Связанные судьбой - Тесса Дэр

– О, я верю, что любовь существует. Но мне никогда не хотелось влюбиться.

– Почему?

Лорд Гренвилл посмотрел в сторону, словно тщательно подбирал слова для ответа.

– Любовь – это способ поменять приоритеты у мужчины.

– Хотелось бы надеяться, что так и есть. – Шарлотта слегка улыбнулась. – И что это влечет изменения в лучшую сторону.

– Вот именно поэтому любовь – единственная роскошь, которую я не могу себе позволить. Я связан долгом и ответственностью. Огромное число людей зависит от моего здравомыслия. Поэты очень справедливо говорят «потерял голову от любви», но никогда «приобрел голову». Это бесконтрольный процесс: никто не знает, куда упадет потерянная голова.

Ей показалось, что маркиз в чем-то прав. Но Шарлотта не могла представить, как можно согласиться выйти замуж без любви.

«Любовью сыт не будешь», – словно донесся до нее голос матери. И все равно: о чем можно беседовать с грудой денег? Она не сможет найти нежности и страсти в огромном пустом доме. Или даже в пяти домах.

Шарлотта слишком хорошо знала себя. На одной учтивости брак долго не продержится. Она попытается сделать все, чтобы муж полюбил ее, и когда потерпит неудачу, почувствует обиду. Все закончится обоюдным презрением.

Именно по этой причине – и не важно, какие планы на ее счет строила мать! – Шарлотта пообещала себе, что будет следовать только велению сердца.

– Я не могу согласиться с очень удачным предложением, милорд. Ваша преданность своему долгу заслуживает самого высокого уважения, но «ляг на спину и думай об Англии» совсем не для меня.

Его голос зазвучал низко и таинственно.

– Я не в силах обещать выполнить все, что вы пожелаете, но одно все-таки пообещаю: когда уложу вас в свою постель, вы и не вспомните про Англию.

– О!

Когда он заговорил о постели прошлой ночью, Шарлотта лишилась дара речи, а в этот раз утратила способность дышать.

Шарлотта не была самой красивой среди сестер Хайвуд: эта честь досталась Диане, – тем не менее понимала, что очень мила по английским стандартам. Шарлотта знала, что нравится противоположному полу. Даже с кем-то целовалась раз или два. Но все те обожатели были мальчишками, вдруг поняла она.

А вот лорд Гренвилл настоящий мужчина!

И под этим отлично скроенным утренним смокингом наверняка скрывается литой, мускулистый торс, мощные тугие бедра. У него сильное крепкое тело в тех местах, где ее собственное – нежное и мягкое. И наверняка черные волосы курчавятся в укромных уголках.

– Шарлотта!

Она вздрогнула, приходя в себя.

– Да?

О господи, он опять представился ей в обнаженном виде!

В комнате вдруг стало непереносимо душно.

– Это просто нечестно, – сказала она и пожалела о том, как, должно быть, по-детски это прозвучало. – Мы ни в чем не виноваты. Почему вы не рассказали сэру Вернону правду? О том, что вы пришли в библиотеку, чтобы… – Пораженная, Шарлотта встрепенулась. – А действительно, что вы делали в библиотеке?

– Это не важно.

– Полагаю, да. Важнее то, что какая-то другая пара провела свое скандальное любовное свидание на письменном столе, а наказать за это хотят нас.

Маркиз перехватил ее взгляд.

– Если мы не поженимся, только один из нас подвергнется наказанию. И это буду не я.

– Знаю.

Мир приветствовал любовные похождения мужчин и был жесток по отношению к женщинам, которые решались вести себя подобным образом. Лорд Гренвилл вышел бы из такой ситуации без всякого вреда для своей репутации. А Шарлотта была бы уничтожена. Лишилась бы подруг. Лишилась бы надежд встретить любовь. Лишилась бы мечты о грандиозном путешествии!

Жалкая и несчастная!

Лорд Гренвилл – порядочный человек, если решился на такой шаг ради нее. Образец джентльмена!

Он наклонился к ней и взял Шарлотту за руку.

– В этом суть моего предложения.

«Пожалуйста, не надо делать предложение! Не сейчас, когда моя решимость так слаба».

– Понимание… – сказал маркиз.

Она внимательно посмотрела на него.

– Какое понимание? Вернее, что вы понимаете? Разве непонятно – я погибла.

– Нужно заверить миссис Хайвуд и сэра Вернона, что мы достигли взаимопонимания между собой. Взаимопонимания о том, что все держится в тайне до конца моего пребывания на этом приеме. Объявить о помолвке после одной проведенной здесь ночи – значит, вызвать массу новых слухов. А две недели спустя… никому и в голову не придет задаваться вопросами.

Шарлотта расхохоталась.

– Вопросы все равно будут. Вы забыли о моей репутации? Они никогда не поверят, что вы сделали мне предложение по доброй воле. И будут считать, что вам еще посчастливилось сохранить руки-ноги.

Несмотря на возражения, она понимала, что это наилучший из возможных итог их разговора. «Взаимопонимание», которое он предложил… Это, конечно, не решение проблемы, но по крайней мере теперь у нее есть хоть какое-то количество времени. Впереди еще две недели, чтобы найти выход из сложившейся ситуации.

И Шарлотта найдет этот выход. Выход, который устроит их обоих.

Она снова вспомнила слова Колина: «Я тебе верю, детка». Но пока эти таинственные любовники не появятся на сцене, никто больше ей не поверит.

А загадочная парочка не торопилась объявляться. Но это не значит, что найти их будет невозможно. Здесь все-таки загородное поместье, а не Лондон. Возможных вариантов не так много. Если Шарлотта узнает, кто эти люди, и заставит признаться…

Тогда они с лордом Гренвиллом будут чисты от подозрений.

Две недели! Времени хватит. Должно хватить.

– Хорошо. Взаимопонимание так взаимопонимание. – Она поднялась и быстро пожала ему руку, но когда повернулась, чтобы уйти, маркиз удержал ее.

Шарлотта посмотрела на его ладонь, потом на него самого.

– Милорд?

– Они ждут нас – миссис Хайвуд, ваш зять и сэр Вернон. Я не могу позволить вам выйти отсюда в таком виде.

Смутившись, Шарлотта поднесла руку к волосам.

– В каком таком виде?

Обняв, лорд Гренвилл привлек ее к себе.

– Непоцелованной.