Коктейльные истории (сборник) - Анна Бабяшкина

Этим вечером веселье у бассейна было особенно истерично-интенсивным. Виктор совал всем под нос на манер микрофона бутылку водки и громко верещал:

— Скажите, что выше — Альпы или Малый Кавказский хребет? А какой процент мужчин ездят в Сочи без жен?

Тод, обернутый в полотенце, в это время сидел в кресле и тщательно прислушивался к беседе. В руках у него был блокнот, в котором он быстро делал какие-то пометки, — по-видимому, записывал вопросы на будущее. Потом он непонятно откуда отловил какого-то служащего отеля и долго и подробно выяснял технологию доставки морской воды в бассейн и ее обеззараживания.

— Тод, выпей ты уже и расслабься, — на всякий случай предлагал ему Витька. — Ну или хотя бы поплавай, что ли!

— Нет, ни в коем случае, — лопотал Тод. — Расскажите лучше…

— Ну что ты все спрашиваешь, — не выдержал Витя. — Рабочий день окончен! Что ты как разведчик-то!

— Нет, я должен понять, — настойчиво твердил Тод.

Но Витька его уже не слушал, а громким шепотом делился догадкой с коллегами:

— А он ведь и правда, наверное, шпион!

На следующий день предстояло посетить Центр национальных культур в поселке Лазаревское. Здесь все наблюдали за колоритными танцами украинцев, русских, адыгов, греков и дегустировали национальные блюда и местные вина. Тод же в это время по одному отводил в сторону национальных представителей в костюмах и негромко выпытывал у них о том, какие в регионе возникают конфликты на национальной почве. Аборигены как один твердили, что они тут просто танцами занимаются, а на самом деле уже и мало помнят, кто они — украинцы или белорусы, и стремились убежать от американца назад в хоровод. Непривычно трезвый Витька маячил за спиной у американца и тоже почему-то начал ходить с диктофоном.

— Выясняет слабые места внутренней политики для последующего разжигания межнациональной розни, — серьезно докладывал нам Витька. — Точно шпион. Вы смотрите, при нем никаких особенных разговоров! Если кто в военчастях бывал — никаких баек.

— Да ладно тебе, — захихикали все, уминая хачапури, но все-таки слегка насторожились.

— Просто у них, у американцев, принято на работе работать, — предположил Серега. — Не умеют они на работе отдыхать, вот он и парится!

— Вот именно, вот именно! — закивали все, разливая по стаканам легкое вино вместо водки.

— Может быть, он вообще чисто по-человечески интересуется. Ну или чисто этнографически…

А Тод все спрашивал. На всякий случай некоторые особо жалостливые девушки подтаскивали ему тарелки с бутербродами и стаканчики с соком.

— Слушай, может, ты и правда уже отдыхать начнешь? — дружелюбно предложила иностранцу Маринка. — Хватит тебе уже информации. Информацией сыт не будешь.

Она хихикнула, а потом вообще зашлась смехом:

— А то и правда за шпиона сочтут и визу не продлят!

Когда делегация наконец вернулась в Москву, выяснилось, что в привезенных пресс-релизах и брошюрах нет тех самых цифр, которые необходимы для заметок. Все необходимые данные, естественно, легко нашлись у Тода. За что ему был высказан огромный респект, и в очередной раз была сделана попытка познакомить его с состоянием алкогольной интоксикации.

И вот — на носу новая весна. В преддверии курортного сезона Краснодарский край хочет донести до широкой общественности, что он к приему отдыхающих готов. Письмо все из той же пиар-конторы опять зовет в дорогу.

— Ой, а Тод, американец этот, поедет? — не без производственного умысла интересуются девушки, укладывая чемоданы, у сопровождающей Светы.

— Тод? Ах, Тод! — мурлычет она по телефону. — Вы знаете, ему почему-то визу не продлили. И вообще, кажется, въезд, что ли, запретили, не знаю. Зато в этот раз вас ждет салон SPA, полет на вертолете и в первый день не будет никаких пресс-конференций!

— Ура! — кричат девушки и бросают в чемодан купальники.