Навстречу мечте - Люси Кларк

Когда пришло время дневного дежурства Ланы, она была рада возможности побыть на палубе в одиночестве. Порывы ветра выбили из нее усталость. С капюшона штормовки капало. Лана крепко держала штурвал.

При сильных волнах автопилот бесполезен, яхтой приходилось управлять вручную, чтобы встречать волны в точках наименьшего воздействия. Мышцы рук болели – надо было постоянно крепко держать штурвал.

Лана как-то читала статью о женщине, которая в одиночку совершила кругосветное путешествие по морю. Она рассказывала, что хуже всего, хуже недостатка сна и свежей еды, хуже физической усталости было оставаться среди океана наедине со своими мыслями, от которых никак не отделаешься. Теперь, окруженная безбрежным морем, Лана понимала ее: бесконечное пространство лишь добавляло переживаний.

Лана крепче взялась за штурвал, размышляя о предложении Аарона не сообщать о смерти Жозефа. Конечно же, ей не хотелось, чтобы началось расследование или чтобы яхту арестовали, но как можно предавать случившееся забвению, если они и сами не знают, что произошло с Жозефом? Лана мучительно раздумывала над этим вопросом, пытаясь найти ответ. Пока у нее имелось два варианта: либо он погиб в результате несчастного случая, либо решил покончить жизнь самоубийством.

Но есть и третий, который Лана никак не хотела признавать. Вдруг в смерти Жозефа замешан кто-то еще? Слишком много в случившемся было неувязок. Почему Аарону срочно требовалось выйти в море именно в тот вечер, когда погиб Жозеф? Почему все утверждают, что ничего не видели? Палуба никогда не остается без присмотра! Атмосфера на яхте была странной, будто за каждой дверью о чем-то шептались.

Лана покачала головой, провела рукой по груди. Может, из-за недостатка сна ей и чудится, что за обычным несчастным случаем скрывается нечто страшное?

После дежурства Лана заглянула к Китти – подруга спала, сложив руки под подбородком. Она собиралась залезть на свою койку и тоже подремать пару часов, но ей завладела тревога.

Хотелось увидеться с Денни, проскользнуть в его каюту и побыть пару минут с ним наедине. С момента исчезновения Жозефа их отношения стали натянутыми.

Двигаясь по коридору в сторону кормы, она услышала голос Аарона из его каюты. Лана остановилась и прислушалась.

– Я знаю, что это не так! – воскликнул Аарон.

Раздался еще один мужской голос, приглушенный – наверное, Генриха.

– Ты не согласен? – с насмешкой отозвался Аарон. – Ты что, придурок? Знаешь, что тогда будет?

Яхта покачнулась, и Лане пришлось схватиться за дверной косяк, чтобы не упасть.

Аарон понизил голос, и следующие несколько фраз разобрать не получилось, а потом донеслось:

– Не смеши меня! Какая вообще разница?

Ответ Генриха Лана не услышала, но говорил он долго, потому что Аарон вдруг громко вздохнул.

– Слушай, я тоже не в восторге.

Раздался глухой удар, будто кто-то стукнул кулаком в стену.

Лана задержала дыхание, ожидая следующей реплики. Заговорил Аарон:

– Это к лучшему. Не забывай.

К двери приблизились шаги, и Лана, отпрянув, поспешила вернуться в свою каюту. Зайдя внутрь, она прижалась к двери, сердце бешено стучало. О чем они там, черт возьми, говорили?

Через полчаса Лана пошла на камбуз, чтобы перекусить, и оказалась наедине с Аароном.

– Слушай, – подошла она к нему, – когда мы были на Филиппинах, ты сказал нам, что Жозеф покинул «Лазурную» из-за денег.

– И что?

– Я знаю, что это не так.

– Правда? – сердито глянул на нее Аарон.

– Хватит уже вешать лапшу на уши. Почему ты выгнал Жозефа с яхты?

Стиснув зубы, Аарон ответил:

– Я скажу тебе почему. Я узнал о нем кое-что. И это мне совсем не понравилось. Я не хотел, чтобы такой человек находился на моей яхте.

– Какой такой?

– Надо было довериться интуиции. Я сразу почувствовал, что с ним что-то не так, вот и решил навести справки. И кое-что выяснил.

Да, перед самым отплытием с Филиппин Лана увидела Аарона и Денни возле интернет-кафе. Аарон тогда был вне себя от злости, и уже через несколько часов Жозеф вдруг покинул яхту.

– Что же ты выяснил?

– Ты говоришь, что хорошо знаешь Жозефа… Так, может, он рассказал тебе? – Аарон замолк. – Во Франции он был подозреваемым в деле об убийстве.

– Не может быть!

– Дело закрыли из-за недостатка улик, но Жозеф был единственным, кого подозревали.

У Ланы задрожали руки.

– Я не верю. И кого же он предположительно убил? Кого?

Аарон пристально посмотрел ей в глаза.

– Вот это самое интересное: своих родителей.

– Они погибли в пожаре!

– Да, в пожаре – который устроил Жозеф.

– Нет! Я не верю!

– Не верь, мне-то что, – пожал Аарон плечами.

Шею вдруг сдавило, лицо покраснело – потому что, как бы ужасно это ни звучало, слова Аарона все объясняли. В том числе и записные книжки Жозефа, исписанные одним словом: «Сожалею».

– Тогда почему ты ничего не сказал нам?

– Думал, что, если попросить его уйти, проблема решится… так этот идиот пробрался обратно. – Аарон покачал головой. – Лана, я знаю, что вы с Жозефом дружили, и мне правда очень жаль, что его больше нет, но он выдавал себя за совершенно другого человека. – Когда Лана повернулась к выходу, Аарон добавил: – Кстати. Помнишь, члены команды голосовали по поводу того, остаться ли вам с Китти на «Лазурной»? Представь, не все высказались в твою пользу.