Отойти в сторону и посмотреть - Татьяна Соломатина

Если возможности твои ограниченны, всё равно действуй; ибо только через действие могут возрасти твои возможности.

Шри Ауробиндо

– Мне нужно вернуться!

– Что?

– Проснись!

– Что случилось?

– Мне нужно вернуться!

– Куда?

– В Москву!

– Ты что, сдурела?! – отец смотрит на часы. – Четыре утра! Какая шлея тебе под хвост попала?!

– Я не могу сейчас всего объяснить…

– Не понимаю… Только сидели вместе… Что успело произойти?

– Успело.

– Дурость какая-то!

– Мне срочно нужно в Москву! Понимаешь?

– Нет, не понимаю. Понимаю, что только сидели за столом – и всё было нормально… А потом ты будишь меня посреди ночи…

– Уже рассвет.

– Ты можешь толком объяснить, что случилось? – в его тоне уже искрятся первые нотки раздражения.

– Пап! Клянусь, я всё объясню… потом. Ладно?

– Нет. Не ладно! – нотки на глазах сливаются в колокольчики раздражения, грозя перерасти в наковальню злости.

– Просто будь мне сейчас другом. Настоящим. Который может не знать, не понимать, но доверяет. Который боится – но верит. Обижается – но прощает. Который поможет в нужный момент не для того, чтобы поставить галочку, а согласен ждать вечность, чтобы просто узнать, что у тебя всё в порядке… Не знаю, что ещё сказать. Я должна быть в Москве сейчас, так или иначе. И я там буду. Ты можешь помочь мне, но не помешать. Разве что свяжешь по рукам и ногам. Правда, придётся ещё и кляп воткнуть. Потому что я буду кричать…

– Дикость какая-то! Я ещё раз спрашиваю, ты можешь объяснить, что случилось?

– Сейчас нет. Это только всё осложнит.

– Ну, нет – значит, нет!

– Нет?! Значит, то, что я только что говорила, для тебя ничего не стоит? Ты не можешь быть мне даже другом?

– Я твой отец!

– И что это значит, по-твоему? Делайте что хотите, только меня не трогайте? А тут матери нет, и вся ответственность на тебе?

– Да она меня убьёт!

– Это всё, что тебя волнует? А я думала, быть отцом – это не только уметь принимать решения, но и принимать их. Единолично, властно. Может, и ошибаться. Но уж точно никогда не бояться. Время рассудит… Да уж… Но оно судит только сильных.

– Всё, хватит. Это слишком, – он вдруг смягчается. Ага, меняет тактику. – Так радовалась, что получилось поехать… И мать осталась… Я думал…

– Ты не будешь меня связывать по рукам и ногам?

– Я надеюсь на твоё здравомыслие, – по тону понятно, что всё безнадежно. – Отпустить тебя одну через полстраны, неизвестно почему и зачем, я не могу. Можешь думать что хочешь. И время действительно рассудит, тут ты права. И я знаю как.

– Ты не знаешь.

Вернувшись в свою комнату, я сильно хлопаю дверью. Не потому, что зла. А потому что он ждёт, что я буду зла. Значит, всё как обычно. Так он будет думать. Покараулит, конечно, часок. Для порядка и совести. Но ничто так охотно не заполняет предрассветные часы, как