Чем женщина отличается от человека - Александр Никонов

Я уже писал, что и без того слабое американское образование поражено грибком революционно-половой заразы. Университетские феминистические кружки либо определяют, либо реально влияют на политику университетов и жизнь студентов.

Зачастую радикальный феминизм смыкается с крайним левым – социалистическим или анархистским радикализмом. Любопытное описание этого феномена в лице известной феминистки Валери Сперлинг из Бостонского колледжа приводит уже знакомая нам Ада Баскина: «Сперлинг… представляет собой новое поколение феминисток. Ее интересы значительно шире, чем только женское равноправие. Она называет себя социалисткой и придерживается довольно радикальных революционных взглядов. Ее вообще не устраивает существующих капиталистический строй, она сторонница классического социализма».

…Вот что думает революционерка Сперлинг по поводу регистрации брака и моды:

«– А где его регистрировать? В мэрии, то есть в государственном учреждении? Но мы не признаем это государство. Это же просто аппарат насилия. В церкви? Но религия только помогает государству укреплять несправедливый порядок вещей – эксплуатацию человека человеком».

…Вот что думает феминистка Сперлинг по поводу мужчин:

«– Мужской мир никак не может отказаться от взгляда на женщину как на объект их сексуальных вожделений. При этом мужчины нам предписывают те эстетические нормы, которые им самим нравятся. Не считаясь со здоровьем женщин».

Как величайшее разоблачение мужского сексизма Валери показывает ярлычок от платья, только что вывешенного в модном магазине. Его размер 0. Дело в том, что американская женская одежда имела до сих пор размеры, начиная с 2-го. Нулевой – это новинка сезона.

– Представляешь, какие лишения – диеты, физические нагрузки – должна соблюдать женщина, чтобы довести себя до такой худобы. Это ведь уже не просто худоба – это истощение всего организма. Это прямой урон здоровью.

– Но, позволь, кто же ее заставляет? Пусть себе носит свой 10-й или 12-й.

– Так это же не модно! А кто выдумывает моду? Те же мужчины».

…Вот что думает Сперлинг по поводу лесбианизма:

«– Как я отношусь к лесбийской любви?.. Лесбианизм – важная составная часть феминизма. Она показывает, до какой степени может дойти борьба за равноправие. До полной, стопроцентной независимости женщин от мужчин».

Кстати говоря, весьма примечательно, что радикальных феминисток в их борьбе зачастую поддерживают как крайние левые, социалистические, так и крайне правые, реакционные, круги. Феминизм является тем клеем, который парадоксально склеивает правых и левых, заставляя их сливаться в противоестественном экстазе. Вот какое это большое извращение!..

Вместе с тем феминизм вообще, как явление крайне левого фланга политического спектра, отличается низким интеллектуализмом и, соответственно, повышенной агрессивностью. Кроме того, в полном соответствии с законами эволюции учение дробится на ветки, ветки и совсем мелкие веточки. Причем, все эти нюансировочные ответвления в силу упомянутого антиинтеллектуализма выглядят довольно смешно.

Например, поскольку нехороший капиталистический патриархат жестоко угнетает весь женский класс, феминомарксистам интересно разобраться во всех деталях этого угнетения. Познать его, так сказать, до тонкости – как он угнетает негритянских женщин, как латиноамериканских, как белых… Поэтому в рамках гендерного анализа была выдвинута так называемая теория пересечений, которая гласит, что каждый человек есть пересечение разных идентичностей. Вот, например, возьмем женщину. Она, во-первых, угнетаема как женщина. Во-вторых, она является, допустим, черной женщиной. Значит, она угнетается обществом и как черная! Если она еще и старая, значит, она угнетается как старая. А если, не дай бог, впридачу лесбиянка, то страдает от патриархата как лицо нетрадиционной сексуальной ориентации. Вот мы уже четыре угнетения насчитали! Разве можно с этим мириться?

Теория пересечений отпочковалась от так называемого «черного феминизма», то есть феминизма афроамериканок, которые белых недолюбливали, поэтому постулировали, что черные женщины угнетаются сильнее и страдают больше, чаще и колоритнее. А кем же они угнетаются? Ну, белыми, ясен перец! Но ведь есть и белые женщины, неужели они угнетают женщин черных? Отчасти. Черные феминистки полагали, что придуманный белыми феминизм призван облегчить участь именно белых женщин. Причем, не просто белых женщин, а белых образованных женщин среднего класса. А на остальных им, мол, плевать. И поэтому черным женщинам нужен особый феминизм, учитывающий черноту.

Эта дурь несусветная, по сути, разделила силы и противопоставила в женском «освободительном движении» белых женщин черным. Но ведь особым интеллектом феминистки сроду не отличались, согласитесь. Как, впрочем, и все левые.

То же самое произошло с феминизмом малоимущих женщин и феминизмом инвалидок. Они с восторгом умственно отсталых кинулись искать собственную идентичность на пересечении инвалидства и женскости, а также женскости и нищебродства.

Нашли!