Нарушай правила - Симона Элкелес

– Это не флаг-футбол, – перебивает Эштин. – Я играю в школьной команде Фремонта. Ну, той, что без флагов.

– Твоя сестра теперь сорвиголова, – вступает Гас.

– Ты что, лесбиянка? – громким шепотом уточняет Брэнди.

Я пытаюсь не расхохотаться, но с трудом сдерживаюсь.

– Нет, я не лесбиянка, – говорит Эштин. – У меня есть бойфренд. Просто я… люблю играть, и у меня неплохо получается.

– Дерек раньше тоже играл, – говорит Брэнди.

– Очень давно, – поспешно уточняю я в надежде, что Брэнди не станет развивать эту тему. Эштин не надо знать правду, потому что правда не имеет значения. По крайней мере сейчас. Надеюсь, Брэнди не разболтает всю мою биографию. – У меня были средние способности, – бурчу я.

Девчонка орудовала вилами, и меня не должно удивлять, что она играет в футбол. Но я удивлен. Брэнди возбужденно машет рукой, хочет что-то сказать.

– Эштин, у меня есть суперидея. Почему бы тебе, типа, вечером не взять с собой Дерека и не познакомить его с друзьями?

Эштин ловит мой взгляд.

– Да у меня вроде были планы, но… э-э…

– Не волнуйся, тебе не придется меня развлекать. Не думаю, что осилю вечерние мероприятия после целой недели за рулем. Наверное, пробегусь и завалюсь пораньше спать. – Черт побери, нянька мне не нужна, это точно.

– Тут недалеко озеро Мичиган, – подхватывает Брэнди. – Можешь пробежаться по пляжу. Как будто ты в Калифорнии.

Даю на отсечение левое яйцо, чикагским пляжам далеко до калифорнийских.

– Или на школьной беговой дорожке, – рьяно вступает Эштин. – Там все бегают. На пляже ужасно много людей вечерами. Туда тебе соваться не стоит.

Угу. Значит, она собирается околачиваться именно на пляже.

– Какие у тебя планы? – спрашивает Гас у Брэнди. – Ты же не собираешься целый день сидеть без дела?

Настало время сообщить, что она в положении.

– Как только Джулиан пойдет в садик, а Дерек – в двенадцатый класс во Фремонт, я наймусь на работу в салон к Дебби. – Брэнди тыкает вилкой в кусок курицы. – Думаю, Дебби возьмет меня маникюршей, если я за лето выучусь.

Отец недовольно качает головой.

– По-моему, тебе следует податься в общественный колледж и выучиться чему-нибудь дельному, чтобы были варианты помимо работы маникюршей с мизерной зарплатой. Это твое замужество, знаешь ли, может долго не продлиться.

Гас что думает, то и говорит. Когда еще не знал, что Брэнди беременна, я тоже об этом подумывал, но свои мысли никогда не высказывал. Перевожу взгляд на Джулиана – он целиком занят едой. Стараясь отвлечь его внимание от разговора, я кладу кусочек курицы ему на коленку, и Фалькор съедает подачку, облизав мальчику ногу. Джулиан хихикает.

– Пап, с дельной учебой у меня не складывается, ты же знаешь. – Брэнди опускает голову. Меня раздражает свойственный ей оптимизм, но сейчас она, похоже, сломлена духом и отвечает невнятно. – А с замужеством у меня все в порядке, большое спасибо. – О беременности Брэнди молчит. Только безнадежно качает головой.

Отлично сработано, Гас. Я даю Джулиану знак скормить Фалькору еще объедков, надеясь, что пес не примет маленькие пальчики за мини-сосиски.

– Школа у тебя не шла, потому что ты не прикладывала усилий, – продолжает Гас. – Если бы ты хоть половину того времени, что бегала за парнями и попадала в передряги, уделяла учебе, то уже имела бы диплом университета.

Эштин прикрывает глаза ладонью и качает головой – ей ужасно неловко. Брэнди опускает вилку и смотрит на отца.

– Ты опять за свое? А ведь мы возьмем, выйдем вот через ту дверь и не вернемся назад, как ушли из твоей жизни все остальные.

Гас поднимается, сильно скрипнув стулом по кухонному полу, – Джулиану приходится закрыть уши. Дед в гневе покидает кухню. Входная дверь хлопает, и минутой позже визжат колеса его автомобиля – Гас уезжает. Одного взгляда на Брэнди и Эштин достаточно, чтобы появилось желание последовать его примеру и убраться из помещения. Джулиану тоже не по себе.

Эштин с осуждением смотрит на сестру.

– А что такого? – невинно спрашивает Брэнди. – Он первый начал.

– А может, это ты первая начала, когда уехала семь лет назад, – говорит Эштин.

Через стол я ощущаю глубину ее обиды. Черт, да я тут в самой гуще гражданской войны.

– Это несправедливо, – говорит Брэнди.

Эштин морщится.

– Ладно, Брэнди, проехали.

По лицу Брэнди катится слеза. Смахнув ее, она выходит. Джулиан бежит за ней, мы с Эштин остаемся вдвоем.

– Вы все, стар и млад, должны подать заявку на участие в реалити-шоу, где каждую неделю избавляются от наименее разлаженной семьи, – предлагаю я. – Думаю, у вас есть серьезный шанс выиграть миллион.

– Ты тоже часть этой разлаженной семьи, – парирует Эштин.

Я удивленно смотрю на нее:

– Почему ты так думаешь?

– Если бы не это, ты остался бы в Калифорнии, а не поехал сюда с Брэнди. Остался бы с собственной мамой. С биологической.

– Вообще-то это невозможно. – Я поднимаюсь из-за стола. – Она умерла. А у тебя есть уважительная причина не жить со своей мамой?