Аферисты. Big-Лажа-Tour, или Как развести клиента на бабло - Александр Малюгин

– Что же ты, Дашенька, сдала меня с потрохами? – Это был первый вопрос Ларчикова, когда он ввалился в квартиру.

– В смысле? Что ты имеешь в виду?

– Зачем ты рассказала Леве о смерти Искандера, вообще о той краснодарской авантюре?

Орбакайтевский носик в панике заметался, лисичка сумрачно выдохнула. Интересно, соврет, будет отнекиваться, божиться-креститься? Раньше за ней этого не водилось. Глядя в глаза, сказала, что уходит к Димке. В свою очередь, не лукавя и не юля, сообщила Курляндцеву о разрыве с ним.

– Случайно получилось. Он как-то про тебя расспрашивал. А что тут такого? Прикольная авантюрная история.

– Да-да, я знаю, ты полюбила меня за авантюризм! В Сибири без ума от смелых, решительных, безбашенных людей!

– Чего ты орешь? И что это за чушь про Сибирь?

– Это не чушь. Это правда жизни. Слава богу, ты о других аферах не знаешь. Или знаешь? Любка ничего не рассказывала?

Дашка хихикнула, повертела малокровным пальчиком у виска.

– Как будто ты сам этого Искандера убил. Чего ты боишься?

И Ларчиков внезапно остыл: и вправду – чего? Дело закрыто по истечении срока давности.

– Пожалуйста, Даша, будь с Фрусманом поосторожней. Он не такой простецкий парень, как кажется на первый взгляд.

– Я понимаю. Кстати, он тебе проценты за эту неделю отстегнул?

– О, женщины! Деньги! Кстати! Пусть пока в сейфе полежат. Заберем, когда понадобятся.

– И ключ от сейфа только у Левы, да?

– Да, у нас один ключ. Слушай, я все суммы записываю, не волнуйся. Вот, между прочим, он штуку баксов выделил на шопинг. Завтра в полдень встречаемся с ними в Манеже.

– С кем это «с ними»?

– С Левой и Верочкой, они теперь вместе живут.

– Напомни, чтобы я их поздравила.

– Непременно.

В полдень состыковались у фонтана, похожего на мертвого кита-самоубийцу. Верочка была вся в белом: куртка Снегурочки, сапожки Белоснежки. Прямиком венчаться – там, в ее приходе, в церкви для глухонемых. Спустились на первый этаж и зашли в какой-то турецкий трикотажный магазин. Похоже, Фрусман решил преподать компаньону урок, как правильно тратить «большие деньги». Вадим и Даша с преувеличенным вниманием следили.

Купили три свитера, оттенков невообразимых, самый вопиющий – цвета небритой свиньи. Впрочем, Верочке, с ее выпученными губами и носом-пятачком, этот цвет как раз шел. Джинсы одного покроя – две штуки. Куртка «горькая доля челночницы» – в единичном экземпляре. Без слез на эту примерку смотреть было невозможно.

Покупки обмывали в «Ростиксе» – тоже, конечно, особый шик. За пивом подвели итоги недели. Такого взрыва, естественно, никто не ожидал. Юрий Андреевич Папардю, за которого они чокнулись пластмассовой тарой, стоил, по мнению Левы, как «камень чистой воды», десятикаратный алмаз высшего качества – миллион долларов. На вопросик Даши, с подколкой, забит ли уже старый офисный сейф подобными суммами, Фрусман не ответил, загадочно улыбнулся, будто шаолиньский монах.

Далее стали обсуждать намеченную презентацию «карты паломника». Ее идейный вдохновитель Фрусман, выслушав отчет Вадима – мол, все готово, арт-директор клуба ждет бабло, Казанцева договорилась с коллегами-артистами, – вдруг заявил: презентации не будет.

– Вот те раз, почему? – возмутился Ларчиков, неаккуратно сдув пену со стакана.

– Ну, посуди сам, зачем нам лишние расходы при таком количестве клиентов?

– Ты же пафоса хотел напустить, прессу зарядить. Общественный, так сказать, резонанс.

– Вадик, я тебя умиляю! Деньги текут рекой, какой к черту резонанс? Если бы я сначала встретил Папардю, я бы с этой Казанцевой вообще связываться не стал. По крайней мере, по паломникам. – Фрусман многозначительно посмотрел на Дашу. Та покраснела.

– За что мы тогда платим Казанцевой процент? – хмельно прокричала Верочка. – Кто она такая? Дрянная певица, голоса – ноль целых пять десятых. А что поет? Вот эта песня ее, хит, «На покой»… – Секретарша пародийно затянула: – «И на этом пути не сойдемся мы боле с тобой. Я тебя отпускаю на волю, лети, мой миленок…» «Боле»! «На волю»!.. Тьфу!

– Ну, выступила, – пробормотала под нос лисичка.

– А что? Да я в тыщу раз ее лучше пою!

– В миллион.

– А чего ты ко мне придираешься постоянно?! – Верочка агрессивно хрустнула пивным кубком.

– Брейк, брейк, – остановил девушек Лева. – Между прочим, устами младенца глаголет истина. Выводить надо Казанцеву из нашего дружного коллектива. Может, не сразу, не резко. А пока перестать информировать ее о наших доходах или говорить, что дела, мол, идут все хуже и хуже.

– А потом? – спросила Даша.

– А потом подсунуть ей в сумочку браунинг. И сдать ментам! – Лева хохотнул, допил слоновьими глотками пиво.

– Какой браунинг? – насторожился Ларчиков.

– Потом поговорим. Вообще столы офисные надо на ключ закрывать… Кстати, хотите расскажу, как Казанцева раскрутилась? Сама мне по пьяни тут сболтнула. – Закинул ногу на ногу, начал декламировать – со своей фирменной мелодраматической интонацией…