Пираты Кошачьего моря. Капитан Джен - Аня Амасова

– Крохамышь! – вскричал Весельчак. – Прямо по курсу остров!

Крохамышь – это, как ты понимаешь, название. Крохамышь – самый крошечный остров в архипелаге, где каждый островок по форме напоминает мышонка, эдакую вытянутую каплю. Неподалеку лежали острова побольше – Мамамышь и Папамышь.

Едва утренняя новость облетела «Ночной кошмар», корабль сильно тряхнуло, и судно протаранило чахлый причал Крохамыши.

– Этого еще не хватало, – в сердцах прорычала Джен, провожая взглядом обломки. – Где Весельчак? Куда ты смотришь?

– Так это… Туман. И Утя…

– Понятно, – выдохнула Дженифыр (пират снова приглядывал за крохой, вместо того чтобы смотреть за курсом). – Хорошо, что это всего лишь причал, а не скала. Но давай договоримся: на этом берегу ты устроишь малышку в школу. Я не хочу в следующий раз потерять корабль и команду.

* * *

Разговор с директором школы не заладился с самого начала.

Директриса оказалась очень худой и высокой дамой с длинным носом. В скудно обставленном кабинете – стол, пара обшарпанных стульев – она неприветливо разглядывала оборванного Весельчака и вцепившуюся в его шорты Утю. Презрительно поджав тонкие губы, директриса поинтересовалась:

– Кем вы приходитесь ребенку? Вы ее папа?

– Я… э-э-э… приемный отец, я думаю.

– Думаете?.. – Директриса явно сомневалась в способности нищего моряка к мыслительному процессу. – Приемных отцов не бывает. Бывают приемные дети. Итак, вы – опекун. Где бумаги на ребенка?

– Бумаги?

– Да. Бумаги с печатями.

– Ну, девчушка же вроде не груз, и это ведь школа, а не таможня…

Высокая дама не желала тратить время на пустые разговоры:

– Мне нужны: бумага о вашем опекунстве, бумага о времени и месте ее рождения, бумага о месте вашего проживания и, обязательно, заключение лекаря… Что вы на меня так смотрите?

– Боюсь, ничего этого у нас нет… – Весельчак растерянно поглаживал Утю-Путю. – Мы… понимаете, мы с корабля. Эту кроху я спас из вулкана, куда ее запихали родичи. Вряд ли такие родители писали какие-то бумаги…

– Очень увлекательная история! – сказала директриса скучающим тоном.

Как же ей надоели оборванцы без гроша за душой и хоть какой-нибудь родословной! Тоска! Тоска смертельная! Четырнадцать тюфяков сгнило за месяц, средство от блох на исходе. Кто-нибудь думает об этом? Конечно нет! Какое уныние – быть директором школы на Крохамыши!

– Ничем не могу помочь. Абы кто мне в школе не нужен.

Пират был поражен в самое сердце.

– Убы не атя кто! – возмутился он, как всегда путая от волнения слоги. – Это талантливый ребенок! Она умеет читать, считать и завязывать узлые моры! А еще у нее способности к музыке и языкам.

– Что ж, давайте проверим…

В огромном шкафу, где хранились свитки с родословными учениц, отыскалась толстенная книга размером едва ли не с Утю-Путю.

– Сказка про дракона, – прочитала Утя заглавие, и мордочка директрисы вытянулась от удивления: откуда такая книга появилась в ее библиотеке?

Утя открыла первую страницу:

– Гиены захватили корабль. Утя не боялась. Кис-Ки-Сэй выхватил нож. Гиены попадали за борт…

– Что? – Высокая дама согнулась пополам, выхватила фолиант и забегала глазами по строчкам. – В тексте этого нет! Вы меня обманываете! Она – не читает!

– Я не обманываю, тридцать ежей мне под хвост! – испуганно поклялся Весельчак и покраснел от смущения. – Она же раскрывает книжки и читает. А что там на самом деле написано, этого я не знаю.

– Предположим. – Директриса устало поглядела на песочные часы. – Что вы говорили про способности к музыке?

Все еще потерянный, пират ухватился за новую возможность:

– Утя играет на музыкальном инструменте, – похвастался он. – Кроха, сыграй любимую!

Хмурая, чем-то похожая на скрипучую мачту, дамочка совсем не вызывала у крохи симпатии. Играть для нее Утя ни за что бы не стала. Но обожаемый Весельчак выглядел таким расстроенным, а его смятая от волнения шляпа – такой жалкой, что крошка достала из кармашка свисток. Заиграла мелодию пиратской побудки.

– Прекратите! Прекратите немедленно! – верещала директриса, заткнув уши. – Я не возьму ее в свою школу! Никогда! У нее нет бумаг, нет способностей и наверняка полная шерстка блох! Убирайтесь вон!..

* * *

Весельчак не спешил возвращаться. Он вспоминал, как принес Утю на корабль. А может, снова спрятать в рюкзак, на время схоронить в каюте? И когда «Ночной кошмар» выйдет в море, Джен уже не станет сердиться, ну не выкинет же за борт, в самом деле!

Он бесцельно бродил по улочкам Крохамыши. Усаживался в кресла уличных кафе, заказывая малышке то мороженое, то пряник. Заглядывал в торговые лавки в поисках недорогих игрушек. Открыв рот, замирал вместе с Утей напротив циркачей-акробатов. А когда на опустевших улицах зажглись фонари, подхватил клюющую носом крошку на руки.

Утя привычно обняла его. Кулачок с кусочком пряника отправился в рот. Не было в мире места надежней, спокойней и мягче, чем широкое плечо пирата.

– Папа, – пробормотала она. – Мой.

Глава десятая
И прекрасная незнакомка

– Что значит – не взяли?! – рычала Джен.

Нет, она не была сердита. Просто в голове не укладывалось. Как? Почему? Какие еще бумаги?

– Ну, видно, не по нутру мы пришлись, – растерянно отвечал Весельчак. – Наверное, будь мы богаче…

– Богаче? – переспросила Джен. – Что ты несешь?! Разве «Ночной кошмар» – не самый богатый корабль? Да пообещай ты этой директрисе хоть один сундук из наших трюмов – она бы Утю удочерила!

– Так-то оно так. По мне, скажи она хоть доброе слово про нашу малышку, так и двух сундуков не жалко. Да только она все визжала, что у крохи полная шерстка блох и совсем ни капли способностей…