Бердолька Чарли и Гертруды Богранд - Д. Мицкис

– «Красно-чёрные» проиграли, – сказал Мистер С. – За двенадцать лет так ничего и не поменялось.

– «Красно-чёрные»? – переспросил Чарли.

– Запомни, Чарльз! – Мистер С. поднял газету и, закрывая заголовки, показал Чарли. – Каждый уважающий себя молодой человек должен разбираться в спорте и спортивных командах. Даже в худших из них.

А затем прошептал Гертруде:

– Не обижайся на Эдварда. Просто играет он… эм… за другую команду.

По ступенькам поднимался мужчина в фиолетовом хитоне и раздавал всем буклеты, памятки и брошюры. Всем, кроме Эдварда.

– Это нужно заполнить до прибытия. – Он протянул каждому по Карте. На обороте был изображён рыцарь с копьём и двумя флагами: белым – в жёлтую полоску, и чёрным – в красную. – Только правдивые ответы. Спасибо, что воспользовались услугами «СМ-Рт». Будем рады видеть вас снова.

– Да Боже упаси! – поперхнулся Мистер С.

Мужчина направился вверх по ступенькам.

Поужинав, Чарли и Гертруда принялись заполнять Карты, записывая о себе всё, что знали (Мистер С. достал чернильницу и три пера). Хотя многие «пассажиры» Карты заполнить не могли – у них не было перьев или ручек.

– А ещё в обязательном порядке нужно выучить правила, – сказал Мистер С. – Так написано на памятках и брошюре. Не знаю, поменялось ли что-то за двенадцать лет, но раньше без Карты и правил никто не мог вернуться домой. Так сказать, ne cede malls, что в переводе с латыни – «не падай духом в несчастье». – Мистер С. записал что-то в своей Карте. – Не переживайте, вы скоро вспомните о правилах и небольших ограничениях. А пока думайте о подарках и торопитесь с заполнением, если не хотите вернуться в монастырь. Но без ошибок. Они непростительны.

Заполнять Карту было не сложно. Мистер С. попросил не указывать город и встречающего. Остальное: имя, фамилию, возраст, размер руки, ноги, пальцев и носа – Гертруда и Чарли заполнили самостоятельно. Хотя Мистер С. помогал.

– Осталось заполнить графу «положение в обществе». – Гертруда оторвала глаза от Карты и посмотрела на Мистера С.

– Пока не заполняйте.

Радиоприёмник на коленях Мистера С. зашипел. И хотя Гертруда по-прежнему не могла разобрать ни одного слова, она поняла: рассказывают что-то важное – Мистер С. поменялся в лице. Он был шокирован тем, что услышал.

– Что-то случилось? – испугалась Гертруда.

Мистер С. молчал. Не мог найти слов. Ответил хриплым голосом.

– Монастырь, – сказал Мистер С. – Наверное, это какая-то… ошибка. По «Загр…бному извету» говорят, что его больше нет. Никого больше нет.

* * *

Впереди оставался лишь туман. Голос по громкоговорителю объявил, чтобы все были готовы и закрыли уши. Мистер С. достал три пары наушников. Он не объяснил, для чего их нужно надевать.

Гертруда почти не слышала завываний и детского плача (через наушники лишь изредка доносился вой, но это продолжалось всего несколько минут). Старалась не думать о монастыре.

А поездка подходила к концу. Лестница теперь освещалась лишь тусклым лунным светом.

– О-о-о! – сквозь ночь послышались восхищённые голоса, когда Мистер С., Чарли и Гертруда приблизились к огромному (похожему на железнодорожный вокзал) зданию с тысячами блестящих золотых окон и дверей. К ним вели десятки (если не сотни) разных лестниц. А цвет сводов и крыш – такого цвета Гертруда никогда ещё не видела. Ослепительный!

Вокруг летали разноцветные дирижабли, у высоких башен кружили сотни белых и чёрных воронов, вспыхивали и тут же гасли миллионы жёлтых огоньков, а где-то далеко за всем наблюдала залитая призрачным светом лунная радуга.

Чарли показал пальцем куда-то вдаль. И Гертруде на секунду показалось, будто она снова увидела белоснежную птицу. На душе была невероятная лёгкость. Всё казалось знакомым и родным.

Ни Эдварда, ни Харгеста рядом уже не было.

– Дом, милый дом! – произнёс радостно Мистер С., взяв в руки коро́бки со шляпами и бурчащий зонт. – Очки не снимайте. Старайтесь не подглядывать и не выдавайте себя. И ещё: я вас умоляю! Прошу! Не бойтесь. Будет ужасно, если они почувствуют ваш страх.

Глава 6
Площадь Трёх

Гертруда никогда в жизни не видела более удивительного места. Казалось, она попала на старинный и самый многолюдный в мире вокзал. Он был похож на вокзалы из старых чёрно-белых фильмов – их Гертруда тайком смотрела в кабинете мистера Агнуса Гробба: высоченное здание, в котором поместились бы пять или шесть Монастырей Святой Марии.

«Вокзал» был роскошным: построен из белого (хотя и потускневшего от старости) камня и украшен золотом; освещался тысячами факелов. В нём было не менее сотни лестниц-переходов с золотыми перилами. Те, переплетаясь друг с другом, вели к золотым дверям вдоль длинных-предлинных стен. Дверей – бесчисленное количество на шести этажах! Они сначала раскрывались, впуская одних людей, а затем – через какое-то время – выпускали других.

Гертруде показалось, будто здесь она проснулась. Будто всё, что происходило до этого дня, – это был лишь сон.

И теперь сон закончился.

Кружилась голова.

Гертруда чувствовала на себе чьи-то взгляды. Где-то высоко парили они – существа в грязных серых хитонах. Будто ищейки, они осматривали вновь прибывших через пустые глазницы чёрных масок. У каждой был длинный клюв. Гертруде стало не по себе. Казалось, они смотрели на неё. Будто знали: она здесь, но не может вспомнить. Будто чувствовали её страх.

Нудный голос из громкоговорителя на непонятном языке о чём-то рассказывал. Затем повторил со странным акцентом:

– Вниманию вновь прибывших! Если вы продолжаете путешествие в другие города, вам необходимо через здания «В-Один-Конец-Два» и «В-Один-Конец-Три» пройти на станцию Вокзала имени Пятигуза VII Благочестивого. Если ваше путешествие завершилось, выход в город находится в конце здания «В-Один-Конец-Один». Для прохождения Выходного Контроля подготовьте все необходимые разрешительные документы. В противном случае следуйте по указательным жёлтым линиям и знакам «П», «Р», «С», «П», «Д» и «Н». Удачного дня!

Краем глаза Гертруда проследила за линиями на мраморном полу, которые вели к одному из переходов. И заметила вдоль стен сотни флагов: белых – в жёлтую полосу; чёрных – в красную; а также гербы в форме золотых щитов, на которых были изображены скрещенные ключи. Над ключами располагались золотые кубки.

Где-то вдалеке часы пробили несколько раз.

На больших табло будто рубинами отобразились названия разных городов: Аргос, Бупрасий, Гиамполь, Калидон, Копа, Крисса, Олизон, Панопей и другие. Напротив многих отображались надписи из красных рубинов: