Те слова, что мы не сказали друг другу - Марк Леви

После пересечения немецкой границы Энтони и Джулия не обменялись ни единым словом. Время от времени Джулия включала радио погромче, а Энтони тотчас убавлял звук. Неподалеку начинался сосновый лес. На опушке стоял ряд бетонных блоков, преграждавших путь к давно заброшенному ответвлению дороги. Джулия еще издали узнала мрачные силуэты строений пограничной зоны Мариенборна, оставленные там как памятник ушедшей эпохе.

— Каким же образом вы тогда пересекли границу? — спросил Энтони, разглядывая ветхие смотровые вышки, торчавшие справа.

— Самым что ни на есть нахальным. Один из друзей, с которыми я ехала, был сыном дипломата; он заявил, что его отец работает в Западном Берлине и что мы, его родственники, едем к нему в гости. Энтони рассмеялся.

— Что касается тебя, это было особенно правдоподобно.

Он сжал руками колени и добавил:

— Я очень огорчен, что мне не пришло в голову отдать тебе это письмо раньше.

— Ты правду говоришь?

— Даже не знаю… во всяком случае, когда я тебе рассказал о нем, у меня сразу полегчало на душе. Ты не могла бы где-нибудь остановиться, когда это будет возможно?

— Зачем?

— Тебе не мешает отдохнуть, а мне хочется размять ноги.

Судя по указателю на дорожном щите, впереди, в десяти километрах, находилась автостанция. Джулия обещала отцу сделать там остановку.

— А почему вы с мамой уехали в Монреаль?

— У нас осталось совсем мало денег — вернее, у меня их и не было, а скромные сбережения твоей матери быстро растаяли. Жизнь в Нью-Йорке становилась все труднее. Но знаешь, мы были там счастливы. Мне даже кажется, что это были самые прекрасные годы нашего брака.

— И ты этим гордишься, не так ли? — с мягкой горечью спросила Джулия.

— Чем именно?

— Тем, что начал жизнь без гроша в кармане и так преуспел.

— А ты разве не гордишься? Не гордишься своим бесстрашием? Не испытываешь удовлетворения при виде малыша, который играет плюшевой зверюшкой, родившейся в твоем воображении? Или когда ходишь по торговому центру и вдруг обнаруживаешь на афише кинотеатра придуманный тобой мультфильм?

— Мне хватает того, что я просто счастлива, это уже немало.

Машина свернула к стоянке. Джулия притормозила возле тротуара, окаймлявшего просторный газон. Энтони открыл дверцу и перед тем, как выйти, смерил дочь взглядом.

— Ты беня бесишь, Джулия! — сказал он, удаляясь.

Она выключила зажигание и уронила голову на руль.

— Господи, что я здесь делаю?!

Энтони пересек детскую площадку и вошел на станцию обслуживания. Несколько минут спустя он вышел, неся большой пакет с едой, распахнул дверцу машины и выложил свои покупки на сиденье.

— Это я купил для тебя, ты должна подкрепиться. Только сначала иди умойся и освежись, а я постерегу машину.

Джулия подчинилась. Она обогнула качели, песочницу и вошла в помещение станции. Когда она вернулась, Энтони лежал в желобе детской горки, устремив глаза в небо.

— Ты в порядке? — с беспокойством спросила она.

— Как ты думаешь, я сейчас там, на небесах? Растерявшись от этого вопроса, Джулия села на траву рядом с отцом. И в свою очередь подняла голову:

— Понятия не имею. Я очень долго искала Томаса в этих облаках. И была абсолютно уверена, что вижу среди них его лицо. А он в это время был жив.

— Твоя мать не верила в Бога, а я верил. Так как ты думаешь, я все же попал в рай или нет?

— Извини, но я не могу ответить на этот вопрос, мне никак не удается…

— Не удается поверить в Бога?

— Не удается поверить, что ты здесь, рядом со мной, и что я с тобой говорю, тогда как….

— Тогда как я мертв! Я уже говорил тебе: научись не бояться слов. Ведь слова, в особенности точные, очень важны. Например, если бы ты сказала мне прямо в лицо: «Папа, ты мерзавец и дурак, ты никогда ни черта не понимал в моей жизни, ты отъявленный эгоист, решивший уподобить мое существование своему собственному, ты такой же отец, как и большинство других, и поступал, как они, убеждая себя, что все делаешь для моего блага, хотя думал только о своем», может быть, я тебя и услышал бы. И мы не потеряли бы столько времени понапрасну, а были бы друзьями. Признайся — ведь было бы здорово, если бы мы с тобой дружили! Джулия промолчала.

— Вот, к примеру, очень точные слова: если уж мне не удалось стать для тебя хорошим отцом, я бы хотел быть тебе другом.

— Нам пора ехать дальше, — сказала Джулия дрогнувшим голосом.

— Нет, давай подождем еще немного; мне кажется, мои запасы энергии не слишком соответствуют обещаниям изготовителей; боюсь, что, если я и дальше буду так же щедро ее растрачивать, наше путешествие продлится меньше, чем хотелось бы.