Дорога в декабре - Захар Прилепин

— Какого вы там спите, свиноматки! — шумел кто-то за дверями.

Олег отодвинул щеколду, развернулся и медленно пошел обратно в сторону затаившихся «союзников». Дверь с улицы за его спиной распахнулась, и в коридор упал несильный свет от уличного фонаря.

— У вас там машина верещит, а вы спите, да? — весело спросил кто-то, входя.

Саша почувствовал, как пахнуло ветром и снегом. Он снял автомат с плеча и держал его в руках так, чтоб было удобнее ударить прикладом.

Судя по голосам и шагам, вошли сразу несколько человек.

— Дневальный, скажи летехе, чтоб сигналку у своей машины вырубил. Кошка, наверное, прыгнула на крышу…

Олег шел и не оборачивался.

— А что мы оделись, как на полюс? — спросили у него. — В дежурке сквозняк, что ли? И света нет в коридоре! Але, свет-то включи! Дневальный!

— Русик, паси, тут кровь на полу… — сказал кто-то из вошедших.

— Блин, правда кровь. Дневальный, твою-то мать, свет включи! У тебя что, месячные? Язык проглотил? — и между собой: — Я говорил, что он мутный какой-то…

Дверь на улицу была на пружине и закрылась за последним из вошедших, снова стало темно, и тошный звук сигналки со двора ослаб.

Олег стоял между Веней и Сашей, глядя перед собой и не оборачиваясь.

Топот идущих по коридору приближался. Слыша это, Олег сделал еще несколько малых шагов вперед.

Саша сначала увидел руку, тянущуюся к плечу Олега, и следом мощного мужика, стремящегося развернуть к себе бестолкового дневального:

— Ну ты, тормоз! — успел сказать вошедший.

Саша ударил прикладом в затылок спецназовцу — падая, он почти сшиб Олега. Одновременно Веня, держа автомат двумя руками за ствол, как бейсбольную биту, зарядил второму — и тот, сказав всем лицом «харк!», грохнулся на спину.

Видя это, Саша уже понимал, что поторопился, поторопился — надо было дождаться, пока войдут все, — а теперь остались еще двое, в маленьком коридорчике, где неудобно драться, а если они еще стрелять начнут…

Саша рванулся в коридор, наступив на грудь человека, сбитого Веней, крича: «Лежать всем!» — хотел с лету сбить с ног третьего, а где-то еще должен был стоять и четвертый, но не сбил, и повис на нем, словно обнимая, чувствуя, как его бьют сильным коленом, кулаками по спине, давят корпусом, пытаются высвободиться.

«Какой здоровый, гадина!» — ясно стучало в голове, когда Саша, не зная, что делать, чем драться, вцепился зубами в соленую, с легкой щетиной щеку, отчего-то чувствуя резкую тяжесть сзади, на собственных плечах, и уже падая вниз, на человека, лицевые мышцы которого он рвал зубами.

Сашу сшибли свои же, «союзники», бросившиеся за ним вслед.

Внезапно стало светло, кто-то включил освещение. Саша отстранился, видя перед собой безумные глаза и щеку, из которой, быстро набухая черными каплями, текла кровь.

Веня вцепился в руку спецназовца, подмятого Сашей… во вторую руку тоже кто-то вцепился, да, это Паяла… и на ногах у лежачего и покусанного сидели.

Саша встал, оглянулся.

Метрах в семи от него на полу Олег будто хотел угнездиться на спине спецназовца, молотя его кулаками по затылку, по вискам, но тот не сдавался, силился подняться, вставая на четвереньки. Двое «союзников», один из них — голый по пояс, суетились рядом, не умея помочь Олегу.

Веня и еще трое крутили того, кому Саша прокусил щеку.

Саша взял чей-то валяющийся на полу автомат и выскочил на улицу: четвертый мог убежать, наверняка уже убежал. Или…

На улице громко играла музыка. Саша даже остановился на мгновение, не поняв, что это, откуда.

Неподалеку от входа стоял подъехавший только что «козелок» ночного патруля, в нем громыхала, треща на басах, магнитола.

Левая дверь «козелка» была открыта.

Саша обошел машину и увидел водителя, ковырявшегося в салоне.

Встал напротив, передернув затвор.

Водитель развернулся, улыбаясь, вытирая грязные ладони ветошью. Посмотрел на Сашу, снова сунулся в салон и выключил музыку.

— Заколебала сигналка, верещит… Мы ее музыкой глушим. Где летеха-то? Спит, гусь? — сказал, оборачиваясь. — А у нас печка не работает. Гребаная колымага…

Секунду они смотрели друг на друга.

В здании раздавались крики и хриплые матюки.

— Чего там? — спросил водитель, сгоняя улыбку с лица и вглядываясь в Сашу. — Ты из молодых, что ли, эй?

— Руки вверх! — сказал Саша, не зная, откуда у него выпала эта глупая фраза, но ничего другого он придумать не смог.

— Да пошел ты, — ответил водитель и кинул свое ловкое тело в салон — там у него что-то лежало, на заднем сиденье, автомат… он успел схватить его, но развернуться не успел. Саша ударил его в спину прикладом, несколько раз, и потом еще в затылок, пока водила не скатился к его ногам.

— Что же вы никто не слушаетесь с первого раза, мужики… — Саша сплюнул злую слюну на снег.

В дальнем углу двора, за автостоянкой, стояла просторная клетка. Туда и перетащили мужиков с замотанными клейкой лентой ртами и в наручниках.

— Чего это за вольер, Олег? — спрашивал Веня, упираясь: спецназовцы были непомерно тяжелы.

— У нас собака раньше была, сдохла…

— Не замерзнут? — ухмылялся Веня на бросаемых в снег мужиков.

— Скоро будет тепло…

— Весной? — не понял Веня, загоготав.

Таская вместе со всеми камуфлированных, вращающих бешеными глазами пленников, Сашка ненадолго остановился посреди двора, вдруг увидел себя со стороны: молочный свет фонарей, падает слабый снег на горячий лоб, машина визжит сигнализацией…

…довольное лицо Вени и перекошенное Олега…

…и куча мужиков в форме за решеткой, на снегу, с нелепой, пустой миской, оставшейся от пса…

…и кровавая борода, натекшая у офицера на белый пластырь…

…спецназовцы нелепо шевелились, словно каждый из них был в коконе…

Сашка махнул головой, сбрасывая снег с темного своего чуба, улыбнулся кому-то из «союзников», услышал, как Олег, закрывший вольер за последними спецназовцами, перетащенными из спальной комнаты, ругается:

— Ну, команда! Четверых не могли повязать… Двенадцать человек! А кто свет включил, кстати, в коридоре?

— Я включил, — ответил с вызовом один из «союзников», Бурый. — Потому что ни хрена видно не было, когда вы начали драться.

— Всё нормально, парни, — сказал Саша. — Все отлично себя вели. Олег, ты понял? Отлично! — и на два тона выше и бодрей: — Загружаем арсенал, парни! Два «козелка» и автобус — наши… Олег, раздай ключи от машин.

Раскрыли железную дверь, запустив в здание любопытные сквозняки. Перетаскали в автобус с хищником на борту стволы, патроны, трубы гранатометов, заряды, тяжеленный ящик с гранатами…