Московский Джокер - Александр Морозов

Дочь Кублицкого Лора прибыла к месту свидания на пятнадцать минут раньше назначенного срока. Сначала она притерлась на своих ободранных, как пьяная кошка, Жигулях прямо на Садовом кольце, напротив входа в сквер, у пивной.

Было душновато, и Лора опустила боковое окно. Закурила натуральный, не лицензионный Кент и не спеша стала размышлять о смысле своей молодой жизни на этой старой угрюмой Земле. Так выражался Гёте в переводе различных гигантов, зачет по которому она сдала всего несколько дней назад.

Придется, наверное, просто покатать старлея по ночной Москве. Валентина позвонила ей только что прямо в машину и сообщили, что погиб Мартин Марло, с которым она была связана несколько лет, и она не уверена, что Лоре с лейтенантом будет сейчас у нее весело.

Однажды в Клубе писателей Лору познакомили с этим немного загадочным плейбоем, косящим под комбата десантников. Мужик был шикарный, тут уж ничего не скажешь, но, как ни странно, не в Лорином вкусе. Она оставалась равнодушной к «правильному» выбору Риммой и Валентиной мужчин, которые их окружали. Властных, мужественных, преуспевших. Впрочем, Валентина позволяла себе весьма заметные отклонения от этих стандартов. Отклонением, конечно, являлся и сам Марло, и сменивший его недавно некий Алекс. Валентина, кажется, предпочитала далеко по воду не ходить. И после кризиса в отношениях с Марло быстро нашла ему замену среди его ближайших дружков.

Сама же Лора, самая молодая из трех подруг, предпочитала очень молодых, еще моложе, чем она сама, офицеров, офицериков, – лейтенантское племя, одним словом. Или таких же молодых жиганов, ножевых парней, как ни странно, частенько оказывающихся друганами тех самых, затянутых в портупею и в уставы лейтенантов.

Лора стряхнула нежно-белый столбик уже испепелившегося Кента на асфальт, отдающий снизу набранное за день тепло ее белеющему в темноте локтю.

Правой рукой нажала на кнопку, меняющую конфигурацию кресла, и откинулась назад в положение «полулежа». Затем подвернула повыше и так короткую кожаную юбку, чтобы она не стесняла движений, и раздвинула бедра. Передвинула вправо рычажок воздушной печки, гнавшей теперь теплый воздух от нагретого мотора по низу кабины.

Лора любила тепло, тем более когда оно шло на нее по вполне определенному направлению. В какой-то момент она даже чуть приопустила веки от удовольствия. Оно, конечно, не было острым и не обещало пиковых всплесков, но какие-то ответные волны по Лориному телу все-таки побежали.

К авто подошли двое мужчин и остановились около опущенного окна, немного наклонившись вниз, чтобы видеть лицо Лоры. В одном из них, который был повыше и поинтересней второго, она узнала Алекса, несколько загадочного для нее пижона, пару раз мелькавшего рядом с Марло и Валентиной.

– Здравствуй, Лора, – вежливо начал Алекс. – Ты что здесь делаешь, если не секрет?

«Кончаю. Разуй глаза, если сразу не видишь». – Но Лора была воспитанная девочка, и вместо того, чтобы так сразу, по делу, и ответить, сделала затяжку Кентом поглубже. Тогда, видя неуспех приятеля, решил вступить в разговор симпатичный толстячок, который был незнаком Лоре и совершенно ей безразличен.

– У мадам проблемы? Мы можем чем-нибудь ей помочь?

«Ну сил моих нет, – подумала Лора. – Хоть бы подлюга Симонов поскорей приезжал».

Теперь уже Алекс заметил неблагоприятное впечатление, которое произвел на «мадам» его новый друг Роберт, и попытался исправить положение.

– Это Роберт, Лора, познакомься. Он очень интересный человек. И между прочим, он – майор армии США.

– О-хо-хо, мальчики, – наконец откликнулась Лора, – ну почему вы не спите в такую и без вас нервную ночь? А между прочим, сейчас сюда прибудет старший лейтенант армии РФ. А для умных людей известно, что это означает армия Российской Федерации, старшие лейтенанты которой намного сильнее, чем майоры любых других армий.

– У нас, Лора, тут одно дело, – нерешительно произнес Алекс.

«Ну, ясно, – подумала Лора, – важные господа дело на безделье не меняют». А вслух сказала:

– А не поохотиться ли вам, господа, на ночных бабочек? Здесь, в центре города, да еще в разгаре сезона, встречаются очень крупные и яркие экземпляры.

– Ночные бабочки – это по-нашему… – начал было переводить Алекс, но Роберт его перебил:

– Да, я знаю, Алекс, мадам Лора права, встречаются очень, очень яркие. Кстати говоря, эта охота часто приводила к эксцессам для наших людей. Их приходилось раньше времени отзывать за океан. А некоторые… Вы так молоды, Лора, и вам трудно представить себе, что это означает. Так вот, некоторые даже лишались военной пенсии.

– Вот эти, лишенные, они, наверное, и были настоящими американцами, – сказала Лора, – таких я понимаю и одобряю.

– Но самое интересное, – продолжал О’Брайен, – это то, что многие из потерпевших, нисколько не сожалеют о случившемся. Я беседовал с некоторыми из них. Участие в этой вашей охоте так глубоко на них подействовало, что некоторые просто переродились.

– Понятно, – протянула Лора капризно, но уже с некоторым интересом. – Так ты, Алекс, со шпионом гуляешь? Что же ты сразу не говоришь? Это другое дело. Про шпионов я читала. Они, вроде, мужики ничего, путевые. Ну ладно, давайте знакомиться, – Лора выключила «поддувало», вернула спинку кресла в вертикальное положение и вышла из машины.

Затем она взяла Алекса под руку и, извинившись перед майором, отвернулась от американца.

– Роберт вроде путевый. Ты давно его знаешь?

– Нет. Но Валентина и литератор Герб знают его шефа, мистера Харта.

– Ты знаешь, что произошло с Мартином?

– Да. Его убили.

– И до каких пор вы будете заниматься этой херней?