Медвежонок Паддингтон занят делом - Майкл Бонд

– Если упал, а лапы у него задраны вверх… – подхватила Джуди.

– Плохо вы знаете Паддингтона, – поспешно оборвал их мистер Браун. – Этот если куда и упадёт, то в кадушку с тестом в пекарне. – Он встал и ещё раз посмотрел на часы. – И всё-таки думаю, нам пора действовать. Вот только ума не приложу, с чего начать.

Миссис Бёрд решительно взялась за зонтик.

– Зато я знаю, – сказала она непреклонным голосом. – С капитана.

И с этими словами она зашагала по коридору, оставив остальных волноваться ещё сильнее – если только это было возможно.

Миссис Бёрд подчас бывала очень строга с Паддингтоном, однако, когда речь заходила о его благополучии, она не останавливалась ни перед чем, и, как вскоре стало понятно из суеты по всему теплоходу, она добилась того, чего хотела.

Матросы забегали по всем палубам, где-то глубоко в трюме колокол начал отзванивать тревогу, а вскоре после этого, издав несколько громких гудков, огромный лайнер начал сбавлять скорость.

– Вот это да! – поразился Джонатан, когда с обоих бортов донеслось громкое металлическое звяканье. – Мы, похоже, становимся на якорь!

* * *

Капитан «Карении» поднял голову и посмотрел на стоявшую перед ним компанию.

Дело было на следующее утро, и не только Браунов, но и довольно многих членов команды вызвали в капитанскую каюту, чтобы разобраться, что же такое случилось накануне.

– Говорите, вот этот юный медведь – виновник всех вчерашних неприятностей? – спросил капитан, глядя на Паддингтона.

– Сказать по совести, так никакой его вины в этом нет, – своевременно вступился старший механик. – Если бы они стали кричать «медведь за бортом», а не «человек за бортом», я бы сразу во всём разобрался. Потому что он всё это время был внизу, у меня в мастерской, я разлеплял ему лапы.

– Я вот чего не понимаю, Паддингтон, – вклинился мистер Браун. – Ты действительно сам не мог их разъединить?

– Это специальный клей, которым я приклеивал свою манишку, во всём виноват, мистер Браун, – пояснил Паддингтон. – Просто немного этого клея случайно осталось на лапах.

– И поэтому сомкнуть-то он их сомкнул, а разомкнуть уже не смог, – добавил Барри Бард, который выглядел куда жизнерадостнее, чем накануне. – Должен признаться, я не на шутку перепугался.

– Это такой же клей, как в моём плотницком наборе, папа! – догадался Джонатан. – Новое изобретение, он клеит, только если нанести сразу на обе стороны.

– Мой оказался сразу на обеих сторонах, то есть лапах, – подтвердил Паддингтон. – Поэтому и хлопать было неудобно.

– Могучая штука, – добавил главный механик. – Уж если пристала, то пристала. Я вашего мишку едва отклеил.

– Надеюсь, вы понимаете, – сказал капитан, – что вынудили меня вчера отдать приказ «стоп машина»?

– «Стоп машина»? – заинтересовался Паддингтон. – Странно, я не видел на теплоходе ни одной машины.

– Он не про то, Паддингтон, – сказала Джуди. – Никаких машин тут нет. Капитан хочет сказать, что ему пришлось остановить судно, потому что он решил, что ты свалился за борт.

– Я на этой линии с малолетства, – буркнул капитан. – И ни разу ещё не терял в море ни одного пассажира, не говоря уже о медведе.

– Так и на этот раз не потеряли, верно? – храбро сказала Джуди.

Капитан подумал.

– Вы, конечно же, правы, барышня, – согласился он наконец. – Только я должен буду сделать соответствующую запись в судовом журнале, а она выглядит ой как некрасиво. Придётся очень долго оправдываться. Особенно если учесть, что тот же самый медведь победил в судовом конкурсе, потому что мы вчера прошли расстояние гораздо меньше, чем предполагалось.

– Что? – воскликнул Паддингтон, не веря своим ушам. – Я победил в судовом конкурсе?

– Пятьдесят фунтов и семьдесят пять пенсов, – доложил старший помощник, протягивая ему большой конверт. – Пересчитайте на всякий случай, всё ли здесь.

– Поздравляю, медведь! – сказал капитан, пожимая Паддингтону свободную лапу. – Только учти, – добавил он строго, – ещё раз выйдешь в море на моём судне – больше так не поступай. А то у меня возникнут всякие подозрения, и придётся заковать тебя в кандалы.

Паддингтон при этих словах явно встревожился.

– Я, наверное, теперь не скоро поплыву в Перу, – сообщил он поспешно.

Капитан широко улыбнулся.

– В таком случае, – сказал он, глядя на хронометр, – поскольку мы уже почти в Англии, я хочу пригласить вас позавтракать за моим столом. Когда ещё такой случай представится!

– Я считаю, Паддингтон, что тебе крупно повезло, – сказала миссис Браун, когда все они шли по длинному коридору. – Далеко не каждому медведю выпадает честь получить приглашение за капитанский стол.

Капитан, который уже почти что вошёл в ресторан, приостановился.

– Если призадуматься, – сказал он, – то далеко не каждому капитану выпадает честь пригласить на завтрак медведя. Особенно медведя, только что победившего в судовом конкурсе!

Глава третья
Дурацкая акция

В первый день после возвращения в дом номер тридцать два по улице Виндзорский Сад Паддингтон был ужасно занят. Надо было распаковать чемоданы, навестить друзей, рассказать все новости – причём не один раз, а снова и снова; надо было обшарить все кухонные шкафы, посидеть на всех старых, знакомых стульях; словом, надо было переделать тысячу вещей, общее название которым – возвращение домой, к привычной жизни.

Все были так рады снова увидеть медвежонка и послушать о его приключениях, что часы летели как на крыльях, и когда он вечером пошёл в свою комнату ложиться спать, ему уже казалось, что он и вовсе никуда не уезжал.

После долгих недель на море, в маленькой каюте, так было приятно улечься в собственную кроватку, тем более что в его отсутствие мистер Браун заново отремонтировал комнату: стены в ней теперь были нежно-голубого цвета, все рамы ярко блестели свежей белой краской, а на стене в придачу появилась специальная доска, к которой можно прикреплять записочки-напоминания, и ещё на полу – новенький ковёр.

– Старый немного поизносился, – объяснила миссис Браун, когда на следующее утро принесла ему завтрак в постель. – А новый мы специально купили с ярким узорчиком, чтобы твои пятна были не так заметны.

– Мои пятна, миссис Браун? – оскорблённо повторил медвежонок, садясь в кроватке и протирая лапами глаза.

– Твои пятна, – непреклонно повторила миссис Бёрд, раздёргивая шторы и впуская в комнату поток солнечного света. – Старый ковёр прямо-таки задубел от присохшего мармелада, нам его только что распиливать не пришлось, чтобы вынести из комнаты.