Другая жизнь - Лайонел Шрайвер

Таким образом, подготовив место для троих, Шеп и похоронил здесь всех троих. Их семья, состоявшая ранее из семи человек, неизбежно превратилась в семью из четверых. Поскольку Зак все больше времени проводил на курорте Фунду, они практически жили втроем. Периодически из трубки мобильного телефона Шепа слышались гневные ругательства Верил на «губительное» и «оскорбительное» похищение отца, что позволяло прекратить с ней общение в дальнейшем. (Верил была в ярости, что они не приняли ее в свои ряды. Ее глупый, нудный брат, «мещанин» и «обыватель», внезапно обводит всех вокруг пальца и удирает на тропический остров. В то время как настоящая гордость семьи, творческая личность, вынуждена жить в старом доме, бродить по холодным коридорам в двух свитерах и поношенной шубе из магазина подержанной одежды, сочиняя сценарий нового фильма о «топливном кризисе».)

Постоянно получая от Зака письма по электронной почте с рассказами о подводном мире, дельфинах и фантастической красоты рассветах, Амелия страдала от зависти. Вынужденная найти более подходящую работу, она стала заниматься «ценными бумагами» – непонятно какими – и теперь, когда отец не помогал ей материально, внезапно пообещала навестить их, если и не перебраться совсем. Шеп оказался в сложном положении; склонность дочери к откровенным вырезам и спущенным, до неприличия, джинсам была бы не очень уместна на практически мусульманском острове. Однако если бы Амелия согласилась прикрыть плечи и надела юбку ниже колен, то ее посещение могилы Глинис могло бы примирить дочь с мыслями о том, что она не находилась в тот горестный час у постели матери.

Впрочем, считать их одной большой семьей все же было нельзя, поскольку Шеп и Кэрол спали в разных комнатах. Точнее, спали, пока Кэрол не задала ему шокирующий вопрос, когда они однажды засиделись допоздна после ужина, а Хитер решила поплавать при луне.

– А у тебя действительно такой большой член?

Только наутро, испытывая чувство досады, что не увидел ее грудь раньше, он понял истинный смысл ее слов. А тогда он отшутился, сказав, что ей лучше самой проверить. Разумеется, с самого начала, едва возникла идея «побега от действительности», Шеп учитывал возникновение любых подводных камней. Многие годы люди убеждали его, что побег невозможен. На «райском» острове его неизменно постигнет разочарование. Ему станет скучно. Одиноко. Он будет тосковать по обществу себе подобных. Он поймет, что всегда был настоящим американцем во всем и никогда не может ассимилироваться среди людей, верящих в вуду. Он непременно будет скучать по фильмам, хорошим ресторанам и кабельному телевидению. По словам Верил, он должен рано или поздно с позором вернуться в Уэстчестер. Потому что самый страшный его враг, который никогда не оставит его и всегда будет следовать за ним по пятам, – он сам.

Все это было полной ерундой. На самом деле все оказалось замечательно.