Молитва для адмирала - Виктор Семёнов

– Ты одна? – спросил Дмитриевский, осматриваясь.

– Да. Здравствуйте, Денис Александрович.

– И вам не хворать…На кухню проходить? – ехидно спросил он.

– Как вам удобно. Давайте на кухню…

Квартира оказалась куда крупнее и приличней той, где они чаевничали в прошлый раз: трех-, а то и четырехкомнатная, с хорошим ремонтом и обстановкой.

– Водку будете? – улыбнувшись, спросила Марианна.

– Нет, – ответил Денис, – лучше чаю.

– А я, с вашего позволения, выпью рюмашку… – рассмеялась она, поправляя белую домашнюю футболку с надписью «Спасибо Растрелли. Мы – офигели» и Зимним дворцом.

– Да ради бога, – ответил Денис, набирая номер Аблокатова. – Алло. Все в порядке. Я позвоню по действиям. Жди. – И Марианне: – Деньги-то где?

– В комнате, – спокойно отвечала она, заваривая чай. – Принести?

– Да, – ответил Денис, – принеси, а, будь другом, а чай я сам себе сделаю. Вдруг еще подсыплешь чего.

Марианна хмыкнула и ушла в комнату. Денис же, осмотрев красиво обставленную кухню, насыпал черного чая прямо в чашку и залил его кипятком из только что вскипевшего чайника. Марианна притащила портфель и, протянув его Дмитриевскому, улыбнулась.

– Ты чего такая спокойная? – полюбопытствовал он, заглядывая внутрь. – Димедрола наелась?

– Нет, водочки чуть-чуть выпила.

– Ты знаешь чего, – сказал Денис, кинув портфель на пол. – Иди одевайся. Мы с тобой на время в другое место переедем. Если не возражаешь. В менее презентабельное. Больше похожее на то, где у нас с тобой было первое свидание.

Марианна улыбнулась и направилась в комнату.

– Стой, – сказал Денис, и она повернулась к нему. – Тебя как называть-то? Марианна? Или Марина?

– Марина.

Ушла в комнату. Денис сделал глоток крепкого черного чая и сморщился: горько без сахара.

Через десять минут они спустились вниз и подошли к черному «Порше» Дмитриевского. Туда же прибежал Костя. Его глаза вылезали из орбит, прыгая с Марины на портфель с деньгами и обратно.

– Как это возможно? – единственное, что он сумел выговорить. Денис, усадив Рогачеву на пассажирское сиденье, закурил и ответил Косте, глядя ему прямо в глаза:

– Еще ничего не закончено. Мы пока информацией вообще не владеем. Она это или кто за ней стоит – не знаем. Я знаю только одно: она спокойна, как слон. Говорит, водки выпила. Как будто я не видел женщин, выпивших водки… Там до спокойствия – как до луны. Сейчас поедем кое-куда. Коля Сарпов, младший брат моей жены, с дочкой и своей супругой в Грецию улетели. Вернутся через неделю. Квартира пустая. Там пока ее подержим, до выяснения. Ты с ней сегодня останешься, чтобы не сбежала. Ее, если что, Марина зовут. Рогачева. Адрес запиши…

– За тобой поеду… – ответил Костя и быстро направился к своей машине.

Денис же, сев за руль, включил зажигание и с улыбкой посмотрел на Марину:

– Не холодно? Сколько градусов сделать в салоне? Какое радио предпочитаете?

В кармане куртки Рогачевой заверещал телефон. Денис вытащил из ее кармана крупный корейский аппарат и, посмотрев на него, спросил:

– Будешь отвечать?

– Не буду.

– В телефонной книге номера нет…

– А я их не записываю, – спокойно ответила Марина, глядя в окно на красивый в вечернем свете фонарей Московский проспект.

– Да ладно! – не поверил Денис.

– Да. Память хорошая. Для меня дай чего-нибудь позапоминать – большего нет удовольствия! Я все нужные мне номера наизусть знаю.

– Отлично, – буркнул Дмитриевский, одним глазом глядя на дорогу, другим – в экран ее телефона. – А я, если ты, конечно не против, воспользуюсь преимуществами технического прогресса. Хотя на память тоже не жалуюсь.

Денис вытащил на свет божий свой телефон; одной рукой он держал руль, управляя автомобилем, другой же начал забивать номер, с которого только что звонили Рогачевой, в свой телефон. Нажал на кнопку «Соединение», и через миг на экране загорелся контакт: «Георгий Александрович (Щит)». Дмитриевский мгновенно дал отбой.

– Твою мать! – выругался он, посмотрев на Марину. Та, улыбаясь, продолжала глядеть в окно.

Денис пробежался по последним вызовам Рогачевой. Их было немного, и в основном повторялись два; один из них – Георгий. Дмитриевский начал было набирать и второй номер, но потом остановился и, повернувшись к Марине, спросил:

– Забирохин, да? Так, чтобы время не тратить? И не отвлекаться от дороги? Марат?

– Денис Александрович, я поражена вашими способностями.

Она посмотрела на него без улыбки, очень серьезно.

– Объяснишь? Обычный гоп-стоп? Или что-то посерьезней?

– Вы не поверите.

– Почему? Я доверчивый. Ты же знаешь. Рассказывай.

– Это не гоп-стоп, а зарница. Играли в детстве в зарницу?

Дмитриевский молчал, соображая, о чем это она. Марина продолжала:

– Георгий Александрович решил поиграть в зарницу.

– А… А зачем?

– Он так говорил: у нас с этим щеголем договор, мы должны обеспечивать безопасность его деятельности. А как я, мол, могу обеспечить эту самую безопасность, если он не прислушивается к нашим рекомендациям и делает все по-своему.

– И поэтому он решил скоммуниздить у меня пятихатку евро? Потому что я его не слушаю?

– Никто ничего не коммуниздил, как вы изволили выразиться. Он хотел на живом, так сказать, примере показать вам слабые места организации, чтобы потом все мы сделали правильные выводы.

– Странный какой-то способ.

– Не совсем. Мы были уверены, что встреча и обсуждение произойдут после первого инцидента, помните, с конвертом для дяди Вани. Но никто не предполагал, что все так повернется. Помните, вы назначили меня советником. Георгий Александрович потом немножко вышел из себя, хотя обычно его очень трудно вывести из равновесия. Орал тогда: либо он идиот, либо у него какая-то муть в голове! Это про вас.

Денис молча вглядывался в дорогу. Повернул на Типанова. Коля жил в Купчино, езды – от силы минут двадцать. Половину уже проехали. Он спросил, взглянув в зеркало заднего вида на «ниссан» Аблокатова:

– А вы?

– Что – я? – снова улыбнулась спокойная, как слон, Рогачева.

– Вы-то кто?

– Его сотрудница. Работаю по трудовому договору в ООО «Щит». Два года уже. А до того работала в полиции. Десять лет. Шесть лет в следствии, потом четыре в дознании. Уволилась в звании капитана.

– Про взятки врала мне?

– Нет. Ненавижу это.

– Как же ты в ментовке на такую квартиру заработала на одной зарплате?