Homo Roboticus? Люди и машины в поисках взаимопонимания - Джон Маркофф

Первый отпуск Моравек провел в Кембридже, штат Массачусетс, в компании Thinking Machines Corporation Денни Хиллиса в надежде воспользоваться суперкомпьютером. Но новый суперкомпьютер CM-5 не был готов. В ожидании он занялся отладкой своей программы на рабочей станции. К концу отпуска стало ясно, что нужно просто ждать, когда возможности суперкомпьютера придут в его настольный компьютер, а не подстраивать программу к работе на специализированной машине. Пять лет спустя во время второго творческого отпуска в исследовательской лаборатории компании Mercedes-Benz в Берлине он вновь пришел к тому же выводу.

Моравек все еще не хотел сдаваться, поэтому, вернувшись из Германии, он подписал контракт с DARPA на продолжение разработки программного обеспечения для автономного мобильного робота. Однако после выпуска двух бестселлеров за десятилетие с обещаниями скорого технологического прорыва он решил, что наступило время взяться за дело. Вера в то, что экспоненциальный рост вычислительной мощности неизбежно приведет к появлению машин с искусственным интеллектом, все больше укреплялась в Кремниевой долине, благо Рэй Курцвейл предоставил популярный набор аргументов в 2005 г. в книге «Сингулярность уже близка» (The Singularuty Is Near). «Это превращается в спектакль и мешает реальной работе», – решил Моравек. К этому времени он полностью разделял подход Алана Кея, который говорил, что «лучший способ предсказать будущее – сотворить его».

Компьютерная берлога Моравека находится далеко от офиса Seegrid, основанной им в 2003 г. компании по производству роботизированных погрузчиков, но от его дома в Питтсбурге до нее можно дойти пешком. В последнее десятилетие он оставил роль футуриста и стал отшельником. В каком-то смысле это было продолжением проекта, который он начал еще ребенком. В десятилетнем возрасте Моравек построил своего первого робота из консервных банок, батареек, лампочек и электромотора. В средней школе он сделал способную следовать за лучом света черепаху и манипулятор. В Стэнфорде он стал двигателем проекта по созданию Стэнфордской тележки, мобильного робота с телевизионной камерой, который мог обходить препятствия. Тележка досталась ему в наследство после прихода в Стэнфорд в 1971 г., и постепенно он ее полностью переделал.

Первым автономным роботом был Shakey, но именно Стэнфордская тележка с ее долгой и яркой историей должна считаться предком беспилотного автомобиля. Она появилась как результат финансируемого NASA проекта в департаменте машиностроения в 1960 г. с прицелом на создание дистанционно управляемого транспортного средства для передвижения по поверхности Луны. Проблема была в том, как управлять подобным аппаратом с учетом задержки радиосигнала, которому для прохождения от Земли до Луны и обратно требовалось 2,7 с.

В финансировании проекта в его первоначальном виде было отказано, поскольку победила идея сохранения человека в контуре управления. В 1962 г. президент Кеннеди нацелил страну на пилотируемые полеты к Луне, и проект тележки положили на полку^{111}. Робот размером с карточный стол на четырех велосипедных колесах пылился до 1966 г., когда его обнаружил заместитель директора SAIL Лес Эрнест. Он убедил департамент машиностроения передать его в SAIL для экспериментов по созданию автономного автомобиля. Со временем, используя мейнфрейм SAIL, один из аспирантов смог «научить» робота двигаться вдоль белой линии на полу со скоростью порядка километра в час. Радиоканал обеспечивал дистанционное управление. Местонахождение проще было определять с помощью двух фотоэлементов, но последним писком в то время считалась видеокамера, связанная с компьютером.

Моравек модифицировал и отлаживал систему в течение 10 лет, и в конце она могла пройти через комнату, обходя препятствия, в два раза быстрее. У тележки было много недостатков. Пытаясь обеспечить ориентацию в пространстве и определение местоположения с помощью единственной камеры, Моравек взялся за одну из самых сложных задач искусственного интеллекта. Воссоздание точной трехмерной модели мира он считал ключевым шагом на пути к его пониманию.

