Ананасная вода для прекрасной дамы - Виктор Пелевин

Его били прибывшие в Орел на состязания по вольной борьбе вайнахские юноши, которым он сделал замечание, пока сидел на улице возле полицейского участка. Вина полицейских только в том, что они временно приковали Скотенкова наручниками к перилам, когда ушли выпивать, и ему было трудно защищаться. Скотенков пытался усовестить разошедшуюся молодежь чтением Корана и хадисов, но те не понимали пуштунского языка.

Неправда также, что в результате этого случая Скотенков ослеп — он просто стал хуже видеть левым глазом после того, как ему в голову попала брошенная одним из спортсменов бутылка.

На свою беду, Скотенков, вместо того чтобы воспользоваться связями в ФСБ, решил искать правды по линии гражданского общества (после того как его отозвали из Афганистана, он демонстративно порвал с органами). В результате к нему в деревню на четырех джипах приехали налоговый и пожарный департаменты в сопровождении полиции и координационного комитета по кавказской культуре, и после тяжелого разговора с властями он на несколько дней слег. А потом к тому же выяснилось, что его дом стоит в водоохранной зоне…

Не будем утомлять читателя подробностями этой неприятной истории. У нее, слава Богу, хороший конец — все виновные сотрудники правоохранительных органов получили дисциплинарные взыскания.

В тюрьму Скотенкова тоже никто не сажал. Просто во время конфликта с властями он был порой несдержан на язык и в результате получил условный срок за разжигание вражды и ненависти к социальной группе «ебучие пидарасы». Что поделаешь, если отечественные филологи полнее всего раскрывают себя именно в качестве уголовных экспертов.

Между тем, международная слава Скотенкова росла день ото дня. В изданиях, посвященных проблемам боевой авиации, его называли «наземным асом» и сравнивали то с Гансом-Ульрихом Руделем, то с Буби Хартманном, для чего были все основания: Скотенков лично уничтожил 471 «Freedom Liberator» и больше 5000 виртуальных американцев.

Многие западные журналисты пытались встретиться с легендарным Аль-Эфесби, но им неизменно отказывали. Его адрес сохранялся в тайне. Ходили слухи, что Скотенков живет под домашним арестом, но дело, возможно, было в том, что дорога, соединявшая город Орел с Улемами, становилась проходима только в сухую погоду.

Развязка наступила внезапно. Скотенкову в деревне установили наконец интернет (после того как его дом снесли, он жил в сарае, который утеплил рубероидом), и несколько дней он радовался как ребенок, рассылая письма давно забытым знакомым. А потом он пропал.

Ходили разные слухи.

Кто-то говорил, что его ликвидировало ФСБ, потому что он слишком много знал — но это неправдоподобно. В России и так все всё знают, и что с того?

Другие предполагали самоубийство — мол, утопился в реке, а тело снесло по течению. Это технически возможно, хотя кажется маловероятным — люди вроде Скотенкова не уходят из жизни так трусливо.

А третьи говорили, что Аль-Эфесби вдруг почувствовал в себе на миг прежнюю силу, глянул зорко на монитор, да и послал в Google такой окончательный запрос, что его сразу идентифицировали и ЦРУ, и Моссад, и еще десяток главных мировых разведок. И-де отправили они под покровом ночи отряд морских котиков на невидимом воздушном судне, скрутили Аль-Эфесби и бросили в самую темную и глубокую из тюрем ЦРУ, где томятся главные недруги Америки…

Кто его знает, как оно было.

Цветет по весне сирень, дрожит под ветром вырезанный из жести памятный знак — и синеет над нашими головами высокое мирное небо.