Недоступная и желанная - Лоретта Чейз

Лицо пожилой женщины было изрезано аналогичным образом. На горле, так же как и у проститутки, имелась очень глубокая рана, почти отделившая голову от туловища. Не вызывало сомнений: в обоих случаях раны нанесены удавкой.

– Думаете, еще одно рукоделие Коралии, ваша светлость? – спросил молодой констебль.

– Да, это дело ее рук, – сказала Лидия. – Но жертва для нее необычна. До сих пор она убивала молодых. Почему она вдруг напала на сумасшедшую старуху?

– Сумасшедшую? – Констебль Белл перевел взгляд с трупа на Лидию. – Что дает вам основание думать, что покойница была сумасшедшей?

– Ее таковой считали еще в бытность мою девочкой, – ответила Лидия. – Кажется, она была речной смотрительницей. А может, ее муж занимался этим делом. Но именно она вслух горячо спорила с кем-то, кого рядом не было. Дети были уверены, что она так отгоняет призраков утопленников. Я сама один раз слышала. Кажется, она пыталась решить какой-то финансовый вопрос.

– Видимо, призрак упрекал ее за то, что она обчистила его карманы.

– Все речные смотрители делают это, – пожала плечами Лидия. – Это один из видов их дополнительного заработка.

– Удивительно, что вы узнали ее. В реке она, правда, пробыла не так долго, но нож или осколок стекла поработал от души.

– Я видела ее несколько месяцев назад в Ратклифе, когда интервьюировала там уличных женщин, – объяснила Лидия. – И еще удивилась тогда, что она до сих пор жива. Поэтому и заметила многое, на что могла бы не обратить внимания. А теперь я сразу узнала ярко-рыжие волосы, заплетенные в странные косички, и это темное пятно на запястье, родинку. Все звали ее Безумной Дорри, а фамилия, кажется, Доум или что-то похожее. Точно сказать не могу.

– Вы и так нам очень помогли, – сказал Белл. – Куда легче собрать информацию о «Безумной Дорри», чем о «Неизвестной женщине». – Но для решения вашей задачи это, к сожалению, мало чего дает, – добавил он, вновь закрывая простыней лицо покойницы. – Эта женщина убита задолго до того, как Коралия встретила подопечных герцога. Впрочем, как вы думаете, эта жертва имеет специфические ранения, отличные от других… – Белл оглянулся и понял, что разговаривает уже сам с собой.

Герцогиня ушла.

– Ваша светлость! – позвал он, выйдя из холодной комнаты во двор.

Солнце еще не село, но из-за клубящегося на улице густого тумана было совсем темно. Белл еще раз окликнул герцогиню. Вместо ответа он услышал лишь приглушенный стук подошв о мостовую. Шаги удалялись, и звук становился все тише и тише.

Примерно в то же время едва вернувшийся домой герцог Эйнсвуд пытался осмыслить обрушившуюся на него чрезвычайно неприятную новость.

– Шадуэлл? – кричал он, – Она одна пошла в Ист-Энд? Вы что все тут, с ума посходили? Неужели непонятно, что она затеяла? Она собирается делать то же, что в Винегар-Ярд. Она думает, что может схватить шайку головорезов, имея в качестве оружия только карманные часы. Она даже Сьюзен с собой не взяла!

– Гав! – отозвалась Сьюзен.

Вир посмотрел в ее сторону.

– Ты-то как могла отпустить ее одну, глупая собака?

– Лидия ушла несколько часов назад. Сьюзен была тогда с Берти, – заступилась за собаку Тамсин. Известно, что Лидия ездила из одного магистрата в другой. Соответственно, рядом с ней практически все время были кучер и кто-нибудь из слуг. Уверена, что допустить какой-нибудь промах она не могла.

– Ничего удивительного. Вам, женщинам, к сожалению, свойственно заблуждаться в подобных вещах.

Вир бросился вон из библиотеки и, не останавливаясь, быстро прошествовал через холл к выходу. Дверь он распахнул раньше, чем кто-либо из слуг успел ему в этом помочь… И отступил назад, увидев стоявшего на пороге констебля.

– Будет хорошо, если вы принесли мне записку от моей жены, – сказал ему Вир, – а еще лучше, если скажете, что герцогиня Эйнсвуд мирно сидит в шадуэллском магистрате.

– Прошу прощения, ваша светлость. Мне бы тоже очень хотелось принести вам письмо, и я чувствую себя виноватым в отсутствие такового. Я все время был рядом с ней, но стоило лишь на мгновение отвести глаза, и ее светлость ушла, ничего не сказав. Боюсь, пешком. Я нашел ее карету. Пустую. Я надеюсь, кто-нибудь поможет мне понять, что герцогиня в действительности задумала.

Коль скоро Лидия уже покинула магистрат Шэдуэлла, где ее искать, Вир не имел ни малейшего представления. Он заставил себя успокоиться, по крайней мере внешне, и пригласил констебля войти.

Офицера звали Джозеф Белл. В полиции он служил недавно, а в данный момент временно замещал раненного при исполнении служебных обязанностей коллегу. Это был молодой человек довольно приятной наружности и образованный заметно лучше обычного констебля.

Объясняя причину своего визита, Белл признался, что, по его мнению, герцогиня знает о Безумной Дорри что-то, о чем не рассказала ему.

– Поэтому она и постаралась улизнуть, прежде чем я смог бы задать ей дополнительные вопросы, – сказал Белл. – Если Безумную Дорри убила Коралия, а все указывает именно на это, то вы поймете, почему я уверен в осведомленности ее светлости. Полагаю, старуха была чем-то опасна бандерше. Возможно, она знала ее новый адрес и угрожала раскрыть этот секрет.

– А может быть, у нее имелось хорошее место для укрытия, в котором нуждалась Коралия, – предположила Тамсин. – Да мало ли, что могло руководить действиями Лидии. Ведь ей незачем было убегать, да еще так поспешно. Наверное, она торопилась куда-то. – Девушка помрачнела. – Только непонятно, почему она нам не сообщила, куда идет. А ведь обещала!

Виру не хотелось даже думать о причинах, побудивших его жену скрыть свои намерения, не черкнуть им пару слов. Весь этот день превратился для него в сплошной кошмар. Особенно с того момента, когда он получил ее последнее послание. Марс совершенно измучился и еле держался на ногах. Выходя из кареты на первой же почтовой станции, где они меняли лошадей, он споткнулся и растянул ногу. В результате его пришлось оставить в придорожной гостинице. Затем захромала одна из лошадей. Милях в десяти от Лондона какой-то пьянчужка, правивший едущим навстречу дормезом, не рассчитал дистанцию и сломал колесо его кареты. Взбешенный Вир дошел до следующей станции пешком, нанял коня и остаток пути проскакал верхом в бешеном темпе. А когда наконец добрался до дома, оказалось, что жены там нет.

На смену кошмарам, мучившим его на протяжении ужасного пути в Лондон, пришли еще худшие, связанные с женой и подопечными девушками. Она ведь не случайно послала за ним. Он был ей нужен. И он приехал так скоро, как смог. Как тогда к Робину. Но, так же как тогда, опоздал.

«Слишком поздно, – звенело в его голове. – Слишком поздно!»

– Ваша светлость?

Вир вынырнул из своих невеселых раздумий и заставил себя сосредоточить внимание на словах констебля Белла.

– Имя Безумная Дорри не помогло узнать чего-нибудь нового у нынешних обитателей нашего района. Большинство о ней вообще ничего не знают, – доложил Белл.