Искусство оскорблять - Александр Невзоров

Нет сомнения, что депутат ГД, публично произносящий особо сочную глупость, испытывает острейшее наслаждение. Наверное, такое же, как эксгибиционист, которому удалось показать свои сизые гениталии большой толпе пенсионерок, детей и мамаш. У депутата, конечно, аудитория побольше, чем у извращенца в скверике, но, вероятно, и удовлетворение посильнее.

Вообще эксгибиционизм нынче в моде. Помимо депутатов им балуются и министры.

Всех, конечно, превзошел Рогозин, показавший прессе «всего себя» в мундире.

Мединский застенчиво явил стране отжатую у итальянского университета мантию. Своей улыбкой (в этот момент) он был явно обязан той самой «лишней хромосоме», о которой сам министр любит упомянуть как об особом благе.

Изборский клуб принял решение проводить заседания «спасителей Руси» исключительно в кокошниках. Будем справедливы: большей части черносотенцев они очень идут, освежая сиянием жемчугов их глобальные физиономии.

Главы думских фракций, чиновники и попы открыто показывают в телевизоре свои лица.

Конечно, это не вполне обычный эксгибиционизм. Но это тоже сладострастная и торжествующая демонстрация того, что следует тщательно скрывать от всех, кроме врача и полового партнера.

Прилюдное обнажение самого постыдного и тупого становится в России лучшим проявлением благонадежности. И символом единения с госаппаратом.

Исключением является только Аполлон на сторублевой купюре. Его маленький пенис, недавно повредивший рассудок Думы и большую часть духовных скреп России, будет, по всей вероятности, запрещен. Уже сейчас церковь рекомендует монахиням, прихожанкам, девственницам, а в особенности благочестивым блудницам при пересчете заработанных купюр использовать варежки (во избежание греховного касания).

Разумеется, новая революция в России необходима. Причем не столько для смены власти, сколько для смены народа. Только революции под силу изменить людскую массу и вернуть ее из шовинистических грез в реальность. Революция (как мы помним) работает не очень эстетично, но результативно. А степень болезненности, с которой она хирургирует общество, напрямую зависит от уровня неадекватности последнего.

В этом смысле сегодня Россия вне конкуренции. Раскаленная «праведной злобой» на весь мир, избравшая изоляцию и дремучесть, воодушевленная черносотенством и душительскими амбициями, она, конечно же, является пациентом № 1. Это заметил даже подслеповатый Кремль. И принял меры.

Отгрызть у грядущей революции руки доверили зверю «имперской идеи». Но выведенный из сурковских подвалов на публику, зверь оказался шелудив, безобразно худ и слаб. Попытка подкормить зверя «крымнашем» и мясом молодых украинцев сил ему не прибавила. А лишь привела бедолагу к диарее, причем настолько мощной, что брызги разлетелись по всему миру. Кремлю их досталось больше всего.

В итоге затея оказалась не просто дурацкой, но и на редкость зловонной. Теперь надо как-то отстирывать первых лиц государства (включая добрейшего Шойгу). А как это сделать, никто не знает.

Различные политтехнологические мыслишки по этому поводу, конечно присутствуют. Лидирует идея почтеннейшего Кургиняна, предложившего сделать зловоние нормой, а обычный воздух запретить на всей территории РФ.

Разумеется, Россия, воспитанная в отвращении ко всякой революции, ее, что называется, «не хочет». Но ее никто и не спрашивает. Революция вообще не имеет привычки интересоваться мнением страны, которую намерена «навестить». Если страна не хочет развиваться, не хочет добром адаптироваться к изменившемуся миру, то революция заставит ее это сделать через боль и хаос. Военно-патриотическая риторика, истерики царей и заклинания попов ей совершенно безразличны.

Эволюция ведь тоже не посчиталась с желаниями ящеров, которым наверняка хотелось бы навсегда сохранить свои огромные размеры, количество зубов и завоеванный «кровью дедов» статус. Но эволюция безжалостна. Заканчивается мезозой — заканчивается статус. Изменения неизбежны.

Россия, кажется, пока не поняла, что ее родной «мезозой» закончился и надо кардинально меняться. В современном пейзаже динозавры не очень уместны.

Конечно, это нелегко, особенно когда национальная идея до сих пор истерично диктует «убить, взорвать, намотать кишки на гусеницы, сбить, выпороть, затоптать и посадить». Но «не просто так», а во имя торжества духовности, сохранения территориальной огромности и какого-то там «особого пути» (куда — никто не знает).

Пока Россия следует своему динозаврскому идеалу, у мира и не будет к ней никаких чувств, кроме омерзения и желания разделаться тем или иным способом. Нужна новая национальная идея, следование которой коренным образом помогло бы стране не только измениться, но и дать ей подлинное величие. В этой идее должно быть столько энергии, дерзости, красоты и силы, что одно стремление к ней уже поменяло бы статус государства и навсегда перечеркнуло бы кишконаматывательные бредни о «русском мiре».

Красивые национальные идеи валяются под ногами, но их не принято замечать. Они скучны, так как в них нет места «затоптать, намотать, запретить, посадить».

«Тупая», по выражению какого-то сатирика, Америка — это страна 360 лауреатов Нобелевской премии. «Растленная» Европа породила 364 лауреата. А Великая Россия (в основном СССР) дала их миру… лишь 23.