Великий режиссёр - Дмитрий Февралев

Максимилиан Шемп сидел в своём любимом кафе и пил пиво кружку за кружкой. Но боль не уходила. Наконец он понял, что пора идти. Как бы плохо не шли дела, ему всё равно необходимо сохранять форму. Мужчина из высшего общества должен уметь держать удар. Так его воспитывали родители.

Молодой человек запустил руку в карман, чтобы достать кредитную карточку. Рядом с ней лежала какая-то бумага или квитанция. Шемп развернул её. «Сегодня я стал богатым человеком», – подумал Макс с грустью. Это был документ, подтверждающий ставку, сделанную в букмекерской конторе. Шемп поставил пять тысяч евро, чтобы просто поддержать друга, – и выиграл полмиллиона. Первым его желанием было разорвать этот клочок на сотню мелких частей, но он не стал это делать. В Максе заиграла не корысть, а благородство. Эти деньги будут его свадебным подарком. Алекс не является пока обеспеченным человеком, а Матильда не должна нуждаться ни в чём. В конце концов, Гофман заслужил это своей гонкой на треке.

Он расплатился и уже собирался уходить, когда ему показалось, что за его спиной кто-то стоит. Человек тронул его за руку:

– Не стоит так расстраиваться, – произнёс незнакомый голос.

– Что вам от меня нужно? – спросил Макс с нескрываемым раздражением. Молодому человеку совсем не хотелось делиться с кем-либо своим горем.

Алекса уже третий день мучили сильнейшие головные боли. «Наверное, сказывается переутомление», – подумал Гофман. Что же, это нормальная цена за обладание такой женщиной. И Макс, слава Богу, понял, что ей нужен не он, а другой – решительный и энергичный авантюрист.

Шемп сам позвонил ему, поздравил его с победой и пожелал счастья с Матильдой. Настоящий друг, ничего не скажешь.

Боль не отпускала. Алекс внезапно понял, что необходимо сделать визит к врачу, и он вспомнил о Максе.

Шемп приехал к нему домой и внимательно осмотрел друга.

– Что скажешь, Макс? – спросил Алекс.

– Давление и пульс в норме, но мне не нравится твой внешний вид. Я думаю, что тебе стоит пройти обследование.

– Может быть, это пройдёт само собой, – пытался Алекс убедить Макса, а заодно и себя.

Молодой врач похлопал друга по плечу:

– Возможно, но я не хочу рисковать твоим здоровьем. У Матильды должен быть здоровый муж. Жду тебя завтра в клинике.

Неделю спустя Шемп пригласил к себе Алекса.

– Дела плохи… У тебя обнаружена опухоль, – сказал он.

От полученного шока лицо Гофмана вытянулось, но Алекс нашёл в себе силы не потерять дар речи.

– Мои шансы? – спросил он.

– Cкажу только, что необходимо долгое лечение. Поэтому обязательно предупреди Матильду.

Гофман задумался. Наконец победитель гонки произнёс:

– Она не должна ничего знать об этом. Дай слово, что и ты будешь молчать о причине моего долгого отсутствия.

Матильда попросила Макса о встрече.

– Я не знаю, что думать и что мне делать! Алекс исчез, и он не отвечает на мои звонки, – пожаловалась девушка.

Макс прекрасно видел, как она была расстроена, но слово, данное им лучшему другу, было сильнее всего.

– Я также ничего не знаю о его местонахождении, – солгал Шемп. – Надо ждать.

Впрочем, он видел, что Матильда уже была готова одеть траур. «Надо её поддержать в этой ситуации, как невесту Алекса», – подумал Шемп.

Молодой человек стал пытаться выводить девушку из депрессии. Они встречались, гуляли по парку, обмениваясь безрадостными сообщениями об отсутствии информации об Алексе. Шемп пытался развлекать Матильду, как он мог. Диспуты на различные темы, лодочные прогулки и посещение кафе и ресторанов – всё это было опять к её услугам.

– Почему ты так добр ко мне? – поинтересовалась однажды девушка.

– Потому что ты невеста моего лучшего друга. Я должен поддержать будущую жену Алекса, пока он отсутствует.

Матильда задумалась.

– Странно, я думала, что ты никогда не простишь меня, – сказала она с небольшим чувством вины в голосе.

Шемп с удивлением отметил, что она произнесла «меня», а не «нас».

А от Алекса всё не было известий. То есть, строго говоря, новостей о нём не знала Матильда, а Макс был в курсе всех дел. Однако слово, данное им другу, было священным.

Прошло два месяца. Матильда уже начала забывать об Алексе, а Макс практически регулярно навещал его в клинике. Каждый раз он задавал ему один и тот же вопрос: рассказать ли об этой ситуации его возлюбленной, и всё время получал отказ.

Несмотря на страшный диагноз, Гофман чувствовал себя хорошо. Головные боли у него прекратились несколько дней спустя после госпитализации, а других проявлений плохого самочувствия совсем не было. Однако Макс возражал против выписки. «Болезнь только отступила», – утверждал он.

– Может быть, стоит подумать об операции? – спросил однажды Алекс.

– Это будут решать специалисты, – возразил его друг. – Хирургическое вмешательство несёт в себе значительный риск, а тенденция к выздоровлению в данном случае наблюдается положительная.

Неделю спустя Матильда сама назначила встречу Максу.

– Нам надо поговорить, – обратилась девушка с просьбой к молодому человеку.

– Я всегда к твоим услугам, – ответил Шемп.

Она сразу взяла его под руку. По всему виду молодой женщины было ясно, что эта встреча коренным образом будет отличаться от предыдущих свиданий.

– Я очень виновата перед тобою, Макс… – произнесла Матильда с горечью.

– Дело прошлое. Жизнь продолжается… Я очень рад за вас с Алексом, – успокоил её Шемп.

– Я думала, что он сделал меня счастливой, но, по-видимому, это был только мираж, – продолжила девушка. – Твой друг исчез, не попрощавшись, а женщине необходим человек, который находится всё время рядом. Такой нежный и надёжный, как ты. Может быть, у нас есть шанс всё начать заново?

– Мне надо подумать над этим, – закончил разговор Макс.

Шемп решительно зашёл в кабинет главного врача клиники.

– В чём дело, Макс? – спросил его начальник, догадавшийся по выражению лица подчинённого, что случилось нечто из ряда вон выходящее.

– Разговор пойдёт о пациенте Александре Гофмане, – коротко объяснил предмет разговора Шемп.

– Что-то идёт не так? По-моему, ты абсолютно правильно назначил лечение и наблюдается положительная динамика. Хотя я должен отметить, что у этого больного очень сильный организм. Человек так быстро пошёл на поправку с диагнозом, дающим в половине случаев летальный исход.

Макс сделал небольшую паузу. Ему предстояло сейчас полностью раскрыть карты. Наконец Шемп произнёс: