На грани развода - Маша Трауб

Марина застыла перед сушилкой. Судя по количеству помета, птенцы «хорошо кушали» и радовали маму с папой. Птичий помет был буквально везде.

– О господи, – вздохнула Марина.

Она собрала полотенца, сложила и уже в номере снова влетела в столбик, который держал балдахин.

– Отлично утро начинается, – заметила она, потирая лоб, и оказалась права.

– Мам, у меня чешется, – пожаловалась Аня, показывая ногу.

Вся нога была в мелких укусах.

– Мам, у тебя тоже. – Она показала на Маринину руку.

– Странно, я ведь ставила на ночь антикомариные пластины.

– А можно мы на улице позавтракаем? – попросила Аня.

Марина намазала себя и Аню кремом от укусов, пожарила омлет, сварила кофе. Она бы предпочла остаться на балконе, но Аня очень хотела спуститься во двор. Марина надеялась, что там пока никого нет – слишком рано, все спят, но ошиблась.

Вика расчесывала Киру. Кира вырывалась.

– Мам, ну хватит уже. Ты меня замучила. Сделай мне просто хвост, – канючила Кира.

– Подожди, почти всё.

Наконец Кира вырвалась и убежала на качели. Аня быстро, не жуя, запихнула в рот омлет и припустила следом за подружкой.

– Меня мама редко расчесывала, – сказала Вика, выбирая из щетки волосы. – Я так мечтала, чтобы мама расчесывала меня на ночь. Подолгу. Сто раз проводила расческой по волосам. Но маме всегда было некогда. Меня воспитательница в детском саду заплетала, но она драла мне волосы, было больно, а иногда соседка, тетя Света. Та, наоборот, еле-еле заплетала, и через час я становилась лохматая, как пудель. Я на танцы ходила, и мне педагог делала красивую шишечку и свои шпильки втыкала, у меня не было. А один раз подарила шпильку с бусинкой и сеточку для волос белую, с кружевом. Ничего красивее я в жизни не видела. Мама шпильку эту прекрасную потеряла, не могла вспомнить, куда положила. Так шпилька и пропала. Я плакала и боялась идти на танцы, думала, меня педагог выгонит и разлюбит, раз я такая растеряха и не ценю подарки. А мама так и не поняла, чего я убиваюсь, – подумаешь, шпилька какая-то. Но я так любила, когда меня подолгу расчесывали. Наверное, мне массажа головы в детстве не хватало. – Вика хохотнула. – Вот я Киру и мучаю. Хочу, чтобы она помнила, как мама ее расчесывала.

– А нас комары покусали. Или не комары, а какая-то мошка, – пожаловалась Марина. – Я вроде и пластины ставила.

– Это потому, что здесь комары другие. – Во дворе появилась Светлана Михайловна. – Доброе утро, девочки, – поздоровалась она и продолжила: – Они от этих таблеток и жидкости не умирают. Они улетают. Поэтому надо открыть балкон, чтобы им было куда улететь.

– Ну да, мало мне ласточек, которые на меня орут по утрам и гадят на мои трусы и лифчики, так еще я комарам должна балкон открывать, – буркнула Марина. – Еще я все время в эти столбики балдахиновые врезаюсь. Слава богу, что не новобрачная. Убила бы мужа в первую брачную ночь.

– А у нас опять шлепки пропали, – пожаловалась Вика.

– Доброе утро. – Во дворе появилась Даша. – Марин, ты не видела с балкона, не могу найти Колины плавки и свой сарафан. Не улетели?

Марина вернулась в номер, но улетевших вещей нигде не наблюдалось. Зато она заметила Колю, сидевшего на тропинке, которая вела к трассе, на задах отеля. Сидел неподвижно на корточках, разглядывая что-то на земле.

Марина спустилась сказать, что вещей нет, но во дворе уже никого не оказалось, кроме Киры и Ани.

– Девочки, а где все? – спросила Марина.

– Мы не знаем, – дружно ответили те и уставились в пластиковый контейнер для хранения продуктов, который держали в руках.

– А что у вас там?

– Улитки. Мы решили разводить улиток. Смотрите, какие красивые! Мы им уже и кроватки сделали из цветов, – ответила Кира.

– А где они будут жить? В смысле, у кого из вас будет стоять контейнер? – поинтересовалась Марина.

– По очереди. День у меня, день у Ани, – сказала Кира.

– Ладно, главное, чтобы они не убежали или дядя Георгий не приготовил их на обед, – пошутила Марина.

– Мам, ты что такое говоришь? Они же живые и несъедобные! И бегать они быстро не умеют, ты что, не знаешь? Мы им и имена дали! Вот – Звездочка, Ночка, Торопыжка и Ласточка.

– А как вы их опознаете в лицо? Вы им хоть метки какие-нибудь нарисуйте лаком для ногтей, – предложила Марина.

– Мама шутит, – фыркнула Аня.

Девочки принялись выкладывать в контейнере цветочки, листочки и все, что, с их точки зрения, могло понравиться улиткам.

Марина собиралась спокойно выпить кофе, наслаждаясь одиночеством и тишиной, но мимо нее пулей пролетела Даша.

– Даш, ничего не улетело, – сказала Марина, но та ее даже не услышала. Из номера выскочил сонный Степан и, даже не сказав «доброе утро», подбежал к столу, одним глотком выпил Маринин кофе и понесся в сторону главного выхода.

– Да что происходит? – удивилась Марина.

– О, хорошо, что ты здесь! Я уже была на верхней террасе под крышей, там нет, – остановилась Женя. – Давай ты беги на детскую площадку, ту, центральную, а я на дальнюю, где батут.

– Что случилось? Зачем бежать? – не поняла Марина.

– Ты что, не знаешь? Коля пропал!

– Ничего он не пропал. Сидит на тропинке и что-то на земле рассматривает. Я его с балкона видела.

– О господи, – всплеснула руками Женя. – А мы уже весь отель обыскали! Вика в соседний побежала. Надо всем сообщить, а ты давай за Колей.

Марина пошла в ту сторону, где видела мальчика. Неудивительно, что его потеряли. Ей снова пришлось пролезать под сеткой, чтобы попасть на чужую территорию.

– Коль, тебя все ищут, – сказала она спокойно, чтобы не испугать его. – Ты чего тут разглядываешь?

– Вот, муравьиная дорога. Она красивая. Смотрите, как они ходят. – Мальчик с восторгом наблюдал, как муравьи бегут по тропинке, не отклоняясь от ровной линии ни на сантиметр. – Муравейник вон там, далеко, а они не заблуждаются, – с восторгом рассказывал Коля.

– Пойдем, там тебя папа с мамой обыскались. Потом сюда еще вернешься.

– А муравьи здесь будут?

– Ну конечно. Это же их дорога. Они каждый день по ней ходят.

– А по другой не ходят?

– Нет.

– Вот здорово. Я тоже так хочу. По одной дороге ходить.

Коля позволил себя увести. Даша прижала его к груди и долго не отпускала. Светлана Михайловна обмахивалась веерами из бумаги, которые сделали Кира с Аней. Коля рассказывал про муравьиную дорогу и про муравьев, которые никуда не спешат, никуда не опаздывают, а все делают вовремя и ходят по одной и той же дороге каждый день. Не то что в человеческих семьях.