Люблю твои воспоминания - Сесилия Ахерн

— Что такое? Ты никогда не видел костюм в розовую полоску? Это бесподобно. Вместе с этой розовой рубашкой и розовым галстуком — о, это будет чудесно! Эл, я бы так хотела, чтобы ты носил такие костюмы!

— Мне больше нравится синий, — возражает Эл. — Розовый — немного гомосексуально. Неплохая идея, если она окажется чучелом. Ты ей сможешь сказать, что тебя ждет твой парень. В этом случае я могу тебе подыграть, — предлагает он.

Дорис с ненавистью смотрит на него и поворачивается к Джастину:

— Нет, ты скажи, ведь правда, это гораздо лучше того, что ты надевал? Джастин? Вернись на землю, Джастин! На что это ты смотришь? О, она хорошенькая.

— Это Джойс, — шепчет он.

Он когда-то читал, что у синегорлого колибри сердце бьется с частотой тысяча двести шестьдесят ударов в минуту, и не понимал, как можно это выдержать. Теперь он понял. С каждым частым ударом сердце выталкивало кровь и посылало ее по телу. Он чувствовал, как дрожит все внутри, ощущал пульсацию в шее, запястьях, сердце, желудке.

— Это Джойс? — спрашивает пораженная Дорис. — Женщина из телефона? Ну, Джастин, она выглядит… нормальной.

Что ты думаешь, Эл?

Эл осматривает ее с ног до головы и толкает брата в бок:

— Ага, она, бесспорно, выглядит нормальной. Ты должен наконец пригласить ее на свидание.

— Почему вы оба так удивлены, что она выглядит нормальной? — Тук-тук. Тук-тук.

— Знаешь, дорогой, уже то, что она существует, — удивительно, — фыркает Дорис. — А то, что она хорошенькая, — вообще чертовски близко к чуду. Давай, пригласи ее сегодня на ужин.

— Я сегодня не могу.

— Почему?

— У меня опера!

— Опера-шмопера. Кого это волнует?

— Ты говорила об этом без остановки целую неделю. А теперь это «опера-шмопера»? — Тук-тук. Тук-тук.

— Я не хотела волновать тебя раньше, но я думала об этом в самолете по пути сюда, и… — Она делает глубокий вдох и нежно касается его руки. — Это не может быть Дженнифер Энистон. В первом ряду тебя будет ждать какая-нибудь старушка с букетом цветов, которые тебе абсолютно не нужны, или какой-нибудь толстяк с запахом изо рта. Прости, Эл, я не имею в виду тебя. — Она, извиняясь, дотрагивается до руки мужа.

Эл, ошарашенный ее соображениями, пропускает оскорбление мимо ушей:

— Что? Но я же взял с собой книжку для автографов!

Сердце Джастина по-прежнему бьется как у колибри, его мысли теперь проносятся со скоростью взмахов ее крыльев.

Он почти не может думать, все происходит слишком быстро. Джойс вблизи оказывается гораздо более красивой, чем он помнит, новая короткая стрижка очень ей идет, пряди волос мягко обрамляют лицо. Он должен быстро что-то сделать.

Думай, думай, думай!

— Пригласи ее на свидание завтра вечером, — предлагает Эл.

— Не могу! Завтра моя выставка.

— Пропусти ее. Позвони и скажи, что заболел.

— Не могу, Эл! Я работал над ней несколько месяцев, я чертов куратор и должен быть там. — Тук-тук. Тук-тук.

— Если ты не пригласишь ее, это сделаю я, — подталкивает его Дорис.

— Она занята своими делами. Джойс начинает удаляться. Сделай же что-нибудь!

— Джойс! — кричит Дорис.

— Господи! — Джастин пытается отвернуться и убежать в противоположном направлении, но Эл и Дорис преграждают ему путь.

— Джастин Хичкок, — громко произносит чей-то голос, и он, сдаваясь, медленно оборачивается. Лицо женщины, стоящей рядом с Джойс, ему знакомо. Возле нее коляска с ребенком.

— Джастин Хичкок. — Женщина протягивает ему руку: — Кейт Макдональд. Я была на вашем докладе в Национальной галерее на прошлой неделе. Это было безумно интересно, — улыбается она. — Я не знала, что вы знакомы с Джойс. — Она продолжает улыбаться и толкает Джойс локтем: — Джойс, ты никогда не говорила! Я всего лишь на прошлой неделе была на докладе Джастина Хичкока! Помнишь, я тебе все рассказывала? Про ту картину с женщиной и письмом? И про то, что она его писала?

В широко распахнутых глазах Джойс явно читается испуг. Она переводит взгляд со своей подруги на Джастина и обратно.

— Нельзя сказать, что мы по-настоящему знакомы, — наконец говорит Джастин и чувствует, что его голос слегка дрожит. Его захлестывает волна адреналина, и ему кажется, что он сейчас взлетит как ракета через крышу магазина. — Мы много раз пересекались, но так и не смогли должным образом познакомиться. — Он протягивает руку: — Джойс, я Джастин.

Она пожимает его руку и чувствует укол электрического разряда.

— Ой! — Она отдергивает ладонь и хватает ее другой, как будто обожглась.

— О-о! — восклицает Дорис.

— Это статическое электричество, Дорис. Возникает, когда воздух сухой. Они должны поставить здесь увлажнитель. — Джастин говорит как робот, не отводя глаз от лица Джойс.

Фрэнки наклоняет голову, сдерживая смех:

— Очень мило.

— Сколько раз я ему говорила! — ворчит Дорис. Мгновение спустя Джойс снова протягивает руку, чтобы как следует завершить рукопожатие:

— Извините, просто меня…

— Все нормально, меня тоже, — улыбается он.

— Приятно наконец с вами познакомиться, — говорит она.

Они продолжают стоять, не разнимая рук, глядя друг на друга. Дорис, Джастин и Эл образуют одну линию, а Джойс и ее подруги другую.

Дорис громко прочищает горло:

— Я Дорис, его невестка.

Она тянется через сплетенные руки Джастина и Джойс, чтобы пожать руку Фрэнки.

— Фрэнки, — представляется та.

Эл в это время тянется с протянутой рукой к Кейт. Эдакий ритуал одновременных рукопожатий. Джастин и Джойс в конце концов разнимают руки.

— Вы хотели бы сегодня вечером поужинать с Джастином? — выпаливает Дорис.

— Сегодня вечером? — У Джойс от удивления открывается рот.

— С большим удовольствием, — отвечает за нее Фрэнки.

— Но ведь сегодня вечером… — Джастин поворачивается к Дорис с широко раскрытыми глазами.

— О, не беспокойся, мы с Элом в любом случае хотели поесть вдвоем, — толкает его она. — Не стоит сомневаться, — улыбается она.

— Вы уверены, что на сегодняшний вечер у вас нет других планов? — говорит немного смущенная Джойс.

— О нет! — Джастин качает головой. — Я с удовольствием поужинаю с вами. Конечно, если у вас нет планов…

Джойс поворачивается к Фрэнки:

— Сегодня вечером? Фрэнки, у меня есть дело…

— Да не глупи. Теперь это уже не так важно, правда? Мы можем сходить выпить в любой другой день, — отмахивается от нее Фрэнки. — Куда вы ее поведете? — Она мило улыбается Джастину.