Держитесь, девушки! (сборник) - Надежда Веселовская

За последние дни Захар провел большую работу, выступая сразу в трех амплуа: психолога, артиста и чародея. Прежде всего он собрал сведения: кое-что узнал из досужих разговоров, кое-что вычислил, сопоставив факты, а остальное дополучил на спиритическом сеансе. В его розысках все переплеталось: человеческое и магическое, предопределенность и то, что покажется неискушенному человеку случайностью. Своих сил и времени он в данном случае не жалел.

На спиритическом сеансе рядом с ним сидела крупная фигуристая деваха, показавшаяся Захару не совсем незнакомой, – из тех людей, с кем когда-то довелось мельком встречаться в жизни. Возможно, она посещала психоневрологический диспансер, где он работал до того, как ушел на пенсию. Это известная закономерность: люди, увлекающиеся спиритизмом, как и вообще всякой магией, отличаются психической нестабильностью. Или еще где-то им довелось встречаться? И вдруг Захар вспомнил: он видел эту деваху в супермаркете, куда приходил два месяца назад устроить увольнение Вики. Деваха тоже была из обслуживающего персонала. Он решил познакомиться с ней поближе – вдруг пригодится!..

В дальнейшей беседе подтвердилось расхожее мнение, что мир тесен. Бывшая товарка знала не только Вику, но и того, кому Захар больше всего хотел отомстить, – ее паршивого женишка. Вику, эту подопытную морскую свинку, следовало просто вернуть на место и пользоваться ею до тех пор, пока ресурс не исчерпает себя. А вот с женишком другое дело. Именно он должен был стать главным объектом Захаровой мести – невесть откуда взявшийся защитник, мерзкий молокосос, вмешивающийся в чужие дела!

Оказалось, он подвизается в той самой школе, где учатся младшие сестры Эльвиры, прежде работавшей с Викой в супермаркете. Она разрешает девчонкам посещать его уроки, потому что истина, как выразилась эта разболтавшаяся умница, в эклектике. Христианство должно быть одним из ингредиентов теста, из которого лепится тайная доктрина, – конечно, в определенной пропорции и после просева через интеллектуальное сито продвинутых умов, добавила деваха со льстивой улыбкой в сторону Захара. Она понимает, сколь дико русское Православие с его юродством и полным неприятием всего, что лежит в сфере экстрасенсорных способностей человека. Потому-то ей и не нравится учитель, основывающийся на подобных принципах, но она воспринимает его уроки для своих сестер как прививку, которую стоит перенести… А настоящее духовное руководство младшим сестрам она даст сама, во всяком случае, на начальном этапе. Потом можно будет привести их сюда и познакомить с настоящими знатоками. (Опять льстивая улыбка).

Удивительнее всего казалось то, что Эльвира знать не знала, как связаны между собой Захар, Вика и молокосос. Все ее сведения проходили под грифом «болтовня за жизнь». Но ведь случайностей как таковых не бывает… И Захар подумал, не произошла ли эта встреча по воле растущего у него на столе гомункула?.. Пусть зародыш еще не сформировался, в него требуется перекачать еще много человеческой энергии, необходимой для материализации. Но все-таки – не начал ли он уже себя проявлять?

Следующий спиритический сеанс Захар устроил у себя дома, возле колбы с мутным налетом – первой высыпавшей видимостью гомункула. Захар пригласил также Эльвиру: она могла помочь в установлении энергетической связи по вектору молокососа и Вики, так как знала обоих. Захара интересовал в первую очередь молокосос: если подцепить его на свой крючок, то и с Викой проблем не будет. Разве она выживет в этом жестоком мире без духовной и прочей помощи? Он – корень проблемы, а Вика – нежный росток, подснежник с голубым свежим венчиком. Надо рвать корни, тогда и цветы упадут к твоим ногам…

Едва блюдечко забегало по разложенным буквам, Захар спросил про молокососа. В ответ посыпалась какая-то ерунда, набор слов, смысл которых еще предстояло расшифровать. Это известный трюк: если спрашиваешь о том, кто закрыт от твоего магического воздействия, вызванный дух ответа не дает, но, не желая признаться в своей несостоятельности, несет всякую чушь. Сегодня речь шла про какую-то старую Юлиану, которая никак не может уйти. И дальше совсем непонятное: посвященье – крыса – окно. Захар на всякий случай спросил: «Где Юлиана?» – и записал на листочке: улица Пионерская, дом пять. Кажется, это где-то неподалеку.

Тут вдруг Эльвира, заглядывавшая ему через плечо, вытаращила глаза и затрясла его руку так, что карандаш выскользнул из пальцев. Оказалось, она этот адрес знает: там живет некая Настя Варакова, одноклассница ее сестер. Это одна из тех, кто дружит с учителем, возбужденно добавила Эльвира. Квартирка находится в полуподвале, потому что мать девчонки бывший дворник.

Эльвира предлагала немедленно пойти на Пионерскую и посмотреть, что там происходит. Но Захар предпочел отклонить ее рвение и действовать в одиночку:

– Милая девушка, дайте слово, что вы пока туда не пойдете. Мне еще нужно кое-что выяснить, и тогда я… словом, я сам вас найду.

– Но ведь там что-то происходит, и надо срочно!..

– Скорее всего, это обычная путаница. Какая-то Юлиана…

– Но адрес-то, адрес действительно такой, где может находиться учитель!

Да, это было так. Он приложил все старания, чтобы отвязаться от Эльвиры, и наконец она неохотно покорилась. Эта фигуристая кобылица уже была в какой-то мере зависима от него: и как младший экстрасенс, и по-женски, ибо в их общем кругу ценность мужчины определялась не силой натуры, не шармом и даже не богатством. Уровень посвященности – вот главное, что заставляло трепетать женщину либо, наоборот, мужчину. Захар был продвинут дальше Эльвиры, поэтому она пребывала в готовности распластаться перед ним духовно, морально и физически. И какая разница, сколько ему лет, есть ли у него морщины или обширные залысины! Ведь вот в сказках околдованные принцессы приходили по ночам к таким чудищам, от одного вида которых нормальная девушка должна была потерять сознание. А принцессы ничего, любовались и трепетали.

Как только Захару удалось нейтрализовать Эльвиру, он отправился на Пионерскую улицу и, отсчитав пятый дом, еще издали приметил знакомые фигурки. Возле подвальных окон переминалось воинство молокососа в количестве четырех человек: двое мальчишек и две девчонки. Ближе он не пошел – ведь дети тоже могли его узнать, а он не хотел афишировать свое присутствие.

Вместо этого Захар посидел со старушками у подъезда с другой стороны дома, где малолетки не могли его видеть. Притворяясь сочувствующим, выслушал их рассказ о сбитой мотоциклом старухе и получил полезную информацию. Вот ведь как, мать в командировке, а у девчонки на руках бабка помирает! Ай-яй-яй, чего только ни бывает… А велика ли девчонка?.. Неужели едва двенадцать исполнилось? Совсем еще дите!.. Это надо же, какая напасть…