Маленький цветочный магазин у моря - Эли Макнамара

Мы с Эмбер разглядываем фасад магазина.

Половина десятого, мы успели снова выпить чаю и угоститься кремовыми пирожными. Я предлагала Эмбер остаться дома и выспаться, но она настояла на том, чтобы пойти со мной – посмотреть, во что впуталась.

– Придется поработать, – констатирует она. – Причем изрядно.

– Знаю. – Я отступаю на шаг, чтобы получше все разглядеть. – Только как именно? Тут простой покраской не обойдешься.

– Хочешь, я расскажу, как все устроено в магазине у твоей мамы? – предлагает Эмбер.

– Да я знаю, бывала там.

– А я тебя не помню, – озадачивается Эмбер. – Я там была?

– Вряд ли. Это было давно.

Точнее, когда магазин только-только открылся. Это казалось просто сногсшибательным, и я прыгала от радости, предвкушая путешествие по Большому Яблоку. Вид города, который никогда не спит, и возможность пожить в нем так будоражили меня, что о самом магазине я особо не задумывалась. Теперь, стоя перед «Гирляндой маргариток», я испытываю чувство вины: будто вместе с родным человеком умерла частица моей собственной жизни.

– Во всяком случае, – говорю я, надеясь, что голос звучит бодро, – я не собираюсь копировать один из наших магазинов. Если я им займусь – а это, поверь, для меня нелегкое решение, – то сделаю это по-своему.

– Девушки, вы не могли бы подвинуться? Нам надо цветы занести.

Мы оборачиваемся. Три дамочки разного возраста и веса выгружают цветы из маленького белого фургона.

– Извините, – говорю я женщине, которая трусцой несется к дверям с посудиной, полной гвоздик. – Магазин закрыт и откроется только после ремонта.

– Что? – вскидывается дама средних лет, в куртке от Барбур и с платком с «огуречным» узором на шее. – Глупостей не говорите, мы закрыты только по воскресеньям и понедельникам. Отойдите сейчас же.

– Нет. – Я загораживаю ей дорогу. – Боюсь, что вы сегодня сюда не попадете. Как я уже сказала, магазин закрыт.

Эмбер заслоняет дверь, драматическим жестом раскинув руки, и рукава ее цветастой блузы реют как паруса.

Дама разглядывает нас обеих как досадное мелкое недоразумение, без которого вполне можно было бы обойтись.

– Берил, Уиллоу! – окликает она своих спутниц, разгружающих фургон. – Вам что-нибудь об этом известно?

Берил и Уиллоу выглядывают из-за фургона.

– Эти девчонки не пускают нас в магазин, – презрительно сообщает дама.

Берил, статная и седовласая, и Уиллоу, высокая худенькая девушка лет двадцати, выступают вперед и скрещивают руки на груди.

Дама в куртке от Барбур наклоняет голову в мою сторону.

– Не знаю, что вы тут вообразили, – негромко произносит она, – но лучше вам уйти с дороги. У нас полно работы. И мы не любим, когда нас задерживают.

Я тоже скрещиваю руки и смотрю на нее в упор. Эта фифа что, всерьез затевает драку посреди города? Определенно времена изменились!

Берил и Уиллоу молча приближаются к нам.

Я в напряжении поджидаю их. И никогда еще так не бываю рада мягкому голосу констебля, вопрошающему:

– Доброе утро, леди. Могу я чем-нибудь помочь?

Вуди! Слава богу.

– Констебль Вудс, как вовремя! – сладко улыбается дама в Барбуре. – Эти девушки не пускают нас в магазин.

Вуди подскакивает от неожиданности, увидев сначала меня, а потом и Эмбер, загородившую дверь.

– Это правда, леди? – спрашивает он.

– Конечно, правда! – выкрикивает Эмбер и запевает: – И с места нас не сдвинешь ни за что!

– Моя подруга хочет сказать, Вуди, – мягко произношу я. – Ты же не против, чтобы я тебя так называла?

Он мотает головой.

– Эмбер хочет сказать, что я теперь хозяйка магазина и он будет закрыт до особого уведомления.

Вуди поворачивается к даме:

– Ну, Харриет?

– А какие у нее доказательства? – требовательно выкрикивает та. – Вы у нее подтверждения не хотите попросить, констебль Вудс?

Вуди снова оборачивается ко мне.

– Это верно.

– У меня ключи. – Я лезу в карман. – Вполне убедительное доказательство.

– У меня тоже! – Харриет предъявляет ключ на веревочке.

Вуди начинает нервничать.

– Это магазин моей бабушки. Я Поппи, внучка Розы, и я получила его по наследству. Можете спросить Эмбер, или Энта и Дека вон в том магазине, или Риту и Ричи в «Веселой русалке», или…

– Меня.

Джейк.

Вуди оборачивается и видит Джейка с Майли на плече, наблюдающего за происходящим с другой стороны дороги.

– Я могу поручиться за Поппи. Ее мать несколько дней назад звонила мне и предупредила о ее приезде. – Он подходит к нам. – А что до вас, Харриет, то я удивлен, почему Кэролайн вас не предупредила, что вы сегодня не понадобитесь. Она еще вчера узнала, что магазин теперь принадлежит Поппи.

Я замечаю, что сначала Харриет слушает Джейка с непроницаемым видом, но ощетинивается, едва речь заходит о Кэролайн.

– Так Кэролайн знала? – возмущается она. – А почему она нам ничего не сказала?

– А как по-вашему? – Джейк пожимает плечами. – Чтобы спровоцировать скандал. Она всегда так делает, когда не получает, чего хочет.

Харриет быстро обдумывает сложившееся положение, прикидывая, как выйти из него, не уронив себя.

– Если все это правда и вы, Поппи действительно новая владелица «Гирлянды маргариток», я должна извиниться.

Она протягивает руку, и я пожимаю ее. Харриет твердо кивает головой.

– Как вы уже слышали, вина в возникшем недоразумении лежит на нашем президенте, Кэролайн. И хотя это произошло по ее недосмотру, должна сказать, что она вкладывала много сил в этот магазин, но последнее время была слишком занята…

Джейк громко откашливается.

– И это непростительно, – заканчивает Харриет, метнув на него леденящий взгляд, – что ваше знакомство с Женской гильдией Сент-Феликса началось таким образом. Надеюсь, вы будете достаточно великодушны, чтобы нас простить.

Я киваю, немного ошарашенная ее речью.

– Само собой. Извинения приняты.

Вуди аплодирует, но тут же торопливо прячет руки за спину и придает себе ответственный вид, а у самого пылают щеки.

– Я хотела бы поблагодарить за заботу о магазине, пока бабушка была в больнице. Это было очень любезно с вашей стороны.