В то время единственной обратной связью было пройденное тележкой расстояние. В отсутствие настоящего стереоскопического зрения тележка не воспринимала глубину. Из соображений экономии она перемещала камеру вперед и назад по направляющей под прямым углом к полю зрения, давая программе возможность сформировать стереоизображение по данным одной камеры. Это был прообраз подхода, которым десятилетия спустя воспользовалась специализирующаяся на машинном зрении израильская компания Mobileye.

Автомат двигался медленно и монотонно, но канал связи и видеокамера позволяли Моравеку развлекаться дистанционным управлением с компьютерной рабочей станции. Можно было вообразить, что это луноход разъезжает вокруг здания SAIL среди холмов к западу от Стэнфорда. Вскоре на ведущей к лаборатории дороге появился желтый дорожный знак с надписью «ОСТОРОЖНО, РОБОТИЗИРОВАННЫЙ АВТОМОБИЛЬ». Тележка и в самом деле выехала на улицу, но не очень успешно. Казалось, у нее была способность находить неприятности. Одна из них случилась в октябре 1973 г., когда тележка в режиме ручного управления поехала под уклон и перевернулась, из аккумулятора вытекла кислота, уничтожившая дорогостоящую электронику^{112}. На восстановление ушел почти год.

Моравек не раз пытался провести тележку вокруг здания, но позади лаборатории дорога шла вниз, радиосигнал ослабевал, и определение точного местоположения тележки становилось проблематичным. Однажды он неправильно определил ее положение и повернул не в ту сторону. Вместо того чтобы завершить круг, робот двинулся к оживленной Арастрадеро-роуд у подножия холмов Пало-Альто. Моравек надеялся, что сигнал от робота усилится, но он оставался неустойчивым. Телевизионная картинка постоянно останавливалась. Неожиданно Моравек увидел едущий рядом с роботом автомобиль. Это было странным. Не выдержав, он оторвался от терминала и отправился на поиски. Там, где, по его мнению, должен был находиться робот, оказалось пусто. Моравек решил, что его разыгрывают. Он разыскивал беглую машину до тех пор, пока она не прикатила сама с сидящим верхом техником. К тому времени, когда ее поймали, Стэнфордская тележка довольно далеко уехала по Арастрадеро-роуд. С той поры инженеры добились значительного прогресса в конструировании беспилотных автомобилей. Давняя уверенность Моравека в том, что нужно лишь подождать, пока компьютеры станут более дешевыми и мощными, в значительной мере оправдалась.

Он продолжал заниматься машинным зрением, но не все шло гладко. В октябре 2014 г. созданная им компания по производству промышленных систем искусственного зрения была объявлена банкротом и подверглась принудительной реструктуризации. Однако, несмотря на разочарования, изменялись только временны́е рамки его планов. На вопрос, заменят ли современные системы искусственного интеллекта и роботы живой труд, он отвечал, подмигивая, что намерен заменить род людской – «труд – это минимальная цель».

Свое представление о ближайшем будущем Моравек обрисовал во второй книге: «Робот: От простой машины до совершенного разума». В ней он делает вывод, что нет необходимости заменять капитализм, поскольку для развивающихся машин полезно конкурировать друг с другом. «Дело в том, – говорит он, – что мы фактически создаем для себя довольно пристойные условия выхода в отставку». Призрак «конца работы», который сегодня с растущей тревогой обсуждают многие технари, в понимании Моравека относительно небольшая проблема. Люди любят развлекать друг друга. Подобно многим собратьям по сингулярности, его волнует, что мы будем делать с переизбытком товаров и услуг. Демократия, по его словам, открывает путь к совместному использованию огромного накопленного капитала, который будет все больше приумножаться сверхпродуктивными компаниями. Появится возможность, например, увеличивать социальные выплаты и снижать возраст выхода на пенсию до тех пор, пока он не будет наступать в момент рождения.