Зеленые холмы Калифорнии - Екатерина Вильмонт

– Мы находили время… Он приезжал ко мне в обеденныйперерыв, я жила совсем близко от его работы… Видит Бог, я не хотела этогоговорить. Наверное, я должна попросить прощения… Хотя за что? Я же его любила…и он меня… Простите, я понимаю… это все ужасно получилось…

– Где вы познакомились?

– Случайно… В одном доме.

– В чьем доме?

– Ах боже мой, какое это теперь имеет значение?

– Мне это важно.

– В доме Филиппа Андреевича Венгерова. Они тамсобирались всем классом, их уже немного осталось, а я… я была в свое времяаспиранткой Филиппа Андреевича и зашла к нему за книгами, а Лёня… ЛеонидСтаниславович вызвался меня проводить… Вот так… Только зачем вам это? ФилиппаАндреевича уже давно нет в живых.

Я прекрасно знала эту неразлучную компанию школьных друзей.Они все учились в знаменитой 110-й московской школе, почти все стали известнымилюдьми в самых разных областях. Лицейская дружба, так у них это называлось.Среди них был физик с мировым именем, знаменитый пушкинист, блестящийкинорежиссер, да и Лёня в своем деле был достаточно крупной величиной, Филиппбыл профессором МГУ, известным филологом, шекспироведом…

– Знаете, я помню свое дикое смущение, я была тогда нетак уже юна, но столько знаменитых людей в одной компании… Они сидели ивыпивали, им явно было весело и без женщин… Я не собиралась там сидеть, яслучайно оказалась в том доме и позвонила Венгерову, нельзя ли мне зайти закнигами. Он разрешил, я же не знала… Как сейчас помню, я вошла в комнату,увидела много мужчин, мне все они показались стариками, но один встретил меня такойулыбкой, что сердце ушло в пятки и я подумала: если он меня позовет, я пойду заним на край света… Ох, простите…

– Он говорил с вами обо мне?

– Никогда! Поверьте, никогда! Он рассказывал о дочке…

– Но вы же в начале разговора сказали, что он любил иоберегал меня?

– Да! Просто он сразу сказал мне, что не сможет уйти комне, что любит жену… Вот и все.

– И вы смирились?

– Я приняла это с уважением, я понимала…

– Что он слишком стар для вас? Он и для меня былстароват, пятнадцать лет разницы, а сколько лет вам?

– Пятьдесят один.

– Понятно, он был старше вас на двадцать три года, длябрака многовато.

– Я вообще не стремилась к браку, это не моя стихия… Япросто любила его и радовалась тому, что мы встретились в этой жизни… Проститеего…

Боль была повсюду. Болело не только сердце и душа, болелируки, ноги, спина. Казалось, я вся – сплошная боль. Боль была не острой, атянущей, от такой боли еще не кричат, а только закусывают губу…

– Леокадия Петровна, что с вами, вы такпобледнели! – перепугалась она.

– Ничего, сейчас пройдет… Только… у вас нет телефонамоей дочери, не могли бы вы ей позвонить? Пусть она приедет за мной сюда…

– Да-да, телефон есть… Я позвоню… Но, может, не стоитее пугать, тем более что мы должны встретиться с ней уже через полчаса… Японимаю, вам, вероятно, тошно со мной общаться…

– Как и вам со мной.

– Нет, мне не тошно, я ведь ничего не потеряла, –тихо добавила она. – Ой, простите мою бестактность, но знаете… зря выполезли в мою записную книжку.

– Вы правы. Любопытство сгубило кошку. Хорошо,попросите счет.

– Позвольте мне заплатить!

– С какой это стати? Я вас пригласила сюда, я изаплачу.