Записки криминального журналиста. Истории, которые не дадут уснуть - Екатерина Калашникова

«С другой стороны, как иначе я могу узнать подробности, — подумала я. — С момента явки с повинной прошло три дня. Теоретически милиция уже должна явиться к родным Алексея и опросить их. Ладно, была не была».

Я решительно нажала на звонок. Открыл пожилой, худощавый мужчина. Лицо было испещрено морщинами. Жилистые руки показывали принадлежность к рабочему классу.

— Здравствуйте, меня зовут Екатерина, я из газеты «Комсомольская правда». — Я привычно начала диалог и показала удостоверение. — Я по поводу вашего сына Алексея. Хотела бы с вами поговорить.

— Вы проходите, не стесняйтесь, — вежливо предложил он. — Только я вот никак не пойму, что насчет него разговаривать. Случилось что-то?

На минуту я растерялась, ведь в этот момент меньше всего хотелось быть доставщиком горя.

— А вы не знаете, где сейчас ваш сын? — пыталась я вывернуть диалог в нужное русло.

— Как не знаю? — удивился он, искренне не понимая, чего я от него хочу. — Знаю! В командировку в Волгоград уехал по делам. А что случилось-то? Что-то плохое?

Я увидела, как из комнаты выглядывала девочка лет семи-восьми. Она пристально смотрела то на меня, то на дедушку. Ребенок будто улавливал волны напряжения, которые витали в воздухе.

— Мне очень жаль, что вы не знаете. — Я решила раскрыть все карты. — Думала, вы в курсе ситуации… Ваш сын арестован.

— Как арестован? — удивился старик и рукой облокотился о стену, словно теряя равновесие. — За что?

— Он сознался в убийстве, которое произошло десять лет назад, — пыталась объяснить я, понимая, что реакция может быть непредсказуемой. — В убийстве семьи Шуваевых.

— Как так? — Отец Алексея отказывался верить моим словам. — Не может быть такого! Такого просто не может быть!

На всю эту сцену смотрела девочка. Она пряталась за полуоткрытой дверью. Александр начал кому-то звонить. Руки у него тряслись. Старик едва попадал по кнопкам. В этот момент мне хотелось провалиться сквозь землю, ведь я уверилась, что за это время старик должен был все узнать от следствия… Никак не от меня.

— Олеся, что там у вас стряслось? — взволнованно говорил старик в трубку. — Ко мне пришла девушка. Говорит, что из газеты. Сказала, что Лешку арестовали.

Он явно позвонил своей невестке. Вероятнее всего, она в курсе ареста мужа, просто молчала. Я перебирала пальцами пуговицы на платье и думала только о том, что говорить мужчине после того, как тот положит трубку.

— При встрече? — Александр как раз заканчивал разговор. — Ну, хорошо, поговорим при встрече. Олеся, только ты честно мне все расскажи. Это ошибка ведь какая-то?

Диалог длился не больше минуты. Я смогла уловить, что невестка пыталась скрыть произошедшее от родителей мужа. Но надолго ли? Рано или поздно правда всплыла бы наружу. В любом случае по делу будет следствие и суд. Так я пыталась себя успокоить, потому что внутри чувствовала сильный дискомфорт из-за того, что так расстроила старика.

— Вы знаете, мне и сказать нечего, — прервал он тяжелую паузу. — Потому что я сам вот узнал все от вас. Может, это ошибка какая-то?

— Все может быть, — ответила я. — Алексей сам пришел в милицию и сказал, что десять лет назад убил супругов Шуваевых.

— Я был знаком с Шуваевыми много лет. Мы с Виктором вместе работали на заводе. После того, как все рухнуло и эта перестройка произошла, он занялся таким специфическим бизнесом… Деньги в долг давал. Много у него было связей и среди бандитов. Кто-то из них убил. Но Лешка-то тут при чем? Зачем ему убивать? Он тогда в институте учился.

— К сожалению, я мотивов не знаю, — спокойным тоном ответила я. — Поэтому и пришла поговорить.

— Да это все понятно, — многозначительно ответил он и замолчал. — В голове не укладывается…

На этой ноте мы попрощались. Я решила зайти в школу, которая была неподалеку от дома Носковых. Скорее всего там и учился Алексей. Хотя с момента выпуска прошло почти 20 лет, в школах ярких учеников иногда десятилетиями помнят. К тому же город маленький, чем черт не шутит.

И не ошиблась. В школе до сих пор помнили Алексея. С ходу меня направили в кабинет завуча Елены Петровны, которая была его классным руководителем. Я не стала ходить вокруг да около, сразу сообщила, что их бывший выпускник арестован за убийство, совершенное десять лет назад.

— Да вы что? — опешила завуч. — Не может быть! Леша такой тихий, спокойный парень был. Никогда бы не подумала. А кого убил?

— Виктора Шуваева, — ответила я. — Наверное, вы знаете про это дело?

— Конечно, — подтвердила она. — Только поверить не могу, что Леша способен на такое. Он был спокойным, неконфликтным. С успеваемостью все было в порядке — хорошист. Любимая девочка со школы, Олеся. Тоже в нашем классе училась. Они дружили, потом поженились. У них сейчас семья.

Я поняла, что единственный человек, который может сообщить что-то о явке с повинной Алексея, это его жена. Ведь она знала супруга так много лет, очевидно, и об убийстве что-то да знала бы. Не мог человек скрывать от всех такую сильную зависимость и преступление.

Адрес супругов Носковых в моей базе отыскался сразу. Свежая высотка в Октябрьском районе Самары очень контрастировала с той замызганной пятиэтажкой, где жил в детстве герой будущей статьи. Нет, Алексей не вырвался из грязи в князи, но за 10 лет все-таки добился какого-никакого успеха в виде руководящей должности в крупной компании, квартиры в новостройке и приличного автомобиля.

Соседи рассказали мало: спокойные, тихие, ссор и конфликтов не было. Поселились недавно на третьем этаже. Внимание к себе не привлекали. Одним словом, образцовая семья.

На часах было около 19.00, и я думала, Олеся уже должна вернуться с домой — женщина работала бухгалтером в строительной компании. Я позвонила в дверь, однако никто не открыл. Мобильного Олеси у меня не было, да я и не стала бы звонить. Это всегда крайняя мера. Поэтому принялась терпеливо ждать в подъезде. Прошел час, второй, третий. Я выкурила несколько сигарет, перечитала бесплатные газеты, которые валялись возле почтовых ящиков, опросила всех соседей и обошла по кругу лестничную клетку несколько раз. Олеси все не было. Я ждала, глядя в окно, словно мать непутевого сына, и наконец услышала, как к дому подъехала машина.

Из автомобиля никто не выходил минут двадцать. Я дала себе слово, что жду еще десять и ухожу, и в этот момент случилось чудо: дверь машины открылась и из нее выпорхнула блондинка. Быстрой походкой она направилась к подъезду. Я сразу поняла, что это Олеся. То ли чутье, то ли описание соседей, но тут же екнуло — она.

Женщина прошмыгнула к двери, не замечая меня. Я обратила внимание, что Олеся была подшофе. Выглядела дама очень эффектно: высокие каблуки, обтягивающее бордовое платье, белокурые волосы аккуратно уложены в замысловатую прическу. Я поймала себя на мысли, что она совсем не похожа на женщину, которая горюет, что ее муж находится в тюрьме.