удивилась? Нет. Все было очень на него похоже.

Юлия осталась жить в поселке, в родительском доме. После смерти матери дом переходил ей и Толе в равных долях. Юля вышла замуж и думала, что проживет с мужем долго и счастливо. Толя попросил ее переписать дом на него – он будет его сдавать или продавать. Обещал Юле половину дохода. Конечно, она подписала бумаги. Толя дом продал, но деньги сестре так и не отдал. Она не просила. С мужем она развелась, но они так и жили в одной квартире. Другого жилья не было ни у нее, ни у него.

Юля приезжала к нам уже больная. Ей нужно было пройти обследование в Москве. На все требовались деньги. Юля позвонила брату – напомнила про проданный дом и попросила… нет, не отдать ее половину, а просто помочь. Толя ей отказал. Сказал, что без толку лечиться. Деньги на ветер. Но она все равно приехала. Хотела с ним встретиться, поговорить лично. Но он взял смену. Я же ничего не могла поделать.

Юля умерла от опухоли мозга. С братом она больше никогда не разговаривала. Умирала она в Казахстане.

Когда у Толи обнаружился тот же диагноз, я не была удивлена. Юля сказала, что их мать тоже скончалась от рака, в том же возрасте. И была уверена, что это – наследственность. И что дети и внуки Толи должны об этом знать. Я тогда чуть ли не кричала на Юлю – при чем тут дети и внуки? Она была спокойна. Говорила мне, что я просто должна быть готова, если что. А потом, когда Толя ездил в Казахстан – получилось, что за несколько дней до смерти сестры, она его прокляла. Это уже он мне рассказывал. Пожелала ему умереть той же смертью.

Теперь я думаю, может, она его прокляла за тот дом, за то, что в помощи отказал? Люди говорят, что те, кто уже одной ногой покойник, – могут проклясть одним словом. Юля брата так и не простила, да и вряд ли Толя попросил у нее прощения. Он тогда еще сказал, что удачно получилось – два раза не надо летать. Вроде как и сестру в живых застал, и похороны организовал. Иногда я думаю, что права была Юлия, что прокляла его. Не было в Толе ни доброты, ни порядочности. Не заложено. Может, он и не виноват в этом. Есть ведь от природы добрые люди, а есть злые, и ничего с этим нельзя поделать. Есть бессребреники, которые сразу на помощь кидаются и последнюю копейку отдать готовы, а есть равнодушные. Разве они в этом виноваты?

Моя Аня в отца пошла. Ей было все равно, даже не совестно – она спокойно обирала дочь Елены. А та платила – значит, тоже в характере что-то было. Может, это как наследственность? Как генетические заболевания? Я не знаю, какая я. Мне иногда становилось очень жаль и Толю, и его Елену, и Ксению. А потом как подумаю – зачем их жалеть? И больше не жалко. Мне себя было жалко. Я вдруг проснулась утром и поняла, что не знаю, на что жить дальше. Работы у меня нет, образования нет. Пока Толя был жив – он мне денег подбрасывал, даже после развода, через Аню передавал. А сейчас? У Ани своих два рта, Коля с копейки на копейку перебивается. И что мне делать? Уборщицей в магазин идти? Мне-то как жить? На что? Аня говорила, что возьмет у Ксении деньги на поминки. Устраивать не будем и деньги сэкономим. На какое-то время хватит. Но Ксения вроде бы отказала.