Влюбленные в книги не спят в одиночестве - Аньес Мартен-Люган

– Господи! Диана, я так волновался за тебя!

– Извини… вчерашний день был очень тяжелым…

– Я все понимаю… но не надо больше так долго молчать…

Я коротко рассказала ему, как прошли похороны и поминки, ни словом не обмолвившись ни о своих чувствах, ни о пережитых потрясениях. И сразу перевела разговор на Париж и “Счастливых людей”. На долю секунды мне показалось, что он рассказывает не о моей жизни, а о чужой, не имеющей ко мне никакого отношения. Передо мной, поглощая все мое внимание, бушевало море, а он в это время объяснял, что Феликс гордится выручкой последних двух дней и с головой погружен в организацию очередного тематического вечера. Все это не производило на меня особого впечатления, не радовало и не воодушевляло. Я вставляла краткие реплики типа “отлично”. Тут за моей спиной открылась стеклянная дверь на террасу, и я обернулась в полной уверенности, что увижу Деклана. Я ошиблась. Ко мне присоединился Эдвард с чашкой кофе и сигаретами, его волосы были влажными после только что принятого душа. Мы встретились глазами.

– Оливье, мне пора…

– Погоди!

– Да.

– Ты завтра возвращаешься? Ты действительно вернешься?

– М-м-м… но… почему ты спрашиваешь?

– Ты не останешься там?

Я отвечала Оливье, но лицо Эдварда, как магнит, притягивало меня. Он не слышал, о чем мы говорим, но по его напряжению я догадалась: он понимает, как это важно. Мои глаза затуманились. Мое сердце разорвется, как бы все ни обернулось. Что я могу сказать Оливье? Возможен единственный ответ:

– Ничего не изменилось, я прилетаю завтра.

Эдвард глубоко вздохнул и подошел к балюстраде, остановился на некотором расстоянии от меня, облокотился о перила. Через стекло я видела Деклана, играющего со своими машинками. Собака лениво следила за ним краем глаза. Эдвард, чувствовала я, был совсем рядом и так далеко от меня. Завтра я возвращаюсь в Париж.

– Прекрасно, – услышала я ответ Оливье где-то вдали.

– Не надо меня встречать, ни к чему… Целую.

– Я тоже.

– До завтра.

Я отключилась. Стоя спиной к морю, закурила очередную сигарету. Ни один из нас не произнес ни слова. Я загасила окурок и решила вернуться.

– Пойду оденусь, мне нужно к Джеку, – сообщила я Эдварду, держась за ручку двери.

Я ничего не сказала Деклану, взбежала на второй этаж, вытащила из чемодана чистую одежду и заперлась на два оборота в ванной.

Здесь все кричало о недавнем присутствии Эдварда: зеркало, запотевшее от душа, который он принимал, запах его мыла. Я долго стояла под горячими струями воды, вцепившись зубами в кулак, по щекам текли слезы. Мои желания и эмоции не должны приниматься в расчет, только чувство ответственности и здравый смысл имеют значение. Мне оставалось провести с отцом и сыном сутки. После этого я улечу.

Когда я покинула свое убежище, голоса Деклана и Эдварда раздались совсем рядом, из Эдвардова кабинета. Я подошла, оперлась о косяк открытой двери. Они устроились перед компьютером, Эдвард ретушировал фотографии и спрашивал Деклана о его мнении. Между ними установился тесный контакт, они стали единой командой. Раньше я ни разу сюда не заходила. Мое внимание зацепил не царящий в этой комнате бардак, а черно-белый снимок, приколотый кнопкой к стене над экраном. Судя по обтрепанным углам, его наверняка часто брали в руки. На снимке была витрина “Счастливых людей”, и сквозь нее виднелась я, улыбающаяся, с мечтательным взором. Фото, снятое без ведома модели, – это очевидно. Когда он его сделал? Когда приходил повидаться? Исключено: я все время наблюдала за улицей и обязательно заметила бы его. Значит, он был возле кафе в другой день, но не захотел встречаться со мной. Его слова, сказанные давно, несколько месяцев назад, все еще звучали у меня в ушах: “В моей жизни больше нет места для тебя”.

– Диана! Ты пришла!

Голос Деклана заставил меня вздрогнуть и подсказал, что сейчас не время требовать объяснений.

– Чем вы занимаетесь? – спросила я, зайдя в комнату и останавливаясь на пороге.

– Мне нужно сделать небольшую работу, – ответил Эдвард.

– Деклан, хочешь пойти со мной в гости к Джеку?

– Да!

– Беги одевайся!

Он со всех ног рванул в спальню. А я никак не могла покинуть эту комнату, но упорно старалась не глядеть на Эдварда.

– Работай спокойно. Придешь к нам, когда освободишься.

Я не увидела, как он встал из-за компьютера, и вдруг почувствовала, что он рядом.

– Когда завтра твой рейс?

– В два часа… Давай не будем об этом, ладно? Лучше порадуемся сегодняшнему дню.

Я подняла голову, мы напряженно смотрели друг другу в глаза, наше дыхание ускорилось, и я поняла, что хочу большего в то короткое время, которое нам осталось. Наши тела соприкоснулись.

– Все! Я готов!

Я резко отпрянула, дистанция между нами была восстановлена.

– Пойдем! – позвала я Деклана чуть громче, чем следовало.

И вышла из комнаты, пошатываясь. Деклан попрощался с отцом, мы спустились вниз, надели пальто, шарфы и шапки – сегодня плохая погода.

– Вперед!

Я свистнула Постмена Пэта, который тут же прибежал трусцой, открыла входную дверь, и Деклан просунул свою маленькую ладошку в мою руку.

– До скорого, – раздалось за моей спиной.

Я оглянулась: Эдвард наблюдал за нами, стоя на лестнице. Мы обменялись улыбками.

На дорогу, которая обычно занимала минут двадцать, потребовался почти час. Я бегала с этим мальчишкой, играла с ним, смеялась вместе с ним, как если бы хотела навсегда запечатлеть его в своей памяти и никогда не забывать его силу и инстинкт выживания, чтобы питаться этими воспоминаниями. Или просто потому, что я его полюбила и скоро буду вынуждена покинуть. Как такое вынести?

Вот так, бегом, мы влетели в садик Эбби и Джека. Еще долгое время я не смогу думать об этом доме, не связывая его с Эбби. Джек дергал сорняки на клумбе жены. Я понимала, чем он занимается: пытается отвлечься, но при этом удержать ее рядом… Двойственные чувства траура.

– Ой, детки! Как хорошо, что вы пришли!

Деклан запрыгнул на него. Джек поманил меня и прижал к себе, когда я остановилась возле него.

– Как ты себя чувствуешь сегодня? – спросила я. – Поспал немного?

– Скажем так, я проснулся рано!

Он поставил Деклана на землю.

– Ух ты… вы не скучаете! Между прочим, у нас тут не каникулы!

На крыльце появилась Джудит, подбоченившись, в боевой униформе домохозяйки.

– Не ворчи, я пришла тебе помочь!

Джудит приводила дом в порядок после поминок. Я тоже засучила рукава и включилась в хлопоты по хозяйству. Они заняли все утро. Атмосфера была спокойная, отсутствие Эбби, конечно, ощущалось, но не давило. Мы с Джудит со смехом вспоминали ее, иногда роняя слезы.