Тупая езда - Ирвин Уэлш

Ронни определенно задумался над услышанным; он начинает теребить свой ирокез.

— Ты правда в это веришь? Что это лучший способ поддерживать функционирование жизненно важных органов — время от времени устраивать им проверку?

— Конечно! У каждого из них есть функция! Пусть, сука, делают свою работу! Я же не говорю, что нужно хватать через край, но от одной маленькой понюшки вреда не будет!

— Черт возьми, Терри, я не прикасался к наркотикам с первого курса, пока не появилась эта Мошонка… а теперь… ты плохо на меня влияешь, — говорит он и смотрит на меня с деланой обидой во взгляде, но все равно берет сверток, подносит немного к рубильнику и занюхивает.

Заебись, штырнуло этого сраного Чингачгука как надо!

— Слушай, ты оказал мне доверие и ввел в курс своих дел. Могу ли я рассчитывать на аналогичную услугу?

— Конечно, Ронни, мы ведь с тобой дружбаны, — говорю я придурку, что, разумеется, полная брехня. Это бизнес, а в бизнесе нет места симпатиям: придурок должен знать это лучше, чем кто-либо другой.

Поездка становится все более классной, мы уже едем по берегу Лох-Ливена.

— Покупка земли важна, но для строительной компании это всего лишь очередная сделка. Главное, что меня сюда привело, — это культурное наследие, вот чего не понимают парни вроде Мортимера. Я здесь для того, чтобы получить то, что есть только у одного человека на планете, кроме меня, потому что эта вещь существует всего лишь в трех экземплярах. У меня уже есть один из них, но я хочу и остальные. Оба находятся здесь, в Шотландии, и они уже близко. — Он стучит себя по носу. — Все это сугубо секретно, как ты понимаешь. У меня есть соперники.

Придурок все рассказывает мне об этих бутылках виски «Боукаллен», а я, само собой, и вида не подаю, что знаю, за чем он там охотится и сколько собирается заплатить. На сайте этой винокурни сказано, что третья бутылка не предназначена для продажи, но наверняка все это чушь собачья, просто набивают цену. Все продается, главное, сука, правильно озвучить прайс.

Мы проезжаем через один городок, останавливаемся на светофоре, и Ронни опускает свой рубильник в огромную кучу пыли. В это время я оборачиваюсь и понимаю, что мы, сука, стоим бок о бок с полицейской машиной!

ЕБАНЫЙ ХУЙ.

Копы нас засекли и приказывают остановиться, что я и делаю, уже за перекрестком. Они тормозят в нескольких метрах позади и выходят из машины.

— Сука… полиция… — говорю я, и Ронни засовывает сверток в карман. — Не сдавай меня, иначе я потеряю лицензию.

— Я не какой-нибудь сраный стукач! — кричит Ронни. — Дай-ка я разберусь, — говорит он, когда коп подходит к окну. Ронни опускает стекло, и я вижу, что у него весь носяра в пыли и он нахрен упорот. — Что-то случилось, патрульный?

Коп смотрит на Ронни, затем на меня:

— Куда вы везете этого человека?

— На винокурню «Боукаллен». У него там встреча…

— Какого хера ты пристал к моему водителю? — орет Ронни.

— Сэр, я бы попросил вас сохранять спокойствие… судя по всему, вы находитесь под действием наркотических веществ.

— Что?! Да ты знаешь, кто я такой?

— Я вынужден попросить вас проследовать со мной в участок, сэр, мы выясним все подробности по пути…

— Еще чего! У меня важная деловая встреча! На кону кое-что стоящее! Настолько, что ты на свою сраную зарплату шотландского копа не купишь это и через миллион лет, чертов неудачник!

— Вы поедете со мной, — бросает коп и начинает переговариваться по рации.

— Ах ты, жалкое насекомое! Да ты знаешь, кто я такой? Да я раздавлю тебя и всю твою никчемную полицию Лотиана одним телефонным звонком!

— Который вы сможете совершить в участке, сэр. Теперь, пожалуйста, пройдемте со мной. — Коп распахивает дверцу.

Ронни выходит из кэба, и коп хватает его за предплечье. Ронни отталкивает копа, и тот шлепается на задницу.

— Идите нахуй, ублюдки! Я Ронни Чекер!

Из полицейской машины выходит второй коп и врезает Ронни электрошокером. Кажется, что на какую-то секунду ирокез Ронни встает дыбом, после чего Ронни падает и по его светлым штанам для гольфа растекается пятно ссаки.

Патрульный с шокером обеспокоенно говорит:

— Он напал на полицейского при исполнении, у меня не было выбора. — И они погружают полубессознательного Ронни в машину.

— Пожалуйста, сэр, следуйте за нами, — бросает мне первый коп.

Приходится ехать за коповозкой в участок в ебаном Кинроссе. Дерьмовое двухэтажное здание вроде двух сбитых вместе жилых домов. Пока этому придурку выдвигают обвинение, я замечаю его ноутбук и открываю крышку. Окно с почтой по-прежнему висит на экране. Я пролистываю обычную фигню и натыкаюсь на кое-что интересное.

Кому: rchecker@getrealestates

От: lsimonsen@mollersimonsen

Дорогой Рональд.

Надеюсь, вы в добром здравии.

Как Вы, вероятно, уже знаете или еще не знаете, я также направил предложение о покупке редкого экземпляра виски «Боукаллен» из коллекции «Тринити». Вы, разумеется, уже располагаете одной из этих бутылок.

Перейду к делу: у меня складывается впечатление, что винокурня намеренно сталкивает нас друг с другом, чтобы набить цену. Ради сохранения джентльменских отношений и состязательного духа предлагаю Вам приобрести виски совместно и решить его дальнейшую судьбу, сыграв партию в гольф.

Что скажете?

С уважением,

Ларс Симонсен

Кому: lsimonsen@mollersimonsen

От: rchecker@getrealestates

Дорогой Ларс.

А давай, хули!

Чекер

Я беру и загугливаю этого придурка, Ларса Симонсена, но уже на своем еблофоне. Парень, сука, просто в шоколаде! Что ж, пожалуй, любой, у кого есть что-то, что хотят заполучить эти недоумки, находится в выгодном положении! Железно!

Я иду в город и выбираю штанцы, прикидывая в уме, что Ронни должен носить примерно тридцать четвертый размер. Отдаю их полицейскому за стойкой регистрации в участке. Ронни отпускают примерно час спустя, и, разговаривая с адвокатом, который, кажется, уладил все дела с копами, выглядит он потрепанным.

Он выходит, и я вижу, что брюки оказались ему впору.

— Как все прошло?

— Ублюдки! Я сделал один телефонный звонок — и они сломались. — Он оглядывается на адвоката. — Я намерен засудить их нахрен!

— Спасибо, что не стал распространяться, чей это был кокос…

— О чем речь! Но я бы попросил тебя проявить крайнюю осмотрительность и сохранить все это в тайне.

— Конечно, приятель. Нельзя прыгать из кровати в кровать, как это делает Джус Те, и хотя бы немного не знать об осмотрительности. Я даже самоучитель написал, — говорю я ему. — Как штанцы? — киваю я в сторону его ходуль. — Все путем?