Все случилось на Джеллико-роуд - Мелина Марчетта

– Я умираю от скуки, – признается она. – Хочешь выбраться куда-нибудь? Туда, где есть торговый центр?

– Мы сто лет будем добираться. Пока дойдем до города, пока поймаем автобус…

– А если у нас, допустим, будет машина?

Я озадаченно смотрю на нее.

– У Сантанджело она есть, – поясняет Раффи. – Он держит ее в старом сарае возле тропы за рекой.

– Откуда ты знаешь?

Она пожимает плечами.

– Ходила на собрание молодежного движения в субботу вечером.

– Сантанджело участвует в молодежном движении?

– Нет, зато его девушка – да, и, Богом клянусь, из этой дурочки можно вытянуть все что угодно. Видишь ли, Сантанджело держит машину в тайне, потому что отец поймал его за превышением скорости на пять километров в час.

– Бедняга, – говорю я, думая о том, как непросто, наверное, когда у тебя отец сержант полиции. Но сочувствие длится недолго.

– Ключи?

Она усмехается.

– В этом городке никто не запирает двери, а завести можно и без ключа.

Наверное, мое лицо снова выдает недоумение, потому что она поясняет:

– Еще одна история из жизни в городке. Слишком длинная и неинтересная, но умение заводить машину без ключа очень полезно.

Мне начинает нравиться эта идея. Если у меня будет доступ к машине на каникулах, так можно и до Сиднея добраться.

До старого сарая идти не меньше тридцати минут, так что мы берем велосипеды и незаконно пользуемся территорией кадетов в надежде, что нас не поймают. У кадетов что-то вроде выходного. Занятий нет, но есть постоянные походы за пределы нашего района. Так что сегодня самый подходящий день для нарушения условий договора.

Так приятно снова сесть на велосипед, и я вспоминаю времена, когда была в девятом классе и эту тропу еще не уступили кадетам. Мы летели по изгибам притоптанной дорожки, обгоняя друг друга на самых опасных участках. Однажды я влетела в дерево и сломала руку, и Ханна не разговаривала со мной целую неделю. Но сейчас ее нет рядом, и мы с Раффи несемся наперегонки, и каждая из нас хотя бы раз резко тормозит, слетая с велосипеда. Ссадина на ноге щиплет, но я добираюсь первой. По венам бежит адреналин, и я готова на любое преступление, включая угон незарегистрированной машины сына местного сержанта полиции.

Старый сарай выглядит совсем ветхо, и я сомневаюсь, что кто-то мог загнать туда автомобиль, не развалив всю конструкцию. Мы оставляем велосипеды за сараем и с огромным трудом открываем деревянные двери. К тому моменту, как мы справляемся этой задачей, мы успеваем пропотеть и утомиться. Но, стоит нам шагнуть внутрь, и усталость сменяется триумфом. Перед нами стоит старенький, но невероятно блестящий темно-синий «коммодор». Как и обещала Раффи, двери не заперты. С минуту мы просто ходим вокруг машины, восхищаясь дерзостью своего плана.

Раффи забирается внутрь и ныряет под приборную панель. Я прислоняюсь к окну и заглядываю внутрь, наблюдая, как она вытаскивает проводки и соединяет их, как в фильмах, которые всегда вызывали у меня сомнения, потому что все выглядело уж очень просто.

– Ты меня сейчас офигенно впечатлила, – признаюсь я.

– Уже мечтаю о том дне, когда скажу ему, – хихикает она. – «Эй, Чез, а ты знал, что все это время мы были в курсе про твою драгоценную тачку?» Вот бы сфоткать его лицо в этот момент. Представляешь?

Машина начинает рычать, и я слышу, как Раффи издает победное «Есть!».

– Полагаю, я бы очень мило улыбался на этом фото, – произносит Сантанджело за моей спиной, отпихивая меня от окна, – думая о том, как ты будешь всю жизнь хранить его под подушкой.

Он открывает дверь машины и вытаскивает Раффи, так что та даже стукается головой. За спиной у Сантанджело стоит Джона Григгс, который тоже не в восторге от происходящего.

– Не смейте больше никогда трогать мою машину, – требует Сантанджело с такой же яростью, как когда Григгс отпускал шуточки про его мать.

Раффи весьма театрально прикасается к машине пальцем.

– Теперь ты в нашем списке на уничтожение, – заявляет Чез, доставая из кармана носовой платок и стирая воображаемый отпечаток. Я сто лет не видела носовых платков, и теперь, когда он обнаружился у Сантанджело, с большим трудом сдерживаю смех.

– О-о, напугал, напугал, – говорит Раффи. – Пойдем, Тейлор.

– А что это вы тут делаете? – с подозрением спрашиваю я. – Почему тусите вместе?

– Мы не тусим, – отвечает Сантанджело.

– Ну, а выглядит так, будто тусите, – возражаю я.

– Вовсе нет, – влезает Джона Григгс. – Уж поверь. Его отец заставил нас побелить полгорода и, если мы еще немного задержимся, он отправит нас красить вторую половину.

– Это наказание за то, что вы устроили на приеме? – уточняет Раффи.

– Нет. Думаю, это за то, что было в придорожном магазине, – бормочет он, отводя взгляд.

– Или за тот случай возле «Вулвортса», – предполагает Сантанджело. Про это мы даже не слышали. – Бабуля Фэй увидела нас и рассказала моей маме, а та отцу.

– Ребята, хватит уже драться, – говорит Раффи. – Всем это давно надоело. Кто сейчас вообще устраивает драки?

– А мне этот городишко надоел, – говорит Григгс. – Можно мы куда-нибудь выберемся?

– Ты ему за это врежешь, или придется мне? – спрашивает Раффи у Сантанджело, злобно глядя на Григгса.

Я оттаскиваю ее в сторону.

– Мы уходим.

Мы не оглядываемся. Велосипеды-внедорожники в городе запрещены, так что приходится вернуться в мир без колес, но теперь я хотя бы скучаю не одна. Придется ограничить шоппинг двумя-тремя городскими магазинчиками одежды. От гаража до Джеллико-роуд идти дольше, чем если бы мы добирались от своего корпуса, но, когда мы выходим на дорогу, машина Сантанджело уже стоит возле тропы.

– Можем вас подвезти, – ворчит он.

Григгс смотрит прямо перед собой, как будто ему вообще плевать.

– А что если мы оставим отпечатки пальцев на сиденье? – спрашиваю я. – Одолжишь нам свой платочек?

Нас с Раффи мой юмор очень веселит.

– Просто ничего не трогайте.

Если не считать поездки с мистером Палмером, когда он забирал меня из тюрьмы, я сто лет не каталась на машине, особенно днем. Во всем этом есть что-то обыденное, даже если на переднем сиденье устроились твои заклятые враги. Сантанджело и Григгс вступают в яростный спор о том, чей диск включить первым, и Григгс побеждает по одной простой причине: у Сантанджело руки заняты рулем. Начинает играть песня группы New Order, и, едва успевают отзвучать первые ноты и мелодия набирает силу, я чувствую, будто перенеслась за тысячу миль от тревог прошедшей недели. Я высовываю голову в открытое окно, и все мои чувства словно включаются. Сантанджело хорошо водит и знает каждый сантиметр дороги, без труда справляясь с ее изгибами и объезжая ямы. Я погружаюсь в дрему. Ритм музыки и голоса вокалистов заставляют прикрыть глаза, но окружающие меня цвета все равно проникают сквозь веки. Мелькает зеленый и коричневый, зеленый, коричневый и…