Люблю твои воспоминания - Сесилия Ахерн

— Без паники! Потерпите одну минутку. Доктор Монтгомери снова наклоняется над Джастином, загораживая телевизор, и Джастин извивается в кресле, пытаясь увидеть экран.

— Господи, Джастин, прекратите, пожалуйста. Иголка не убьет вас, а вот я могу, если не перестанете вертеться. — Дантист смеется своей шутке.

— Тэд, мне кажется, не стоит продолжать, — говорит ассистентка Рита, и Джастин смотрит на нее с благодарностью.

— У него что, какой-то приступ? — спрашивает се доктор Монтгомери и, повышает голос, обращаясь к Джастину, как будто у того не только больные зубы, но и со слухом беда. — Я говорю, у вас приступ?

Джастин закатывает глаза и издает еще некоторое количество странных звуков.

— Телевизор? — переводит с бульканья на английский доктор Монтгомери. — Что вы имеете в виду? — оборачивается в угол и наконец-то вынимает свои пальцы изо рта Джастина.

Теперь все трое смотрят на экран, врач с медсестрой пытаются понять, о чем сообщается в новостях, а Джастин всматривается в задний план, где Джойс с отцом на фоне Биг-Бена случайно попали в поле зрения телекамер. Очевидно, не подозревая о том, что их снимают, они, похоже, ведут разговор на весьма повышенных тонах, яростно жестикулируя.

— Посмотрите на этих двух идиотов сзади, — смеется доктор Монтгомери.

Неожиданно отец Джойс толкает к ней свой чемодан на колесиках и скрывается из картинки, оставив ее с двумя чемоданами в одиночестве раздраженно разводить руками.

— Спасибо тебе большое, это очень по-взрослому! — кричу я вслед папе, который только что убежал, оставив мне свой чемодан. Он идет не в ту сторону. Опять. Он упрямится с тех пор, как мы вышли из Банкетинг-хауса, но отказывается это признать и не желает взять такси до отеля, так как собирается экономить каждый пенс.

Я его еще вижу, так что сажусь на свой чемодан и жду, пока он поймет, что пошел не туда, и вернется. Уже вечер, и я хочу только одного — добраться до отеля и принять ванну. У меня звонит телефон.

— Привет, Кейт.

Она истерически смеется.

— Что это с тобой? — улыбаюсь я. — Приятно слышать, что кто-то в хорошем настроении.

— Ох, Джойс! — Она переводит дух, и я представляю, как она вытирает выступившие на глаза слезы. — Ты лучше всяких лекарств, ей-богу.

— Что ты имеешь в виду? В трубке раздается детский смех.

— Пожалуйста, сделай мне одолжение, подними правую руку.

— Зачем?

— Просто сделай это. Меня дети научили такой игре, — хихикает она.

— Хорошо, — вздыхаю я и поднимаю руку.

Слышно, как дети заходятся от хохота.

— Скажи, чтобы она покачала правой ногой! — кричит Джейда в трубку.

— Хорошо, — улыбаюсь я. Мое настроение стремительно улучшается. Я покачиваю правой ногой, слушая, как они смеются. Я расслышала даже, как муж Кейт завывает где-то в отдалении, отчего мне снова вдруг становится неловко. — Кейт, зачем тебе все это?

От смеха Кейт не может ответить.

— Скажи ей, чтобы она подпрыгнула на месте! — кричит Эрик.

— Нет. — Я начинаю раздражаться.

— Джейда попросила, она сделала! — И я улавливаю в его голосе приближающиеся слезы.

Я соглашаюсь и подпрыгиваю на месте. Они снова хохочут.

— У тебя там случайно, — хрипит Кейт сквозь смех, — нет кого-нибудь, кто мог бы сказать, который час?

— О чем ты вообще? — Я хмурюсь и оглядываюсь по сторонам. Вижу за собой Биг-Бен, все еще не до конца понимая ее шутку, и тут замечаю вдалеке съемочную группу. Тут же опускаю руку и перестаю подпрыгивать.

— Что, черт возьми, делает эта женщина? — Доктор Монтгомери подходит ближе к телевизору. — Танцует?

— Ыы ее ии иии еее? — спрашивает Джастин, чувствуя онемение во рту.

— Конечно, я ее вижу, — отвечает дантист. — Думаю, она танцует хоки-поки. Видите? Прыг-скок, с пятки на носок, — поет он. — Нет. Вы посмотрите: правая нога вперед-назад, вперед-назад. — Он начинает пританцовывать. Рита закатывает глаза.

Джастин, испытывая облегчение оттого, что Джойс не плод его воображения, начинает нетерпеливо подпрыгивать в кресле. Быстрее! Я должен к ней поехать.

Доктор Монтгомери смотрит на него с любопытством, толкает Джастина обратно в кресло и снова засовывает ему в рот инструменты. Джастин булькает и покряхтывает.

— Не стоит пытаться мне ничего объяснять, Джастин, вы никуда не пойдете, пока я не поставлю пломбу. Вам придется полечиться антибиотиками, и, когда вы придете ко мне еще раз, я либо вскрою абсцесс, либо применю эндодонтологическое лечение. Зависит от моего настроения. — Испугав Джастина страшным словом, он хихикает как девочка. — И кем бы эта Джойс ни была, можете поблагодарить ее за то, что она избавила вас от боязни иголок. Вы даже не почувствовали укола.

— Яя ааа ааа ооо.

— Да вы, дружище, молодец. А я тоже раньше сдавал кровь. Повышает самооценку, правда?

— Яя ооо ууу ааа ууу ааа оооо ааа ооо яяя ооо. Доктор Монтгомери запрокидывает голову и хохочет:

— Не выйдет. Они никогда не скажут, кто получил вашу кровь. Кроме того, ее разделили на составляющие: тромбоциты, эритроциты и так далее.

Джастин булькает снова. Дантист смеется в ответ:

— Проголодались? На кексики потянуло? Какие маффины вы предпочитаете?

— Ааоы.

— Банановый. — Он задумывается. — А я шоколадные. Рита, воздух, пожалуйста.

Ничего не понимающая Рита засовывает трубку Джастину в рот.