Собиратели ракушек - Розамунда Пилчер

— Не беспокойтесь, мисс Килинг. Я буду здесь столько, сколько нужно.

— Мне придется остаться в «Подмор Тэтч» на несколько дней. Прошу вас, приготовьте для меня вторую комнату для гостей. И позаботьтесь, пожалуйста, чтобы в доме были продукты. Пусть Антония поедет в Пудли и купит все, что нужно. Если она займется делом, это пойдет ей на пользу. — Тут в голове у нее возник еще вопрос: — А что молодой человек, помогавший в саду, Данус кажется? Он там?

— Нет, мисс Килинг. Он в Шотландии. Он уехал туда прямо из Корнуолла. У него была назначена встреча.

— Жаль. Ну ничего, как-нибудь обойдемся. Передайте привет Антонии.

— Вы, может быть, хотите с ней поговорить?

— Нет, — сказала Оливия. — Не сейчас. Потом.

— Уж вы извините, мисс Килинг, что мне пришлось сообщить вам такую печальную весть.

— Кто-то же должен был сообщить. Спасибо вам, миссис Плэкетт.

Она положила трубку. Взглянула в окно и только сейчас увидела, что на дворе дивный весенний день. Прекрасное майское утро, а мамы уже нет.

Потом, когда все кончилось, Оливия иногда думала: «Что бы я делала без миссис Плэкетт?» У нее был богатый жизненный опыт, но ей еще никого не приходилось хоронить, а выяснилось, что дело это весьма трудоемкое и хлопотное. И первой трудностью, с которой Оливии пришлось столкнуться по приезде в «Подмор Тэтч», стала встреча с Нэнси.

Когда Оливия позвонила ей из Лондона, трубку взял Джордж, и в первый раз в жизни Оливия обрадовалась, услышав печальный голос зятя. Она просто, в нескольких словах, сообщила ему, что произошло, и прибавила, что едет прямо в «Подмор Тэтч». Потом положила трубку, предоставив ему самому сообщить Нэнси печальную весть. Она рассчитывала, что пока все на этом и кончится, но как только ее «альфасад» въехал в ворота, увидела машину Нэнси и поняла, что так легко отделаться от сестры, как хотелось бы, не удастся.

Не успела она выйти из машины, как Нэнси устремилась ей навстречу из открытой двери с распростертыми объятиями, с вытаращенными голубыми глазами и распухшим от слез лицом. Прежде чем Оливия успела хоть что-то предпринять, Нэнси обвила руки вокруг ее шеи, прижалась горячей щекой к прохладной и бледной щеке Оливии и снова разразилась рыданиями.

— Ах, моя дорогая… Я приехала сразу же. Как только Джордж сказал мне, я тут же отправилась в путь. Я должна быть с вами. Я… я просто не могла иначе.

Оливия стояла как каменное изваяние, решив ради приличия потерпеть эти глупые безобразные объятия. Потом осторожно высвободилась, сказав:

— Спасибо тебе, Нэнси. Но, право же, в этом не было нужды…

— Именно это говорил Джордж. Он сказал, что я буду только мешать. — Нэнси нащупала вымокший носовой платок в рукаве шерстяной кофты, высморкалась и попыталась взять себя в руки. — Но я все же не могла остаться дома. Я должна быть здесь. — Она встряхнулась, распрямила плечи. Вид у нее был очень решительный. — Я ни минуты не сомневалась, что мое место здесь. Но поездка была просто кошмаром. Я вся дрожала, пока ехала сюда. Хорошо, что миссис Плэкетт напоила меня чаем. Теперь мне уже лучше.

Перспектива утешать Нэнси, помогая ей демонстрировать свою скорбь в течение еще нескольких часов, совсем не улыбалась Оливии; более того, приводила ее в отчаяние.

— Тебе вовсе не обязательно здесь оставаться, — сказала она сестре, судорожно пытаясь придумать какой-нибудь убедительный довод, чтобы отправить Нэнси обратно. Внезапно ее осенило. — У тебя же дети и Джордж, ты должна о них заботиться. Не можешь же ты бросить их одних. Я — другое дело, у меня никого нет, и потому мне сам бог велел остаться и взять все на себя.

— А как же твоя работа?

Оливия повернулась к машине и взяла с заднего сиденья небольшой чемодан.

— Я обо всем договорилась и выйду на работу только в понедельник утром. Ну ладно, пойдем в дом. Сейчас мы выпьем по стаканчику, и ты поедешь домой. Не знаю, как тебе, а мне так просто необходимо выпить джину с тоником, подкрепить силы.

Она прошла вперед, Нэнси последовала за ней. Знакомая кухня была чисто прибрана, вымыта до блеска; в ней было тепло, но удручающе пусто.

— Что с Ноэлем?

— А что с ним?

— Ты ему сообщила?

— Конечно. Сначала я поговорила с Джорджем, а потом позвонила Ноэлю на работу.

— Наверное, он был потрясен.

— Думаю, да. Но немногословен.

— Он тоже приедет сюда?

— Сейчас нет. Я обещала позвонить ему, если потребуется его помощь.

Нэнси отодвинула стул и уселась за стол, как будто не могла простоять на ногах и двух минут. По-видимому, из-за своего драматического отъезда из дома она не успела причесаться, попудрить нос и надеть блузку, более подходящую к юбке.

Вид у нее был не то чтобы растерянный, а скорее неряшливый, и Оливия почувствовала, как поднимается в ней хорошо знакомое чувство раздражения и досады. Что бы ни произошло, хорошее или плохое, Нэнси из всего умудрялась сделать драму, причем отводила себе главную роль.

— Мама вчера ездила в Лондон, — говорила Нэнси. — И мы даже не знаем зачем. Просто одна села в поезд и уехала на весь день. Миссис Плэкетт говорит, она вернулась усталая и разбитая. — В голосе ее звучала обида, как будто Пенелопа снова оставила ее в дураках. Оливии даже показалось, что Нэнси сейчас прибавит: «Она даже не сказала нам, что собирается умереть». Чтобы переменить тему разговора, Оливия спросила:

— А где Антония?

— Она поехала в Пудли кое-что купить.

— Ты ее видела?

— Нет еще.

— А где миссис Плэкетт?

— Думаю, наверху, готовит для тебя комнату.

— В таком случае я отнесу наверх чемодан и переговорю с ней. А ты посиди здесь. Я сейчас вернусь, мы выпьем по стаканчику, и ты поедешь к Джорджу и детям.

— Но я не могу бросить тебя здесь одну.

— Можешь, — холодно сказала Оливия. — Мы будем общаться по телефону. Я привыкла делать все одна.

В конце концов Нэнси уехала. После ее отъезда Оливия и миссис Плэкетт наконец смогли заняться делом.

— Нам нужен гробовщик, миссис Плэкетт.

— Надо позвонить Джошуа Бедуэю. Лучше его нам никого не найти.

— А где он живет?

— Совсем рядом, в Темпл-Пудли. Вообще-то, он плотник, а гробы делает для приработка. Хороший человек, очень скромный и вежливый. И дело свое знает. — Миссис Плэкетт посмотрела на часы. Было без четверти час. — Он, должно быть, сейчас дома, обедает. Хотите, я ему позвоню?

— Пожалуйста. И попросите его прийти поскорее.

Миссис Плэкетт говорила с гробовщиком без всякой наигранности, не понижая голоса. Очень просто она рассказала, что произошло, и так же просто попросила прийти. Как будто приглашала его починить калитку. Она положила трубку очень довольная собой, как человек, который хорошо сделал свое дело.