Флакон счастья. Книга ароматов. Часть вторая. Парфюмерные истории - Любовь Деточкина

Ветка цветущей сирени свисала прямо над головой. Аромат дурманил и убаюкивал. Антон посмотрел на балкон третьего этажа. «Сейчас она выйдет, и ты скажешь», – бубнил под нос Антон. Он поправил кожаную куртку, совсем не по сезону, но в ней он чувствовал себя более уверенным, а уверенности катастрофически не хватало. Антон потоптался на месте, понюхал цветы сирени, вновь взглянул на балкон. «Успокойся уже», – одернул он себя, потом достал из рюкзака банку яблочного сидра.

Тшшшшккк! – сказала банка, и Антон жадно опустошил ее.

Углубившись в чтение состава на банке, Антон не заметил, как подкралась Лена. Она обняла его, прижавшись к спине, а потом, развернув, крепко поцеловала в губы. От нее пахло помадой и лаком для волос, она лучилась счастьем и почти прыгала от радости.

– Ну что, пойдем? – спросила Лена, вытягивая Антона из кустов сирени.

– Я хотел сказать, поговорить, сказать тебе, – начал Антон.

– Скажи, скажи, – засюсюкала Лена и снова обняла его, всматриваясь в глаза.

– Сказать тебе, – повторил Антон.

Лена изогнула бровь. Большие карие глаза, растрепанные белые пряди и всегда выпрямленная залакированная челка, ямочка на левой щеке, некая странно пленительная несимметричность. Лена гладит его мочку уха, периодически вонзая в нее острый ноготок, который всегда красит черным лаком. Антон понимал, что не может произнести эти слова, слова, разрезающие саму материю мироздания – «я тебя не люблю». Он понимал, что не скажет их никогда и никому, только не он, это выше его сил. Впрочем, какая разница – Леночка, Верочка. Я не люблю обеих. Антон убрал с лица Лены прядь, потянул за край почти стальной челки и, следя, как в карих глазах нарастает гнев, как же она не любит, когда трогают челку, усмехнулся и, притянув ее к себе, крепко поцеловал.

– Я хотел сказать, что мы пойдем к «Барри», и я закормлю тебя эклерами с вредным масляным кремом и большим стаканом миндального рафа, ты станешь толстой-претолстой, и я сбегу в ужасе.

– Мне нравится план, только возьмем сразу два миндальных рафа, чтобы один остыл, и я буду его пить уже в одиночестве, любуясь, как сверкают твои пятки.

Она взяла Антона под руку, и они помчались вперед, перебивая друг друга в щебете рассказов о бесполезной ерунде.

Ноты: сирень, кожа, яблочный сидр, помада, лак для волос, бобы тонка, масляный крем, миндальный раф.