Еще темнее - Эрика Леонард Джеймс

– Я не говорила ему.

– По-моему, его надо поставить в известность.

Ана выдергивает руку. Она хочет уйти.

– Что? – спрашиваю я у нее.

– Я устала. Пожалуй, я лягу, – говорит она.

Я всматриваюсь в ее лицо, стараясь понять, что она думает, и, как всегда, ничего не понимаю.

– О’кей, – говорю я. – Я скоро приду. – Я отпускаю ее руку, и она встает.

– Доброй ночи, Анастейша, – говорит Элена.

Ана отвечает ей ледяным тоном и выходит из кухни. Я снова поворачиваюсь к Элене.

– Я не уверен, что могу что-либо сделать. Если дело в деньгах… – Я замолкаю. Она знает, что деньги я дам. – Могу попросить Уэлча заняться этим.

– Нет, Кристиан, я просто хотела поделиться с тобой. Ты весь светишься от счастья, – добавляет она, меняя тему.

– Да, это так. Ана только что согласилась переехать ко мне.

– Ты заслуживаешь его.

– Хотелось бы надеяться.

– Кристиан, – строго урезонивает она меня. – Ана знает, как ты негативно относишься к себе? О всех твоих проблемах?

– Она знает меня лучше кого бы то ни было.

– Да? Обидно слышать.

– Это правда, Элена. Мне не приходится играть с ней в игры. И я серьезно говорю тебе – оставь ее в покое.

– Почему она так настроена против меня?

– Что ты… Что мы были… Что мы делали… Она не понимает этого.

– Помоги ей понять.

– Дело прошлое, Элена. Зачем мне портить ей настроение нашими отношениями, черт возьми? Она милая, невинная, хорошая девочка и каким-то чудом любит меня.

– Это не чудо, Кристиан. Ты должен хоть чуточку верить в себя. Ты яркий мужчина, я часто говорила это тебе. А она вроде симпатичная. Сильная. Она сможет тебя поддержать в трудную минуту.

– Она сильнее нас с тобой.

Элена холодно и задумчиво глядит на меня.

– Тебе не хватает этого?

– Ты о чем?

– О твоей игровой комнате.

– Блин, вообще-то это не твое дело.

– Ну, извини. – Ее сарказм меня раздражает. Она вовсе не жалеет, что задала такой вопрос.

– Думаю, тебе лучше уйти. И пожалуйста, в следующий раз звони и предупреждай о своем появлении.

– Кристиан, я прошу прощения, – говорит она, и по ее тону заметно, что на этот раз она говорит искренне. – С каких это пор ты стал таким чувствительным?

– Элена, у нас деловые отношения. Они приносят нам обоим огромную выгоду. Пускай так будет и впредь. А то, что было между нами, – дело прошлое. Анастейша – мое будущее, и я не намерен им рисковать, так что хватит мной манипулировать.

– Понятно. – Элена пронзает меня острым взглядом, словно пытаясь залезть мне под кожу. Я чувствую себя некомфортно.

– Слушай, мне жаль, что у тебя возникли неприятности. Я надеюсь, что тебе удастся все выяснить и что это окажется блефом.

– Я не хочу тебя терять, Кристиан.

– Элена, я не твой, чтобы ты могла меня потерять.

– Я не это имела в виду.

– А что же? – огрызаюсь я.

– Знаешь, я не хочу с тобой спорить. Твоя дружба для меня очень много значит. Сейчас я не стану раздражать Анастейшу. Но если я тебе понадоблюсь, ты только скажи. Я всегда буду рядом с тобой.

– Анастейша уверена, что ты была у меня в прошлую субботу. Ты ведь позвонила, и все. Зачем ты сказала ей другое?

– Мне хотелось, чтобы она поняла, как ты был раздавлен после ее ухода. Я не хотела, чтобы она ранила тебя.

– Она и так знает. Я сказал ей об этом. Так что перестань вмешиваться. Честное слово, ты как мама-наседка.

Элена смеется, но как-то фальшиво, и я действительно хочу, чтобы она ушла.

– Понятно. Прости. Ты же знаешь, что я переживаю за тебя. Кристиан, я никогда не предполагала, что ты способен влюбиться. Мне очень приятно это видеть. Но я не перенесу, если она тебя обидит.

– Я попробую воспользоваться своим шансом, – сухо заявляю я. – Ну, так ты точно не хочешь, чтобы Уэлч вмешался в историю с шантажом?

– Пожалуй, вреда от этого не будет.

– Хорошо, завтра я позвоню ему.

– Спасибо, Кристиан. И еще раз прости. Я не хотела вторгаться. Ладно, ухожу. В следующий раз позвоню.

– Хорошо.

Я встаю. Она понимает намек и тоже встает. Мы идем в холл, и она чмокает меня в щеку.

– Просто я переживаю за тебя, – говорит она.

– Я знаю. Да, и вот еще что. Ты можешь не сплетничать моей матери про наши отношения с Аной?

– О’кей. – Элена поджимает губы. Теперь она раздражена.

Створки раздвигаются, она заходит в лифт.

– Доброй ночи.

– Доброй ночи, Кристиан.

Створки смыкаются. Мне на память приходят слова Аны из ее электронного письма.

– Назойливая нахалка.

Я невольно смеюсь. Да, Ана. Ты так права.

Ана сидит на моей кровати с непроницаемым лицом.

– Она ушла, – сообщаю я, тревожась за ее реакцию. Я не знаю, что она думает.

– Ты расскажешь мне все про нее? Я пытаюсь понять, почему ты считаешь, что она помогала тебе. – Она смотрит на свои ногти, потом на меня, серьезно и твердо. – Я ненавижу ее, Кристиан. Мне кажется, именно она толкнула тебя на дурной путь. Вот у тебя нет друзей. Это она не позволяла тебе подружиться с кем-нибудь?

Господи. Достали они меня! Этого еще не хватало.

– Какого хрена тебе нужно знать что-то о ней? У нас очень долгие отношения, часто она выбивала из меня дурь, а я трахал ее по-всякому, так, что ты даже не можешь вообразить. Конец истории.

Она застигнута врасплох. Сверкнув глазами, она закидывает волосы за плечи.

– Почему ты так сердишься?

– Потому что все это позади! – ору я.

Ана отводит глаза, ее губы сжались в узкую полосу.

Проклятье.

Почему, когда я рядом с ней, у меня такое неровное настроение?

Успокойся, Грей.

Я сажусь рядом.

– Что ты хочешь знать?

– Можешь не отвечать. Я не хочу вмешиваться.

– Анастейша, дело вовсе не в этом. Я не люблю говорить об этом дерьме. Годами я жил словно в батискафе; меня ничто не задевало, и я не должен был ни перед кем оправдываться. Элена всегда находилась рядом, как напарница. А теперь мое прошлое и будущее столкнулись так, как я и не предполагал. Я никогда не думал, что у меня возможно будущее с кем-то. Ты даришь мне на-дежду и заставляешь представить возможные варианты.