Миллиграммы счастья - Маша Трауб

– Это не коньяк! Это у нас воздух так пахнет! Я даже ей скидку сделаю за талант! Двадцать пять процентов! Нет! Тридцать процентов! – продолжал кричать инструктор, чтобы все слышали. Потом он подошел к моему мужу и сказал уже тихо: «Слушай, я человек пожилой, мне много не надо, ты мужчина, я мужчина, ты меня поймешь. Заплати мне за час и больше ее сюда не приводи. Пусть в салон сходит. Маникюр сделает. Коньяк выпьет. Только сюда пусть не приезжает. У меня внуки есть, мне инфаркт сейчас никак нельзя! У тебя дети есть. Тебе инфаркт тоже никак нельзя! Зачем женщине лыжи, ты мне скажи? Пусть дома вас ждет. А ты куда уехал? Зачем жену бросил? Если бы ты рядом с ней был, она бы на гору не полезла! Чем ты себе думаешь? Мне семьдесят два года, я многое видел. Женщина просто так на гору не полезет! Ей любовь здесь, на земле, нужна!»

Муж покорно кивнул. И я, лежа на снегу и глядя в синее небо, тоже слабо кивнула. Лучше я буду ждать их дома. Да, лучше маникюр сделаю и коньяк выпью. Прямо сейчас. Сто пятьдесят, не меньше! И правильно инструктор заметил – просто так на гору не полезешь. Очень хороший мне инструктор попался. Очень мудрый мужчина.

Но я решила преодолеть собственные страхи и снова вышла на трассу.

Следующим инструктором стал юноша по имени Абрам. Правда, его все называли как-то по-другому, но мне он представился именно так. Утверждал, что участвовал в Олимпийских играх в Турине. Но дело не в этом.

Я ждала Абрама у подъемника. Он появился в сопровождении прекрасной молодой девушки, одетой явно не для горы: накладные ресницы, укладка, коротенькая куртка, джинсы. Но было странно другое – глаза у девушки были такими огромными, что, казалось, занимали все лицо.

Пока мы поднимались на подъемнике, оставив внизу девушку с огромными глазами, Абрам рассказал, что это его бывшая одноклассница. Приехала в гости. Он ее повез на самый пик, чтобы показать вид, которого она никогда не забудет. Девушка, кстати, никогда не стояла на лыжах.

– Как же она спустилась? Это ведь черная трасса!

– Сейчас узнаешь. Мы туда же едем, – ответил Абрам, – что тут смотреть? Надо с горы смотреть!

Обниматься с Абрамом мне очень понравилось. А еще он меня хвалил. Причем очень искренне. Во всяком случае, я ему верила.

– Она в Олимпийских играх может участвовать! – говорил он моему мужу, пока я барахталась в снегу, пытаясь подняться после того, как перед подъемником свалилась кверху лыжами.

Одноклассницы приезжали к Абраму почти каждый день. Выяснилось, что секрет больших прекрасных глаз с поволокой, чуть затуманенных слезами, – черная трасса. На себе проверила. Только второй раз одноклассницы не возвращались.

– Слушай, почему они только один раз приезжают? – спросил он меня.

– Боятся. Может, не стоит их сразу на гору тащить? Посидите в кафе…

– Если я в кафе посижу, то жениться придется!

На следующий год на другом курорте я попала в руки еще одного инструктора – словенки Зузанны.

– А вы меня спустите? – спросила я ее по-английски.

– Я вообще-то в хоккей играю. Вратарь. За сборную. – Зузанна изобразила, как будет меня ловить в случае чего. Как шайбу. Она ехала впереди, иногда поворачивалась и говорила «гуд».

– Ваш бойфренд тоже играет в хоккей или он лыжник? – спросила я Зузанну.

– У меня герлфренд. Она учительница в младших классах. Я здесь зарабатываю на наш летний отдых, – ответила Зузанна.

Подвергать вратаря сборной опасности я не могла, поэтому съехала сама, без падений, с детской «синей» горки.

– Гуд, – сказала Зузанна, пожала мне руку и уехала. Рукопожатие у нее было крепким.

На следующий день муж с сыном уехали покорять вершины, оставив меня выбирать инструктора. Мне досталась Иванна. Она предложила детскую трассу, где меня сначала обнял плюшевый енот или скунс – ростовая кукла, а Иванна заставила объезжать надувных зверей и держать руки на поясе. Я сбила ребенка, потому что на меня сзади наехали сразу три малыша. А потом нас всех дружно снесла бабуля, и мы посыпались по склону, как кегли.

Но самым страшным было не это. Когда муж с сыном спустились со своих черных трасс, я танцевала с енотом «макарену». Проще было согласиться, чем объяснить, почему не хочется. Енот хлопал меня по попе и дергал за руки. На детской трассе собрался народ, который смотрел, как мы пляшем. В этот момент меня и увидели родные.

– Ты сколько глинтвейна выпила? – спросил муж.

Сын сделал вид, что я прихожусь ему очень дальней родственницей.

На следующий день, когда меня поприветствовал плюшевый енот, изобразив жаркое движение бедрами, я решила, что лучше съеду с горы сама, чем еще раз переживу позор. Ну и, конечно, заблудилась. Есть у меня такой недостаток – плохо с ориентацией. Дело в том, что я всегда смотрю на все стрелочки, надписи и указатели и долго не могу решить, куда мне стоит ехать.

– Простите, извините, пожалуйста, вы не подскажете?

Я стояла на горе и палкой «семафорила» проезжавшим мимо лыжникам.

Наконец рядом со мной притормозила женщина.

– Шо ты тут палкой махаешь? Не видишь, люди едут! – гаркнула она на меня по-русски.

– Я заблудилась и не знаю, как лучше съехать вниз, – ответила я.

– Как-как? Лучше на жопе! – ответила женщина.

– А куда проще? Направо или налево?

– Проще – направо, но налево – всегда интереснее. – Женщина захохотала и подмигнула.

– Что-то я сегодня не в форме.

– Так накатила мало! Надо было накатить! Кто ж всухую ехает? Ты откуда? С Москвы? Я так сразу и поняла! А шо не в Альпах? Все ваши в Альпах! Так я тебе скажу. Надо ехать в Трускавец! Ничего лучше нет! И муж доволен, и дети бесятся! У тебя муж и дети-то есть? Вот! А у меня нет. Поэтому я сюда поперлась. Так лучше бы в Трускавец поехала, честное слово! Тут так скучно, что я прямо дурею. И мужики, я тебе скажу, никакие. Ну прямо посмотреть не на что! Ты видела в стекляшке внизу? Девицы – красавицы, все из наших, а мужики – тьфу и растереть. – Женщина сплюнула в снег. – Так что ехай направо, раз тебе не надо. Спокойненько дошкандыбаешь. А я налево еще раз попробую… Только это – сфоткай меня так, красиво.

Я сфотографировала ее в разных ракурсах, и женщина уехала. Она каталась хуже меня, но уверенности ей было не занимать. Когда я «дошкандыбала» по своей трассе вниз, около подъемника в красивой позе, откинув голову и лыжи, лежала эта женщина, а рядом суетился какой-то мужчина. Я за нее порадовалась и, если честно, позавидовала. Все-таки в спорте главное – мотивация.

* * *

Места для летнего отдыха тоже выбираю я.

Все началось, конечно, с кондиционеров. Муж очень трепетно относится к кондиционерам. У него просто кондиционерозависимость. До такой степени, что все апартаменты, дома или гостиницы он помнит по кондиционерам.