Барабаны осени. Книга 1. О, дерзкий новый мир! - Диана Гэблдон

— Миссис Фрезер, вы вполне уверены в причине смерти?

— Да. — Стараясь не вдыхать ядовитый, зловонный воздух, я взялась за край одеяла и отодвинула его, открывая ноги трупа. Ноги слегка посинели и уже начали распухать. — Мне пришлось завернуть ее юбку, но все прочее осталось, как было, — Пояснила я, возвращая юбку на место.

Мой желудок автоматически сжался, когда я коснулась окровавленной ткани. Мне, конечно же, и прежде приходись видеть мертвые тела, и в куда худшем состоянии, но здесь было слишком жарко и отсутствовало даже малейшее движение воздуха, способное немного охладить труп, так что плоть умершей была почти такой же теплой, как моя собственная вот только в ней полностью отсутствовала жизнь…

Я оставила это там, где мы его обнаружили, — на постели, между ногами женщины. Простой кухонный вертел, чуть больше фута длиной. Он был покрыт засохшей кровью, как и все остальное, но заметить его было нетрудно.

— Я… э-э… не обнаружила ни одной раны на теле, — пояснила я, стараясь как можно деликатнее довести до сознания Кэмпбелла суть происшедшего.

— А, понимаю, — морщины на лице мистера Кэмпбелла слегка разгладились. — Ну, хорошо, по крайней мере, мы не имеем здесь преднамеренного убийства.

Я совсем было собралась возразить и уже открыла рот, но поймала предостерегающий взгляд Джейми. Ничего не заметив, мистер Кэмпбелл продолжил:

— Но остается вопрос: сделала ли бедная женщина это сама, или же смерть наступила благодаря чьему-то содействию. Как вы полагаете, миссис Фрезер?

Джейми из-за плеча Кэмпбелла прищурился на меня, но он мог бы и не стараться, — эту часть темы мы уже обсудили ночью и сделали кое-какие собственные выводы, — но заодно и решили, что знакомить с этими выводами представителей закона в Кросскрике нет необходимости; во всяком случае, не сейчас. Я чуть сморщила нос, якобы страдая от ужасного запаха, но вообще-то желая, чтобы Кэмпбелл не смог ничего понять по выражению моего лица. Я совершенно не умела врать.

— Я уверена, что она это сделала сама, — твердо заявила я. — При подобных кровотечениях смерть наступает очень быстро, а она, как уже говорил вам Джейми, была еще жива, когда мы обнаружили ее. Мы стояли рядом с лесопилкой, разговаривали некоторое время, прежде чем вошли сюда; никто не смог вы выйти незамеченным.

Но ведь, с другой стороны, этот «никто» запросто мог спрятаться во второй комнате и тихонько выбраться наружу под покровом темноты, пока мы занимались умирающей женщиной. Однако такая возможность не пришла в голову мистеру Кэмпбеллу, и я не сочла нужным привлекать к ней его внимание.

К тому времени, как мистер Кэмпбелл обернулся назад, Джейми уже состроил на своем лице мрачное выражение, подходящее к случаю. Судья с глубочайшим сожалением покачал головой.

— Ох, бедная невезучая девочка! Полагаю, нам следует вздохнуть с облегчением при мысли, что никто больше не разделил с ней ее грех.

— А как насчет того мужчины, который сделал ей того самого ребенка, от которого она пыталась избавиться? — спросила я довольно едким тоном.

Мистер Кэмпбелл изумленно глянул на меня, но тут же взял себя в руки.

— Э-э… в общем, конечно, — сказал он и откашлялся. — Хотя мы даже не знаем, была ли она замужем…

— Так вам неизвестно, кто она такая? — выпалил Джейми, прежде чем я успела произнести следующую необдуманную фразу.

Кэмпбелл покачал головой.

