Друзья навсегда - Клэр Баркер

– Если вы закончили препираться, сколько кому достанется пряников, то Живчик, как мне кажется, хочет вам что-то сказать.

– Да, Габриэль, спасибо, ещё как хочу. Орландо, записывай, ладно?

Обезьянка взяла в лапу кусок мела, облизала язычком и написала на стене амбара: «ПЁСИК-МОСИК ПЕРЕЖИВАЕТ».

– Э‐э-э… спасибо. До меня дошли сведения, что Старкроссу грозит Большая Беда. Как вы знаете, лорд и леди Пеппер – лучшие люди на свете, но есть у меня такое ощущение, что барометр у них в голове постоянно показывает «Мне без разницы».

(Это было совершенно верно. Однажды у лорда Пеппера в халате на целый месяц поселился голубь, а лорд так этого и не заметил.)

Мартин вцепился лапками в свои пухлые щёки.

– Ой, только не это! Что, в бальной зале опять барсуки завелись?

– Нет. Вынужден сообщить, что даже хуже.

Живчик прочистил горло и зачитал письмо.

После этого все заговорили разом.

– Чушь какая-то. Пепперы всегда жили в Старкроссе. Мне кажется, этот «солнечный заяц из огурца» – какая-то выдумка, – заметил Мартин.

– Ойхинея полная! – возмутился Орландо.

– Гммм, – высказался Валентин, задумчиво двигая длинными ушами и разглядывая письмо. – Может, так оно и было. Монти Пеппер действительно был заядлым экспериментатором. Однажды разнёс в щепки свою обсерваторию… Его жена Арабелла так разозлилась, что отобрала у него любимый телескоп – он потом месяц на неё дулся. Извлекать солнечных зайчиков из огурцов – это очень на него похоже.

– Однако, наглость какая! Откуда эта Куклопуклина знает, что Старкросс – «сырая и мокрющая дыра»? – Вид у Габриэля был страшно обиженный. – Да никто из этого Совета отродясь тут не бывал. Строго говоря, тут и вообще никто никогда не бывал.

– Это верно, если бы бывал, мы бы точно заметили, – согласился Мартин. – ОПС такие вещи не пропускает, ну нет, глядит в оба. Нас не проведёшь. – Хомяк гордо выпятил грудь, но тут же сморщил нос и принюхался: – Кстати, а вы тоже запах чувствуете?

Мало кому известно, что если призрак чего-то стыдится, то от него пахнет мятой. Все посмотрели на Живчика, а тот сильно смутился и опустил глаза в пол.

– Ну ладно, – сознался он наконец. – Три недели тому назад я действительно видел какую-то странную тётеньку – она пряталась под изгородью, а напугать её мне не удалось, сколько я ни пытался, ну и… в общем, я никому ничего не сказал. Хотя почувствовал, что всё это не к добру. Так что один человек из Совета тут всё-таки побывал. – Он виновато посмотрел на друзей. – Простите меня, пожалуйста.

– Не переживай, – сказал Валентин. – Откуда тебе было знать?

– Это я во всём виноват. – Живчик с несчастным видом закрыл уши лапами. – Я ведь сразу подумал, что она что-то замышляет и что нужно придумать что-нибудь очень страшное.

Валентин улыбнулся.

– Да мы же призраки, глупышка, мы ненастоящие. В смысле не по-настоящему настоящие.

Мартин удручённо вздохнул.

– Живчик, мы не можем сделать НИЧЕГО серьёзного. Я думал, ты это уже сообразил.

И хвост, и уши у Живчика обвисли.

– Но ситуация-то хуже некуда! Я думал, что в таких ситуациях всё происходит, ну… по-другому.

– Ты, главное, сильно не огорчайся, – утешил его Габриэль, обхватив крылом за плечи. – В любом случае, – продолжал гусь увещевающим тоном, – всё будет хорошо. Здесь вообще ничего плохого не происходит. Пепперы в Старкроссе будут всегда – всегда были и всегда будут. Ничего у этого Совета не выйдет.

Действительно, если у Пепперов и было особое свойство, так это умение оставаться на одном месте: за Старкросс-Холл они цеплялись, как мох за стенку. В общем, все сошлись на том, что это всего лишь буря в стакане воды. То есть все, кроме Живчика. Подступала большая беда. Он это чуял.