Бумажные города - Джон Майкл Грин

Я поспал несколько часов, а потом все утро рассматривал найденные накануне путеводители. Я ждал до обеда, чтобы позвонить друзьям. Сначала я набрал Бена.

— Доброе утро, солнышко.

— О боже, — ответил он жалобным голосом. — Господи Иисусе, приди и утешь своего несчастного старика Бена. Боже мой. Да снизойдет на меня твоя благодать.

— Я узнал кое-что новенькое по делу Марго, — взволнованно сообщил я, — так что приезжай. А я пока Радару позвоню.

Бен меня, похоже, даже не услышал.

— Старик, когда в девять утра ко мне зашла мама, я начал зевать, захотел прикрыть рукой рот, и вдруг мы с ней увидели у меня на руке пивную банку. Что все это значит?

— Ты склеил суперклеем несколько банок, чтобы сделать из них пивной меч, а его потом приклеил к руке.

— А, да. Пивной меч. Что-то припоминаю.

— Бен, приезжай ко мне.

— Старик, мне паршиво.

— Тогда я к тебе приеду. Когда?

— Не, старик. Мне сначала надо проспать десять тысяч часов. Выпить десять тысяч литров воды и десять тысяч таблеток анальгина. Завтра в школе встретимся.

Я вдохнул поглубже, чтобы скрыть свое бешенство.

— Я, значит, среди ночи ехал за тобой через всю центральную Флориду, я один оказался трезвым на вечеринке, где текли реки бухла, я тебя, поганца, до дома довез, а ты теперь… — Мне еще было что сказать, но тут Бен повесил трубку. Прямо посреди нашего разговора. Урод.

Время шло, а я злился все больше. Одно дело, что ему на Марго насрать. Но ведь, по большому счету, получается, что ему и на меня тоже насрать. Может, наша дружба всегда была лишь условностью — просто у него не было другого партнера для видеоигр. А теперь ему нет нужды со мной считаться и делать вид, что у нас общие интересы: у него же новый друг завелся, Джейс Ворзингтон. Бен побил школьный рекорд по стойке на пивном бочонке. Пришел на выпускной с крутой телкой. И при первой же возможности вступил в братство тухлых засранцев.

Через пять минут я снова позвонил ему на сотовый. Бен даже не снял трубку.

— Что, кровавый Бен, хочешь стать таким же крутым, как Чак? — высказался я на автоответчик. — Мечты сбываются? Что ж, поздравляю. Жизнь наладилась. Вы заслуживаете друг друга, потому что ты такой же говнюк. И не перезванивай.

Потом я набрал Радара.

— Привет, — начал я.

— Привет, — ответил он. — Я только что блевал. Давай я перезвоню?

— Конечно, — сказал я, стараясь не сердиться.

Мне так хотелось, чтобы хоть кто-нибудь помог мне разобраться в мире Марго. Но Радар — это вам не Бен, он действительно перезвонил через пару минут.

— Блин, было так мерзко, что я, пока убирал, снова сблевал и, когда это убирал, тоже сблевал. Это прямо вечный двигатель. Если меня постоянно кормить, я буду непрестанно блевать.

— Ты зайти можешь? Или я к тебе?

— Конечно. А что такое?

— Марго была в том торговом центре, живая, по крайней мере, через день после того как сбежала.

— Буду у тебя через четыре минуты.

И ровно через четыре минуты он был у моего окна.

— Ставлю тебя в известность, что я поругался с Беном, — сообщил я, пока он лез в окно.

— Я посредничать между вами не могу, слишком похмелье мучает, — тихонько ответил Радар. Он улегся на кровать, полуприкрыл глаза и попытался пригладить взъерошенные волосы. — В меня будто молния ударила. — Он чихнул. — Ну, рассказывай новости.

Я сел на стул и стал рассказывать, как провел ночь в торговом центре, стараясь не упускать никаких мелочей — они могут оказаться полезными для дела. Радару всякие загадки давались легче, чем мне, так что я надеялся, что он и с этой разберется.

Он молча слушал до тех пор, пока я не сказал:

— А потом мне позвонил Бен и велел ехать на вечеринку.

— Та книга у тебя с собой? Та, где уголки загнуты? — спросил он.

Я встал и полез за ней под кровать. Радар поднял к лицу путеводитель и, морщась от головной боли, принялся листать.

— Записывай. Омаха, Небраска. Сэк Сити, Айова. Александрия, Индиана. Дарвин, Миннесота. Голливуд, Калифорния. Эллайенс, Небраска. Так. Вот эти места показались ей — ну или кому-то другому, кто эту книгу листал, — интересными.

Радар поднялся, жестом велел мне выйти из-за стола и сел за комп. Он потрясающе умел поддерживать беседу и печатать одновременно.

— Есть такая прикольная карта: можно ввести несколько географических названий, и она выдаст тебе разные маршруты. Марго про эту программу вряд ли знала, но я все равно посмотреть хочу.

— Откуда ты знаешь обо всем этом барахле? — удивился я.

— Гм. Напомню. Я. Всю. Свою. Жизнь. Занимаюсь. Мультипедией. Я, когда сегодня утром домой пришел, даже прежде чем душ принять, за час полностью переписал статью о голубой пятнистой рыбе-ангеле. Я немножко чокнутый. Так, ладно, смотри, — сказал он.

Я наклонился к экрану и увидел несколько зигзагообразных маршрутов на карте Соединенных Штатов. Все они начинались в Орландо и заканчивались в Голливуде.

— Может, она хочет остаться в Лос-Анджелесе? — предположил Радар.

— Может, — согласился я. — Но мы все равно ее маршрут не угадаем.

— Верно. К тому же больше никаких стрелок в сторону Лос-Анджелеса нет. Джейсу она говорила про Нью-Йорк. Похоже, что «едешь в бумажный город и никогда больше не вернешься» указывает на ближайшее недопоселение. А лак для ногтей — тоже, наверное, говорит о том, что она еще неподалеку. Думаю, можно к списку мест, где сейчас может быть Марго, добавить и город, где находится самый большой шар из попкорна.