Посмотри, на кого ты похожа - Елена Колина

А что? Неплохая мысль. Во всем другом цивилизованном мире общество оплачивает необеспеченным детям то необходимое, что есть у их обеспеченных соучеников, – тетрадки, классные поездки, выпускное платье… Иначе ребенок вырастет с психологической травмой в анамнезе, станет невротиком и обидится на общество навсегда. Это необязательно, но вполне вероятно. А свои обиды на общество этот ребенок может реализовать разными способами. Например, стать олигархом, которому все равно, что кто-то голодает под его окном. Или бандитом, или революционером.

Думаю, в этом все дело. Это хитрое западное общество просто не хочет, чтобы у них завелось чересчур много Робин Гудов, которые начнут тянуть у граждан мобильные телефоны в трамваях или воровать крупу и велосипеды на чужих дачах…

Может быть, я тоже эмигрирую, и Алена пусть тоже эмигрирует на всякий случай – вдруг она останется одна с мальчишками… Нужно будет ей предложить.

– Давайте съедим тортик и пирожные из «Севера», пока мы еще не эмигрировали, – предложила Лиля.

…Мы съели тортик и пирожные и пошли гулять.

День седьмого ноября – красный день календаря. Раньше в этот день мы ходили на демонстрации с разноцветными шариками, мальчики пили портвейн в подъезде, а я всегда вела какую-то текущую любовную интригу… Почему-то в этот день всегда шел снег и было ощущение счастья.

Мы немного прошли по Невскому втроем под руки, как будто мы демонстрация. Мои друзья-эмигранты не могут пройти по Невскому как будто они демонстрация, а я могу.

Может быть, я пока останусь жить в России.

10 ноября, вторник

Мне звонил Никита, хочет со мной встретиться. Вернее, не совсем так. Это я звонила Никите, хочу с ним встретиться. По работе.

Алена туманно намекнула обеим мамам, своей и Никитиной, что у них с Никитой не все в порядке. Подробностей она им не рассказала, но обе мамы на всякий случай встали в стойку и детально меня проинструктировали.

Я должна сказать:

1. Ты зря думаешь, что у тебя любовь. А у тебя просто молодая длинноногая секретарша. Ей нужны твои деньги, а не ты. Седина в бороду, бес в ребро.

2. Квартира, дача и половина фирмы принадлежат Алене.

3. Подумай о детях.

4. Э-эх, старый ты дурак… (по-моему, это слишком, но Аленина мама особо на этом настаивала).

Но у меня свой собственный план, научный. Сначала я хитростью внушу Никите, что у него не любовь, а просто молодое длинноногое увлечение, потом намекну о даче и половине фирмы и только потом, пользуясь специальными психологическими терминами, скажу: «Э-эх, старый ты дурак!»

Никита будет моей легкой добычей. Он представляет собой несложный в обращении психологический тип: очень внушаемый и зависимый, капризничает, хочет, чтобы его уговаривали и обещали пятиэровую монетку за кусачий шарф. Ноет, рычит, спорит, а потом все равно слушается и доволен как дитя.

Уверена, что без проблем справлюсь с Никитой. В конце концов, кто я – профессиональный психолог или кот дрожащий?

Встретилась с Никитой в ресторане «Улицы разбитых фонарей». Не потому, что Никита такой уж любитель «Ментов», а просто его офис находится в соседнем доме.

Никита уже сидел за столом и изучал меню, а я вдруг внезапно увидела его со стороны как совершенно нового, неизведанного человека. Мне очень понравился этот неизведанный человек. И намек на лысину, и живот его не портят, а как-то даже усиливают зрелое обаяние… Интересный, в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил.

Никита оторвался от меню и, вывернув голову вслед официантке в короткой юбке, проводил ее взглядом.

Хм… Алена считает, что у Никиты позднее половое созревание, а на самом деле… Неужели Никита – тайный эротоман?

В моей сумке зазвонил телефон. Так и знала, это Алена! У некоторых людей нет никакого терпения.

– Слушай, я тут кое-что почитала и подумала… А нет ли у него интереса к мужчинам? – сказала Алена и зашуршала страницами. – Латентный гомосексуализм ведет к подавлению неосознанных желаний и кидает мужчину от партнерше к партнерше – совершенно безуспешно, потому что на самом деле он ищет совсем другого.

Аленин диагноз – помрачение ума. Она бросается в самые прихотливые измышления, лишь бы не признавать неприятной правды.

Я направилась к Никитиному столу, а в это время Никита опять оторвался от меню и, вывернув голову вслед официанту, проводил его взглядом.

Хм… Неужели Алена права? Неужели мой друг Никита – бисексуальный маньяк, тайный эротоман, любитель официантов?..

Вообще-то у каждого есть какая-нибудь одна очень большая тайна. У меня, например, в тумбочке у кровати тоже лежит кое-что неприличное, и я не показываю это кое-что никому, даже самым близким людям. Это «Кондуит и Швамбрания», «Орден Желтого Дятла» и еще «Карлсон» и «Катя и крокодил». А у Никиты может быть другая тайна… Неужели этот внешне послушный Алениной воле человек ведет тайную извращенную жизнь в перерывах между поливом огурцов и оптовым складом?

Никита наконец заметил меня и улыбнулся. Я тоже улыбнулась, и передо мной опять оказался мой друг Никита: живот, намек на лысину, капризы, уклончивость, эгоизм, детская непосредственность желаний – в общем, обычный мужчина, нисколечко не бисексуальный маньяк.

– Ну что, салатик? Горячее? – нежно спросил Никита.

Нежность относилась не ко мне, а к салатику и горячему. Никита владеет несколькими продуктовыми магазинами, и это как раз тот редкий случай, когда профессия совпадает с хобби, – он очень любит продукты.

Я не буду ничего заказывать. Не годится угощаться во время выполнения специальной миссии. И вообще, мы с Никитой сейчас противники, враги, а с врагами не преломляют хлеб.

– Овощной салат и лосось?

– Лосось без гарнира, – сухо сказала я. Хлеб не преломляют, а лосось без гарнира преломляют. – И шарлотку на десерт.

– С шоколадом или со сливками? – спросил Никита.

– Без всего, – отрезала я. Пусть знает, что мой визит в ресторан чисто деловой.

Я сказала Никите, что прямо сейчас буду собирать у него материал для докторской диссертации.

– Не знал, что ты пишешь докторскую. А какая тема?

– Тема? А тема – «Любовь и секс как способ преодоления кризиса среднего возраста», вот какая тема. Ты, Никита, очень развитый, продвинутый человек, поэтому я тебя и выбрала для своего исследования. У тебя кризис среднего возраста. Не возражай, у тебя кризис, я знаю. Ты уже реализовал все свои мотивации – построение семьи, фирмы, магазинов… и вот сейчас у тебя начался кризис идентичности, поиск смысла жизни, а также сомнения в правильности выбранных ценностей. Я смотрю на тебя и ясно вижу, что твое Эго вышло за пределы личностных ценностей в сферу коллективных смыслов.

– Да? – сказал Никита. – Ты лимончик-то выжми на лосося…