Поколение 700 - Виктор Брагин

Основная часть офисных работ беспола. То есть ее может выполнять и мужчина, и женщина. Специфически мужских или специфически женских работ в офисе почти не бывает. И в этом таится огромная опасность. Многолетнее выполнение нехарактерных для мужчин функций, неконфликтное подавление воли, приводит к формированию, в конечном итоге, некоего подчиненно – извиняющегося (немужского) отношения к окружающему миру. В случае чего, мобилизовать волевые качества характера, со временем, становится всё труднее и труднее.

Если в прежней жизни я не задумываясь мог дать в морду любому, то теперь, когда меня оскорбляют, я пытаюсь найти компромисс или делаю вид, что ничего не происходит. Сказывается опыт офисной работы… Да дело даже не в мордобое! Мужчине, чтобы чувствовать себя мужчиной, вовсе не обязательно быть мускулистым атлетом или воином, прошедшим горячие точки. Нет. Ему необходимо всего лишь видеть результат своего труда, а именно: то, чего не было, и что появилось благодаря его личным усилиям. Так, чтобы мужчина мог подвести любого и сказать: «Смотри! Это сделал Я!» И пусть оно будет не очень талантливо и не очень красиво, но это его, мужчины, личными усилиями произведённое на свет нечто. Большинство же офисных людей не видят ни начала своего труда, ни его окончания, ни результата – это просто монотонность повторяющихся действий, да еще и по чужой указке. К чему может подвести вас офисный муж и сказать: «Смотри, это сделал я»? Причастность каждого конкретного сотрудника большой компании к общему процессу производства настолько иллюзорна, что говорить о ней может только прожженный демагог.

Раньше ремесленник, например, изготавливавший кресло, скамейку или телегу, безусловно, получал удовлетворение от своего труда и гордился им. Он не помышлял о самоубийстве из-за необходимости каждый день работать. Или скульптор, ваявший фигуру из бесформенного куска камня, – он должен был чувствовать вдохновение перед началом работы и удовлетворение после ее окончания. Я же не испытываю ни того, ни другого: еду на работу как на каторгу, а после работы у меня только депрессия и желание нажраться.

Да, сейчас тоже строят дома и делают скамейки, но что чувствует какой-нибудь ассистент менеджера по закупкам в огромной корпорации, производящей мебель, в том числе и скамейки? Если офис и производство находятся в разных городах, он может вообще не знать, как выглядит эта скамейка в реальности. Но если и знает, что этот мужчина может сказать от себя лично? «Это сделал я», «Я не зря прожил жизнь»? Отсутствие связи процесса труда с его осязаемым результатом приводит к полной потере интереса к труду. По крайней мере, у мужской части офисных работников. Отсюда их вялость, безынициативность и апатичность.

С тех пор, как перестало существовать натуральное хозяйство и появилось разделение труда, человек стал отдаляться и от процесса производства, и от его результатов. Что, в принципе, логично. Но все зашло слишком далеко: возникла огромная армия работников, не производящих ничего и выполняющих непонятные им самим действия. Образовавшаяся прослойка общества довольно многочисленна и уже имеет собственные традиции, культуру, даже фольклор. Она живет особой жизнью, никуда не направленной и ниоткуда не исходящей, это вечное движение по кругу «понедельник – пятница».

После изобретения пластиковых банковских карточек, офисные люди не видят даже тех денег, что им выдают в качестве зарплаты. Перечисленные на счет, они быстро расходятся на оплату всевозможных коммунальных и кредитных платежей. И картина складывается вовсе уж абсурдная: каждый день миллионы людей приходят в офисы, чтобы производить действия, от которых, в натуре, ничего не прибавляется и не убавляется и за которые им ничего не платят. Это и называется работой.

«Поколение 700» – так в Греции называют молодежь, закончившую ВУЗы и начинающую свой трудовой путь в офисах. Семьсот евро – это их зарплата и одновременно их потолок и приговор.

Казалось бы, какое нам дело до Греции? Но я вдруг поймал себя на мысли, что когда впервые произносил на Поле гнева свои «Выньте, гуляющие, руки из брюк», моя зарплата составляла именно семьсот евро. Какое совпадение.

Конечно, сумма может отличаться в зависимости от страны и валюты, не стоит зацикливаться именно на семистах евро. Важно, что Греция впервые в истории нашла способ описать целое поколение одной цифрой. Они запатентовали это имя.

В литературе более модно использовать термин «потерянное поколение». Звучит это неимоверно красиво и трагично. Не было в истории человечества поколения, которое, в силу тех или иных причин, не именовало бы себя потерянным. Однако никто толком не мог объяснить, почему его поколение потерянное и как его потеряли. В тоже самое время, «Поколение 700» объясняет всё чётко и лаконично, как «Груз 200». Годится для любой страны, живущей по законам потребительского общества. Обычное состояние большинства «семисотых» напоминает патовую ситуацию: они не умирают с голоду, но и богатыми их не назовешь; выполняемая работа не выглядит слишком уж тяжелой, но, приходя домой, человек валится с ног от усталости; никто не сомневается в их необходимости, но в любой момент любого сотрудника офиса без зазрения совести могут выкинуть на улицу. Понятно, что у таких людей время от времени возникает проблема с мотивацией. С реальной мотивацией, а не с той, про которую пишут в анкетах и резюме. Точнее, у «семисотых» возникает проблема со смыслом жизни – просто понятие «смысл жизни» в наши дни заменено понятием «мотивация».

«Поколение 700» – это те, кто не разбогател в девяностые и не стал топ-менеджером в нулевые; свой тридцатилетний рубеж эти люди благополучно миновали, имея жалование в семьсот евро. В перспективе лишь небольшая жилплощадь в кредит, который будет выплачен аккурат к их пенсии. Перспективы в личной жизни также довольно туманные. Женщины требуют для себя так называемых «состоявшихся» мужчин, по крайней мере, так они пишут во всех анкетах на сайтах знакомств. Для разных представительниц прекрасного пола мужская состоятельность определяется, конечно же, несколько разными факторами, как моральными так и материальными, но все единодушно сходятся в одном – это должен быть человек с неплохими доходами. Так что, как не крути: It’s all about money[16]. А откуда взяться такому количеству состоявшихся мужчин среди офисных служащих?! В этой среде они стремительно и безвозвратно вырождаются. Поэтому женщины ищут, ищут, и никак не могут найти. А полчища «несостоявшихся» офисных хомо сапиенсов бывшего мужского пола занято лишь одним вопросом: у кого бы стрельнуть десятку до получки? И две эти огромные массы людей безнадежно расходятся в разные стороны в своих поисках и вряд ли когда-нибудь пересекутся.

А как красиво все выглядит в рекламе! Люди молоды, сексуальны и влюблены, заботятся о своей коже и волосах, потребляют только качественные товары и бесшумные электроприборы с трехлетней гарантией. А самое главное – они счастливы и на новеньком лизинговом авто отправляются в путешествие к Средиземному морю.

Мотивация – это, своего рода массовый гипноз, которому подвергается население, с целью удержать его в нужных рамках. Но действие гипноза рано или поздно кончается. И тогда взору среднестатистического офисного хомо-сапиенса предстаёт депрессивная картина, разительно отличающаяся от той красивой пропаганды с рекламных плакатов.