Хюгге, или Уютное счастье по-датски. Как я целый год баловала себя "улитками", ужинала при свечах и читала на подоконнике - Расселл Хелен

– Я до сих пор не понял, что это такое, – ответил Лего-Мен. – Но мне оно нравится. – И он отправил в рот вторую «улитку», чтобы закрепить результат.

Мы выползли из пекарни, загрузившись несколькими тысячами калорий, и отправились на встречу с агентом по поиску жилья. Нас встретила стройная женщина с выгоревшими светлыми волосами, собранными в обязательный скандинавский пучок. Под толстым пуховиком на ней были надеты черный кожаный пиджак и брюки, которые показались мне легковоспламеняющимися. Она уже договорилась о нескольких показах, чтобы мы могли посмотреть датские дома. Мы сразу поняли, что все они практически одинаковы: белые стены, некрашеные деревянные полы (причем теплые!) и отсутствие всякого хлама. И везде было очень тепло.

Ютландцы любят ходить по дому в футболках даже в январе. На пороге каждого дома мы разматывали шарфы и снимали пальто, но все равно покрывались пóтом, словно из зимней стужи попадали в тропическое бунгало. В Лондоне мы пять лет прожили в холодной эдвардианской^[24] квартире. В детстве нам постоянно твердили: «Если тебе холодно, надень еще один джемпер». Наша одежда напоминала кочан капусты. Центральное отопление считалось расточительной причудой.

– Слишком… жарко… – пробормотала я Лего-Мену, отплевываясь от шерсти с шарфа, когда мы раздевались во втором доме.

– Интересно почему? – муж оттянул воротник, чтобы выпустить жар тела, и протер запотевшие очки.

Я подумала, что датчане привыкли к жарким домам в силу исторических причин, ведь они живут в холодном климате. Чем холоднее климат, тем больше люди умеют приспосабливаться к нему. Возможно, умеренно прохладные, влажные британские зимы отучили нас бороться с холодом. Свои соображения я изложила Лего-Мену, но агент, услышав мои предположения, вмешалась в наш диалог.

– Дания славится своим центральным отоплением, – сказала дама. – У нас превосходные двери и окна, – она указала на двери и окна на случай, если мы не поняли, – с идеальной термоизоляцией. В Англии, как мне кажется, повсюду сквозняки, – она с отвращением поморщилась. – Датчане этого не любят.

Потом она объяснила, что в системах отопления используется тепло, выделяемое при сжигании мусора, ветряные генераторы и энергия солнечных батарей. Практически в каждом доме Ютландии имеются теплые деревянные полы.

– Это эффективная энергосберегающая система, так что вам не придется отключать отопление!

Я не была уверена, что подобный подход к энергопотреблению можно назвать эффективным, но энтузиазм агента произвел на меня впечатление.

В каждом доме, куда приходили, мы видели безупречный порядок. Обстановка была минималистической, но с массой интересных и стильных деталей. Одна хозяйка, в доме которой царила настоящая дзен-атмосфера, с безукоризненно чистыми рабочими поверхностями, с гордостью распахнула все кухонные ящики, чтобы продемонстрировать в действии плавный механизм открывания. Я заметила, что кухонная утварь и столовые приборы разложены в таком же идеальном порядке, как и все остальное в доме.

– Это ненормально! – прошипела я на ухо мужу, когда мы переходили в другую комнату.

На английской кухне невозможно было открыть ни одного шкафчика, не прикрыв заранее лицо свободной рукой, потому что отовсюду что-то сыпалось. Сломанные ящики скрипели так зловеще, что казалось, они только и ждут удобного момента, чтобы обрушиться на того, кто посягнет на их покой. Но в этом доме все выглядело идеально и находилось в полном порядке.

– Скажите, – спросила я у агента, – ведь эти люди сдают жилье, верно? У них нет причины устраивать генеральную уборку перед приходом посетителей?

Дама-агент удивилась наивному вопросу.

– Уборка? Перед приходом посетителей? Разве британцы так поступают? – В ее голосе звучало явное осуждение нашего образа жизни. – У датчан в доме порядок всегда.

Мне сразу же захотелось оправдаться и сказать, что мы тоже пытаемся так поступать, чтобы она не подумала, будто у себя дома мы размазываем грязь по стенам ради забавы. Лего-Мен, почувствовав мое раздражение, положил руку мне на плечо, желая предотвратить возможную битву.

Дама-агент также сказала, что перед входом в датский дом принято снимать обувь. Вся обувь должна аккуратно стоять на специальной полке у дверей.

– Чтобы грязь и пыль с улицы не проникали в дом, – пояснила она Лего-Мену, решив не обращаться к его неряхе-жене.

Очень скоро стало ясно, что чистота – отличительная особенность датского образа жизни. Элегантные, простые, идеально чистые интерьеры мы встречали повсюду. Подвешенные на стене унитазы со скрытыми за фальшпанелями бачками, множество встроенных шкафов и освещение, достойное художественной галереи. Однако нигде не было видно ванн. Дама-агент сказала, что в Дании все избавились от ванн лет десять назад, заменив их более современным устройством. («Кроме того, душ гораздо гигиеничнее», – добавила она.) Похоже, в моем проекте «Счастье» появились новые вопросы.

Как датчане могут быть счастливыми без ванн? Лего-Мен с пониманием отнесся к моим страданиям и пообещал, что мы обязательно закажем по Интернету ванну на ножках в стиле «аббатства Даунтон». Он уже внес ванну в список покупок для обустройства нового датского дома.

В конце первого дня большой домовой охоты я задумалась: не является ли такое стремление к чистому, просторному, элегантному дому с дизайнерским интерьером частью общепризнанного высокого стандарта жизни в Дании? Мне захотелось узнать побольше, и я обратилась к Анне-Луизе Зоммер, директору датского музея дизайна. Она изучала обусловленность дизайна интерьера культурными традициями, национальной идентичностью и идеологией. У Анны-Луизы на этот счет есть несколько любопытных теорий.

– Дания – страна дизайна, – сказала она. – И это играет важную роль в нашем мировосприятии счастья.

Анна-Луиза объяснила мне, какое влияние на датскую эстетику оказала немецкая школа Баухаус^[25]. Качественный дизайн стал датской традицией еще в 1920-е годы.

– В то время Дания переживала экономический спад. Возникли серьезные социальные проблемы, но правительство страны все же решило отдать приоритет дизайну. Было ясно, насколько велика роль дизайна для ощущения благополучия и счастья.

Датчане явно опередили время. В 2011 году ученые из лондонского Университетского колледжа исследовали этот феномен. Они научно доказали, что любование красотой делает человека счастливее, поскольку стимулирует выработку допамина. («Прямо как булочки!» – подумала я.) Как показало исследование, произведения искусства и дизайна стимулируют ту же мозговую активность, что и состояние влюбленности, но датчане пришли к этому выводу девяносто лет назад.