— Она не из прислуги мистера Бакхэна или Макнейлов, тут я уверен. И не из дома судьи Элдердайса. Так что она могла явиться только с одной из ближайших плантаций. Хотя это заставляет меня задуматься о том, почему она пришла именно сюда, именно в это место, чтобы совершить столь отчаянный поступок…

Нас с Джейми это тоже заставило задуматься. Чтобы не дать мистеру Кэмпбеллу сделать следующий логический шаг по линии расследования, Джейми снова перебил его:

— Она почти ничего не успела сказать, но упомянула какого-то сержанта. «Расскажите сержанту», вот ее слова. Как вы думаете, кого она могла подразумевать, сэр?

— Ну, я думаю, это вполне может быть какой-нибудь сержант из тех военных, что охраняют королевские пакгаузы. Да, я уверен в этом! — Лицо мистера Кэмпбелла слегка просветлело. — А! Можно не сомневаться, эта женщина была как-то связана с военным ведомством! Уж будьте уверены, это и есть объяснение! Но я все-таки не понимаю, почему она…

— Мистер Кэмпбелл, прошу меня извинить… боюсь, у меня немножко кружится голова, — поспешно сказала я, хватаясь за его рукав. И это не было ложью; я ведь не спала и не ела со вчерашнего дня. В голове у меня просто звенело от жары и вони, и я знала, что должна выглядеть жутко бледной.

— Вы не могли бы проводить мою жену наружу? — попросил Джейми. И показал на кровать и то, что лежало на ней. — Я, пожалуй, мог бы вынести бедняжку отсюда.

— О, умоляю, не беспокойтесь, мистер Фрезер! — возразил мистер Кэмпбелл, уже повернувшийся, чтобы сопровождать меня. — Мой слуга вполне справится с этим делом.

— Но это лесопилка моей тетушки, сэр, так что это дело — мое, — вежливо, но твердо произнес Джейми. — Я сам этим займусь.

* * *

Федра ждала нас снаружи, у фургона.

— Я же вам говорила, тут полным-полно привидений, — сказала она, с мрачным удовлетворением оглядывая меня. — Вы вся белая, мэм, как простыня! — Она протянула мне фляжку с вином, приправленным пряностями, и деликатно сморщила нос, когда до нее донесся запах, исходивший от моего платья.

— Вы пахнете еще хуже, чем прошлой ночью, а уж тогда-то вы так выглядели, будто явились со скотобойни. Сядьте-ка вот тут, в тенечке, да выпейте это, чтобы у вас настроение немного получше стало. — Она посмотрела на что-то через мое плечо. Я оглянулась, и увидела, что Кэмпбелл уже стоит в тени кленов у ручья и о чем-то говорит со своим слугой.

— Узнала, кто она, — тут же сообщила Федра, понизив голос. Ее взгляд скользнул в сторону, туда, где толпились маленькие хижины рабов, едва видимые с этой стороны лесопилки.

— Ты уверена? Немного же тебе времени понадобилось. — Я набрала в рот вина и стала перекатывать на языке чудесную влагу, радуясь острому букету, постепенно проникавшему в горло, смывавшему с нёба вкус смерти.

Федра кивнула, ее взгляд вернулся к мужчинам, стоявшим под деревьями.

— Да не больно-то это и трудно было. Прошлась вдоль вон тех домишек, увидела, что одна дверь стоит открытая настежь, а внутри всякое разбросано, как будто кто-то очень торопился и не прибрал все на место. Я нашла учетчика, да и спросила, кто там живет, а он сказал — Полина там живет, только ее сейчас нет, и он не знает, где она. Я спросила, когда она ушла, а он говорит — была на ужине вчера вечером, а утром никто ее не видал. — Федра посмотрела на меня, в ее потемневших глазах светился вопрос. — Вы теперь знаете, что делать-то?

Это был чертовски хороший вопрос, и как раз такой, на который у меня не было даже приблизительного ответа. Я проглотила вино, а вместе с ним и возникшее было чувство паники.