Не нужно молчать - Аарон Хартцлер

– Стоп-стоп-стоп. Все, что у нас есть, – слово Стейси против слова парней. Обвинения выдвинула она. – Кристи взгромоздилась на пару платформ и обернулась к нам с Рэйчел. – Слушайте, это не ракетостроение. Это здравый смысл. Не хочешь, чтобы цветы твоей невинности срывали, – обнеси клумбу заборчиком.

На «заборчике» я сломалась и захихикала. Из примерочной донесся смех Рэйчел. Линдси тоже улыбнулась – хотя явно не одобряла идею свести все к шутке и тем закончить. Какая‐то часть меня хотела метнуться к ней и зажать рот рукой. Пожалуйста, давайте уже оставим Стейси в покое.

– Ну не знаю. – В голосе Линдси слышалось сомнение. – Посмотрите на Бейонс или Майли Сайрус. Они одеваются примерно так же. А иногда еще откровеннее, чем Стейси. Это же не значит, что они хотят, чтобы их трахнули, даже если они будут отбиваться?

Рэйчел отдернула занавеску.

– Так, все! Быстро заткнулись и посмотрели на меня.

Она стояла в позе модели с журнальной обложки – запустив руки в волосы и приподняв их над плечами. На ней было темно-красное платье с асимметричным вырезом родом прямиком из восьмидесятых. Короткая блестящая юбка идеально облегала бедра; треугольный топ оставлял плечи открытыми – кажется, его поддерживал изнутри какой‐то каркас. Картину довершал бант на талии с огромным фальшивым хрусталем по центру. В таком наряде Рэйчел напоминала героиню допотопного фильма, на который мы с Уиллом наткнулись как‐то раз по телевизору – кажется, «Смертельное влечение».

– Отпад, – лаконично прокомментировала я.

– Бери, – еще лаконичнее согласилась Линдси. Рэйчел вышла из примерочной и сунула ноги в пару самых высоких шпилек, которые я вообще видела в своей жизни. На носках у них красовались кокетливые бантики. Рэйчел выпрямилась и тут же схватилась за мое плечо, чтобы не сверзиться с высоты всего этого великолепия.

– О боже! – Она рассмеялась. – А я ведь еще даже не пила.

Кристи подхватила Рэйчел под другую руку, помогая удержать равновесие.

– Лично меня все это вымораживает, – призналась Рэйчел.

– Перспектива танцевать на таких каблуках? – спросила я, надеясь, что она поймет намек и не станет возвращаться к неудобной теме.

Рэйчел сделала пару неуверенных шагов.

– Нет. То, что случилось на вечеринке. – Она, пошатываясь, доковыляла до центра магазина и вернулась ко мне. – Я не так уж хорошо знаю Стейси. Но я знаю, что если ты надеваешь сексуальные шмотки, парни не будут закрывать на это глаза. И что если вы все выпили, стоит быть очень, очень осторожной.

– Да ну? – нахмурилась Линдси. – Там была толпа девчонок в сексуальных шмотках. И все они пили.

Мы с Рэйчел переглянулись, и я поняла, что она думает о том же, о чем и я. Мы тоже пили. Невысказанная мысль заметалась между нами, словно душок от всех этих тряпок, чьи прежние хозяева давно лежали в могиле. Возможно, это призрак чьей‐нибудь прабабушки возмутился, что мы обсуждаем такие вещи прилюдно? Я отчасти разделяла его негодование.

– Просто я не верю, что Дуни и Дикон стали бы домогаться девчонки, которая им отказала, – заметила Кристи. – За ними и так любая побежит. Они не идиоты.

– А что, если она не могла им отказать? – тихо спросила Линдси. – Что, если она была так пьяна, что вообще не могла сказать ни слова?

Кристи пожала плечами.

– И чья это вина?

Линдси открыла рот, собираясь что‐то добавить, – но тут в магазин ворвалась Конни Бонин. Одной рукой она тащила за собой Бена.

– Весь склад перебрали! – с гордостью отчиталась она.

– Что думаете? – Бен распахнул полы спортивного клетчатого пиджака. Тот имел такой ядерный салатовый оттенок, что у меня слегка зарябило в глазах. Атласные отвороты были не просто огромны – они закрывали почти всю грудь.

– Черт возьми, да! – заорала Кристи и ударилась с Беном ладонями. Рэйчел и Линдси рассмеялись.

Я, не удержавшись, провела рукой по гладкому лацкану. Бен тут же ее перехватил и закружил меня на пятачке, свободном от вешалок.

– К танцам готовы!

– Слава богу, что ты пришел. – Рэйчел взяла несколько платьев, которые я присмотрела, и лично отнесла их к зеркалу. – Она еще даже ничего не примерила!

Я со вздохом скрылась за занавеской и, быстро покопавшись в плечиках, влезла в обтягивающую винтажную «трубу» из шелка цвета слоновой кости. Платье было без рукавов, зато до самого пола, с высокой талией и двумя верхними слоями органзы. Плечи прикрывали два отреза той же прозрачной ткани, которая шлейфом струилась по спине и принималась трепетать, стоило мне пошевелиться. Я невольно почувствовала себя Одри Хепберн в «Завтраке у Тиффани». Наверное, глупо любить такой стиль, но чего уж теперь.

Стоило мне отдернуть занавеску, как Рэйчел судорожно вздохнула – а потом заверещала с такой громкостью, будто я примеряла свадебное платье. Я решила не говорить ей про пару пятен от доисторического спагетти, которые слегка омрачали это воздушное облако сзади. Оставалось надеяться, что мама поможет отстирать их до танцев.

– Детка, ты просто мечта. – В голосе Конни Бонин слышались одновременно торжественность и теплота. – Я сделаю вам всем пятидесятипроцентную скидку. Мы, флибустьеры, должны держаться вместе!

Конни прошествовала к кассовому аппарату – вылитый гранд-маршал маленького парада, – и мы полезли за кошельками. Даже со скидкой мое платье обошлось почти в тридцать долларов, которыми я и ограничила свой бюджет. Я заметила, что ни на одной вешалке нет ценников – только разноцветные ярлычки, – и задумалась, уже не придумывает ли Конни их стоимость на ходу. Здравый смысл подсказывал, что шестьдесят долларов за такой наряд – немного чересчур, зато жилет она отдала Бену бесплатно.

– А вам – за счет заведения, молодой человек. Все заулыбались такому великодушному жесту.

Бен принялся настаивать на оплате, но Конни покачала головой и оттолкнула его бумажник.

– Ни цента не возьму со своих флибустьеров.

Бену оставалось только рассыпаться в благодарностях. Когда мы уже собирались уходить, Конни взяла плоскогубцы и снова вернула телевизор к жизни.

– Не принимайте новости близко к сердцу, – посоветовала она. – И дураку ясно, что все это поклеп.

Бен пожал плечами.

– Даже если так. Дикона все равно могут лишить стипендии.

– Не может быть! – завопил Уилл, наконец выныривая из закутка со старыми музыкальными инструментами.

– Какой позор, – покачала головой Конни. – И все из‐за глупого слуха! Всегда проверяйте источник, вот что я вам скажу. – Она успокаивающе похлопала Бена по руке. – Не волнуйся. И не высовывайся пока. На следующей неделе нам понадобятся все флибустьеры до единого.

Бен еще раз ее поблагодарил, и мы направились к выходу. Конни начала прилаживать к крышке телевизора серебристую антенну. Я вспомнила о папиной видеокамере с откидным экранчиком и задумалась, скоро ли она присоединится к этому хранилищу забытых вещей.