Наследство Валентины - Кэтрин Коултер

Через три дня после отплытия из Балтимора они прошли между островами Окракок и Портсмут и пришвартовались в бухте Окракока. Джесси рассказала всем, что давным-давно Окракок и остров Гаттераса соединял канал, уничтоженный ураганом в начале XVIII века.

Небольшая деревушка на Окракоке произвела впечатление на всех англичан, которые, честно говоря, ожидали увидеть горстку убогих лачуг, выбеленных штормами, и горы мусора.

– Вы ввели нас в заблуждение, Джесси, – упрекнул Спирс. – Деревня, судя по всему, процветает. Взгляните, сколько здесь рыбачьих судов! И сети все починены.

Причалов оказалось три – все деревянные, крепкие и надежные. Дома не теснились, а были разбросаны среди кедров и виргинских дубов. Некоторые спускались почти к самому берегу. Капитан Маркли объяснил, что залив достаточно глубок и можно подойти поближе к пристани.

– Любимое прибежище пиратов, – рассмеялся он. – Но больше вы не встретите этих негодяев. Молитвы и доблестный английский флот уничтожили их раз и навсегда.

– Да, – согласился Энтони, – это лейтенант Мейнард убил Черную Бороду. Ранил его и много-много раз пронзил шпагой.

– Верно, – кивнул Спирс, с сияющим видом глядя на мальчика.

– Какая жалость, что это волнующее время кануло в вечность, – вздохнула Мэгги, одарив капитана улыбкой, от которой его прошиб пот. Он даже подумал, не лучше ли остаться на Окракоке вместе с пассажирами, чем плыть в Пуэрто-Рико с грузом табачных листьев. Иногда долг поистине угнетает и ложится тяжким бременем на плечи мужчины!

– Возможно, местность и вправду уединенная, – заметил Баджер. – Но мистер Спирс совершенно прав. Взгляните на эту суету! Здесь кипит жизнь!

– И есть несколько небольших лавчонок, – добавила Джесси, показывая на грязную дорогу. – Мистер Гаскилл – владелец той, куда обычно ходили за покупками мои родители.

Выяснилось, что мистер Гаскилл по-прежнему держал магазинчик, в котором продавалось все на свете, как и обещала Джесси. Там можно было найти даже овес для лошадей и новые сети.

– Эге! – воскликнул приземистый старик с копной седых волос, – да это никак Джесси Уорфилд! Точно, кому еще быть, кроме вас? А какой милашкой вы были в детстве! Ваш папа здоров?

Вскоре в лавку набились другие островитяне, и Джесси окружили Беррасы, Джексоны, Фулчеры и Стайронсы. Все охали, ахали и удивлялись тому, как она выросла. На англичан местные жители посматривали с подозрительным любопытством, однако избегали с ними заговаривать.

Путешественники наняли сына мистера Гаскилла, Тимми, владельца фургона, подвезти их вместе с багажом до дома Уорфилдов, выходившего окнами на океан.

Теодор Беррас, ровесник Джесси, едва не проглотил язык при виде Мэгги и Дачесс. Он даже не посмотрел на Джесси, уже облаченную в практичную одежду – брюки, сапоги, фланелевую рубашку и кожаный жилет. Однако, по мнению Джесси, большая часть потрясенных взглядов пришлась на долю Спирса. Он выглядел настоящим королем в сопровождении свиты подданных. Манеры его были безупречны, как, впрочем, и черные шерстяные брюки и сюртук. Снежно-белый галстук был завязан изящным узлом. Спирс был поистине ослепительным.

Один из островитян даже начал сгибаться в поклоне, но тут же опомнился, выпрямился и сплюнул на землю.

– Я предпочел бы ехать верхом, – произнес Маркус при виде тесного фургона.

– Позже что-нибудь придумаем, – пообещал Спирс, когда хозяин все-таки забрался в фургон и взял Чарльза у Самсона.

