Начало всего - Робин Шнайдер

– Познакомься с нашей выдающейся командой по дебатам, – сказал Тоби.

На секунду я подумал, что он шутит.

За столиком сидел президент киноклуба, Люк Шеппард, в хипстерских очках и с фирменной ухмылкой на губах. В прошлом году вся школа зачитывалась блогом под названием «Автонастройка директора», и, хотя Люк никогда не признавался в том, что ведет этот блог, все и так это знали. Рядом с Люком сидел Сэм Мейфилд, выглядевший так, будто ехал из загородного клуба и по дороге заблудился. Сэм метил в адвокаты, учился в одиннадцатом классе и был главой школьных республиканцев. Напротив Сэма попивал «Ред булл» и играл в какую-то игру на своем айпаде Остин Новелли, графический дизайнер школы. Он варганил обложки для ежегодников и эскизы для школьных толстовок. В десятом классе он запустил интернет-магазин футболок.

Дружки Тоби представлялись мне кучкой неприметных отличников, скооперировавшихся из-за общественной необходимости и старавшихся не отсвечивать. А тут вдруг такие ребята.

– Смотрите, кого я нашел, – радостно заявил Тоби.

У Люка отпала челюсть. Сэм недоверчиво хмыкнул.

– Да неужто это сама Кэссиди Торп, – протянул Остин, смахнув с глаз прядь светлых волос. Он даже не оторвал взгляда от планшета. – Что, черт возьми, ты здесь делаешь?

Кэссиди широко улыбнулась.

– Заканчиваю школу, чтобы двигать по жизни дальше. Как и все вы. И как, блин, так вышло, что я не слышала о кофейной тележке в вашей школе?

Она села возле Тоби, достала упаковку крекеров с арахисовым маслом и похлопала по скамейке рядом с собой. К счастью, это был конец скамейки. У меня мелькнула мысль: Кэссиди специально оставила для меня место, чтобы мне не пришлось просить кого-нибудь двигаться?

– Ах да, – немного театрально воскликнул Тоби, сделав вид, будто забыл о том, что меня тоже надо представить. – Фолкнера вы и так все знаете.

– Привет, – смутился я, заняв предложенное место.

Люк одарил Тоби красноречивым взглядом. Видимо, мое присутствие за их столом должно было быть одобрено им.

Я не принес себе поесть и, нацепив солнцезащитные очки, наблюдал за тем, как все ковыряются в своих тарелках. Обед начинается в полдвенадцатого, однако в это время дня еще подаются бутерброды на завтрак – забавно, да? Я бросил тоскливый взгляд на очередь в нижней части двора – бесконечную цепочку из девяти- и десятиклассников.

– Налетайте. – Фиби Чанг поставила на стол пластиковый контейнер с кексами. В ее волосах выделялась розовая прядь, а пирсинг в носу сверкал в солнечных лучах. – Стащила их из канцелярии. У школьной медсестры сегодня день рождения.

Она глянула через плечо, словно ожидая, что ее вот-вот застукают. Тоби сразу сцапал ванильный кекс.

– Прикольно выйдет, если они отравлены, – заметил он. – Кстати, Фиби, это – Кэссиди. Эзру ты знаешь.

Фиби, купавшаяся в лучах славы, принесенной ей кражей кексов, глянула на меня и чуть не уронила холодный чай.

– Мать честная! Опоздала всего на пять минут и чуть не проворонила самую чумовую рокировку мест в анналах нашего двора.

– Не знал, что ты интересуешься аналом, Фиби, – подмигнул ей Люк.

Она взяла кекс, провела по глазури языком и с едкой улыбочкой протянула его Люку.

– Изголодался, Шеппард? Займись кексом.

Люк в ответ со смаком откусил от кекса кусок. Мне стало интересно, как давно они встречаются. На самом деле Фиби была не отъявленной воровкой кексов, а редактором школьной газеты.

– Ну и как тебе, Эзра, вампирское житие-бытие? – спросила она, сев рядом с Люком.

Тоби фыркнул, Кэссиди прыснула с набитым ртом.

– И нечего на меня так смотреть, – продолжала Фиби. – Сам напросился. Бледная кожа, черная одежда, никакой еды и весь из себя такой мрачный. Прикольно же! Тебе нужно намазать кожу блеском и зажать в уголок какую-нибудь невинную девятиклассницу.

– Отличная идея, – согласилась Кэссиди. – Еще сказать ей, что ты – опасный монстр. И не забыть упомянуть о том, как вкусно пахнет ее кровь.

– И получить по морде, если окажется, что у нее как раз те самые дни, – пробормотал я, и все засмеялись.

– Ты забавный. – Фиби отдала мне последний шоколадный кекс. – А я всегда думала, что твои дружки ржут над своим пердежом.

– Девяносто процентов мужского населения Иствуда ржут над своим пердежом, – отозвался Тоби. – Включая присутствующих здесь.

– Сколько очков я потеряю, если прямо сейчас пущу газы? – улыбнулся Люк.

– Только посмей это сделать! – предупредила Фиби, благоразумно отодвинувшись от него.

Я снял со своего кекса обертку и бросил взгляд на столик бывших друзей, где Шарлотта залезла на колени к Эвану. Она печатала на мобильном, по ее плечу рассыпались собранные в хвост волосы, на бедре лежала ладонь Эвана. Шарлотта подняла глаза и увидела, что я на нее смотрю. Она пихнула Эвана локтем, и тот с удивлением глянул на меня – не ожидал увидеть меня за другим столом. Но, похоже, их это нисколько не волновало, так как через секунду они уже целовались взасос.

– Пойдем-ка, новенькая, сходим в дамскую комнату, – поднялась Фиби.

Как только они ушли, Люк тихо рассмеялся и покачал головой.

– Кто-нибудь объяснит мне, зачем моя девушка ушла в туалет с Кэссиди Торп?

– Я ничегошеньки не знаю о тонкостях женского поведения в стаях, – ответил Сэм. – Зато я точно знаю, что нам придется расширить список гостей на пятницу.

Люк хмуро посмотрел на Сэма.

– Прости, – пробормотал тот, бросив в мою сторону виноватый взгляд.

– Какого черта? – заговорил Остин. – Сначала она куда-то испарилась, а теперь очутилась в Иствуде? Бред какой-то.

– Что именно из этого – бред? – спросил я.

– Да все. – Тоби скомкал обертку от кекса. – С другой стороны, в этом вся Кэссиди. Помнишь, я сказал, что она непобедима в дебатах? Самое интересное не это, а то, что она даже не пытается победить. Заявляется на турниры в одежде, вопиюще нарушающей дресс-код, устраивает пикник в лифте и даже не удосуживается прийти на церемонию награждения. Сначала она проходит конкурс, чтобы попасть в невероятно снобскую частную школу, а потом – в прошлом году – бросает ее. Выигрывает региональный турнир и отказывается от участия в чемпионате штата за четыре дня до турнира. По слухам, она внезапно оставила школу и просто исчезла.

– Вы спрашивали у нее, как так вышло?

– Как будто от Кэссиди можно добиться прямого ответа, – рассмеялся Тоби.

– Возвращаются, – тихо сообщил Остин, кивнув на Фиби и Кэссиди.

Все с виноватым видом повернулись в их сторону. Я же смотрел совершенно в другом направлении – на спектакль, устроенный Шарлоттой и Эваном, а точнее – на их страстно-слюнявый поцелуй на публику.