Миллиграммы счастья - Маша Трауб

– Ты помнишь лето 2011-го? – улыбаюсь я, разглядывая фотографии Серафимы. – Ей было два года. Она все время норовила стянуть с себя купальник, и нам делали замечание. Место было очень приличное, и даже младенцы должны были плавать в купальниках.

– Да, кондиционер там был плохой, – отвечает муж, – еще и потек на третий день.

– А в 2013-м? Помнишь? На всей улице отключили электричество, и ничего не работало. Мы при свечах сидели, – снова пускаюсь я в лирические воспоминания.

– Да, было хорошо. Кондиционер хороший.

Это да. Муж ставил его на 17 градусов, в комнате шел пар от нашего дыхания, и мы с сыном и дочкой по очереди выбегали на улицу греться. Я вообще выходила на тридцатиградусную жару, закутанная в кардиган. На меня все смотрели как на сумасшедшую. Я всегда беру с собой теплую одежду. Не на случай заморозков, а на случай хорошо работающего кондиционера.

Что еще? Зонт. Конечно, муж повсюду возит с собой зонт. В чемодане – ласты, маска с трубкой, купальники и… зонт. Даже если все на свете сводки погоды показывают жару, слепящее солнце без единой тучки, он берет зонт. Один.

Вечером мы играли с детьми в слова: загадываешь слово, пишешь первую и последнюю буквы. Васе я загадала слово «парасоль» – летний зонт. Не угадал.

За годы подготовки к летнему отдыху я научилась высчитывать среднесуточную температуру в конкретном регионе, течения, которые могут повлиять на температуру воды, национальные праздники, традиции ухода на сиесту и выхода с нее. Я выясняю все. Шаговая доступность до моря – это сколько конкретно шагов? Тихое место? Насколько? Кто соседи? Звукопроницаемость стен, напор воды в ванной, да, кондиционер один на все комнаты или в каждой? Да, да, важно, чтобы в каждой. И телефон мастера заранее. Зачем? Потому что кондиционер потечет. Никогда не тек? Просто он никогда не работал так, как того требует мой муж.

Что говорить, за эти годы я даже научилась продувать шланги. Самостоятельно. На мастерах можно разориться.

Ни разу у нас не было идеального места. Ну вот, например, остров, утопающий в зелени. Дом, сад. Утро, терраса в тени с видом на море – идеальное место для завтрака. Солнце восходит там, где требуется, чтобы дать нам утром возможность позавтракать на террасе. Я накрываю на стол. Кондиционер шарашит по полной. Напор воды шикарный. Нет, так не бывает, только не с нами.

Утром раздается звон колоколов – рядом церквушка, про которую мне сообщила хозяйка, и я очень порадовалась такому соседству. Но про колокола в сообщении не было ни слова. Как и про количество смертей в данный конкретный период. Статистические данные про эпидемии, мор и прочие напасти я не догадалась запросить. Каждые выходные в церкви проходило отпевание, и по дороге, мимо нашей терраски, тянулась траурная процессия. Женщины в черном с корзинками в руках для поминальной трапезы. На нашей калитке появлялся листик с сообщением о том, кто преставился. Моя маленькая дочь с интересом смотрела на процессию. Я же чуть не плакала: что будет в ее голове, если она в свои три года видела столько похорон, сколько я не видела за всю свою жизнь. То ли эта церковь специализировалась на панихидах, то ли местная традиция была такова, но в этот храм свозили покойников чуть ли не со всего острова. И каждые выходные по нашей улочке текла траурная процессия. На террасе после этого мы никогда не завтракали. К бою колоколов привыкли быстро.

– Дядя умер? Или тетя? – будничным тоном интересовалась дочка.

Я все еще не оставляла попыток найти идеальное место для отдыха. Кажется, удалось. Кондиционеры во всех комнатах, стиральная машина и сушилка. Место тихое, до ближайшей деревушки – семь минут на машине. Но неподалеку есть супермаркет, аптека и рыбный ресторанчик на пляже.

Когда я начала волноваться? Когда все оказалось идеально. Интуиция кричала сиреной: такого не может быть! Но и аптека, и ресторанчик, и кондиционер… Даже плед… И еще четыре умеренно теплых и идеально белых одеяла. Я отодвинула кровать – ни пылинки. Провела ладонью по шкафу – чисто.

Утром мы решили найти пляж. Местные жители показали дорогу – вот, сюда, очень близко. Я уже увидела тишайшее море и песочек. А потом – голую женщину. Ну да, Европа, женщины топлес встречаются даже на детских пляжах. Как правило, им сильно за шестьдесят. Молодые, с идеальной грудью – в закрытых купальниках. Пожилая женщина с благородной сединой лежит… без всего. Ей уже на все наплевать. Потом я увидела мужчину, который лежал на шезлонге – у него во рту торчала сигара. Он лежал неподвижно, с запрокинутой головой, дым выпускал носом. Сигара постепенно тлела, но куда девался пепел, я так и не поняла. Это был просто цирковой номер – мужчина лежит, не шевелится, о его жизнеспособности говорит только дымящаяся сигара. Значит, дышит. И только потом я обратила внимание на то, что мужчина, которому уже тоже было «далеко за…», – голый. Как и его жена. Я с ужасом обвела взглядом пляж – все голые. То есть абсолютно. И все пожилые. Бабуля с задорной татушкой в виде розы на копчике. Роза подувяла, правда. Дедуля, играющий мускулами у кромки воды. Мускулы выглядели как роза на попе бабули. Тут я с трудом нашла в себе силы, чтобы посмотреть на мужа и детей. Сын уставился в телефон – да, нам обещали вай-фай даже на пляже. Дочка смотрела в небо – там пролетал вертолет. Муж смотрел на меня так… Ну, как может смотреть муж, когда жена опять не оправдала доверия.

– Вася, – тихо попросила я, – а спроси у «Гугла», где мы находимся и что это за пляж такой.

– Нудистский. Единственный пляж на побережье, – ответил равнодушно сын, не отрывая взгляда от айфона.

– Пошли. Когда-нибудь он должен закончиться и начаться обычный.

– Пойдем по морю! Я камешки и ракушки буду собирать! – попросила Сима.

– Нет, мы пойдем по трассе! – сказала я.

– Нет, ну так только ты могла выбрать место, – возмутился муж, – напротив единственного на все побережье нудистского пляжа.

Все было идеально? Нет, конечно. Оказалось, что наше временное пристанище обладает интеллектом. Апартаменты оснащены системой «умный дом». Когда мы только приехали, я не обратила внимания на коробочки, развешанные по стенам. Муж понял, куда «тыкать», чтобы включить кондиционер. Тем более что хозяин апартаментов подключил все нужное и отключил все ненужное. Посоветовал на эту коробочку не обращать внимания, а к экрану, который высвечивал планировку апартаментов, не приближаться. Все остальное работало по старинке – сейф повернуть на ключ, ключ спрятать.

По дороге с пляжа домой мы зашли в супермаркет. Пока я искала яйца, молоко и йогурты, муж разбирался в линейке спиртного.

– Я хочу шампанского, и не спрашивай почему, – попросила я.

Шампанское я пью редко. И это не предвещает ничего хорошего. Когда моя интуиция мигает красной лампочкой, я непременно хочу выпить шампанского. Муж выбрал белое вино, шампанское, соки-воды.

Я устала и уснула быстро, что неудивительно – выпила бутылку не моргнув глазом. Ничего не слышала. Поэтому все знаю со слов сына.