– До отцовского дома не больше мили, – сказала Джесси, когда Джеймс вытянул кнутом смирную серую кобылку, едва тянувшую нелегкую поклажу. – Папа решил построить дом подальше от деревни. Дескать, это его убежище от мирской суеты.

Грязная дорога сильно сузилась. По-видимому, недавно прошел ливень, потому что в глубоких рытвинах стояла вода.

– Я словно перенеслась в другой мир, – сказала Дачесс, втягивая соленый воздух и поглядывая на гомонящих чаек, крачек и куликов-сорок. – Что это там, Джесси?

– А, это! Белый ибис. Видите красные ноги и клюв? Он не подпустит нас ближе. Там, за этой путаницей райграса, кроется болото.

– Никогда не думала, что на свете существуют такие места, – удивилась Мэгги, надвигая пониже шляпу. – Леди может мгновенно испортить внешность из-за палящего солнца и избытка соли.

Джеймс остановил лошадь у серого, облезлого деревянного дома, выглядевшего именно так, как они себе и представляли местные постройки до приезда на Окракок. Надпись на табличке, висевшей над воротами, почти стерлась.

– Он кажется таким заброшенным, – охнула Джесси, глядя на облупившуюся краску, сорняки, вымахавшие почти до пояса, и разбитые оконные стекла.

Узловатый виргинский дуб рос на переднем дворе.

– За домом должны были присматривать мистер и миссис Поттер. Почему трава такая высокая? И повсюду валяются доски? После того как я оправилась от горячки, папа не захотел сюда возвращаться, но много лет посылал Поттерам деньги на ремонт и содержание дома.

– По-видимому, – заметил Маркус, заслонясь ладонью от жгучих лучей, – Поттеры решили попытать счастья в других краях и покинули остров с деньгами вашего отца.

– Но почему никто не написал мне?! – в отчаянии воскликнула Джесси.

– Довольно причитать. Не будем зря тратить время, – перебил ее Спирс, осторожно переступая через доски от валявшегося тут же бака для воды. – Мы находим воздух живительным, а задачу, стоящую перед нами, – трудной, но достойной. Мы готовы ко всему.

При виде комнат у Джесси хлынули слезы.

– Здесь было так уютно. А теперь – взгляните: все разваливается, пахнет плесенью и чем-то таким, о чем даже думать не хочется. Почему никто не сказал нам, что здесь стряслось? Ведь все знали, что Поттеры уехали! Не могли не знать. Почему же молчали?

– Не важно, – утешил Спирс, погладив ее по руке. – Бесс готова приступить к работе, да и все мы не отстанем. Не волнуйтесь. Завтра наведем справки. Должно найтись разумное объяснение. А сейчас, Джесси, вам лучше отдохнуть.

Но Джесси не хотела отдыхать. Все засучили рукава и принялись мыть, скрести и вытирать пыль и к вечеру так устали, что лишь жареный крокер, приготовленный Баджером на ужин с гарниром из маленьких луковиц в сладком вине, картофеля, запеченного в масле с петрушкой, и горошка из огорода миссис Гаскилл, а также пирог с изюмом и миндалем немного подняли общее настроение.

Трапезничали в столовой, где Поттеры оставили длинный обеденный стол, вероятно, потому, что он был слишком тяжел. Стульев не хватало, но и это не имело значения, конечно, и кроватей было мало, но Мэгги и Бесс догадаюсь захватить сундук с одеялами и постельным бельем.

Поскольку в доме было всего четыре крохотные спальни, пришлось потесниться, но все обошлось – превосходный ужин Баджера не располагал к ссорам.

Этой ночью, после того как они с Джеймсом любили друг друга, Джесси вновь приснился тот день, когда мистер Том пытался ее изнасиловать. На этот раз видение было не столь ярким. Джесси не кричала от ужаса и словно наблюдала все со стороны, однако Джеймс прижал ее к себе и гладил ей спину, пока дыхание жены не выровнялось.