Приворожить плейбоя - Эмили Маккей

– Нашли, – ответил Далтон и надавил ей на спину. – Мэг Лэйхем, это Грант Шепард, гендиректор «Траст-банка Шепарда».

– Приятно познакомиться, – сказал Грант, протягивая ей руку.

При виде его жеста Мэг вскипела. Как будто они незнакомы! Как будто не он проводил в ее постели бессчетные ночи! Как будто не он проникал в ее…

Мэг усилием воли протянула руку, готовясь впервые за долгое время ощутить его прикосновение. Как и его голос, рукопожатие было холодным и безликим.

– Добро пожаловать в Хьюстон.

Далтон, доброжелательный и готовый прийти на помощь, все еще держал руку у нее на спине. Мэг ослепительно улыбнулась:

– Спасибо, но я здесь не первый раз.

Его до боли знакомые губы сложились в некое подобие улыбки.

– Сейчас будут играть новую песню. Не желаете потанцевать?

Мэг очень хотелось отказаться, но на нее все смотрели, и ее не покидало чувство, что это своего рода испытание. Ей никогда не приспособиться к этому миру. Миру Кейнов и Шепардов.

Но ради Перл Мэг должна всех убедить, что она из Кейнов. А Кейнов никем не испугать. И уж точно не каким-то там Шепардом.

– Ты не обязана соглашаться, – мягко произнес Далтон.

– Не обязана. – Мэг широко улыбнулась. – Но я сама хочу.

Она откинула все свои сомнения и страхи. Перестала думать о Перл и о том, что она сейчас должна делать. И даже о том, как Грант стоял возле своего банка и держал за талию белокурую богиню. И о том, как пару минут назад торчал у барной стойки с брюнеткой.

Грант просто-напросто бабник. Ей повезло, что он исчез из ее жизни. Впервые Мэг почувствовала облегчение, искреннее облегчение, оттого, что Грант бросил ее и разбил ей сердце. Не колеблясь, она шагнула в его объятия, и он закружил ее по танцполу. Пока Мэг ругала его последними словами, она не думала о том, как же приятно с ним танцевать.

– Ну так что, мистер Шепард, как ваше банковское дело? – любезно спросила она, чтобы отвлечься.

Он внимательно посмотрел на нее, а потом притянул к себе поближе:

– Что это за игры, а?

– Не понимаю, о чем вы.

– Ты решила сделать вид, что не знаешь меня?

Она чуть отступила, увеличивая между ними дистанцию.

– Я действительно тебя не знаю.

– Мэг, – пробормотал он полушепотом.

– Не надо, – с напором ответила она. – У тебя нет никакого права произносить мое имя таким тоном.

– Каким еще тоном?

– Сексуальным и задушевным! – выпалила она.

На его губах мелькнула улыбка, словно Грант принял ее слова за комплимент, и Мэг еле удержалась, чтобы не влепить ему пощечину. Вряд ли она была на это способна, но он выглядел таким самодовольным… Решил, наверное, что она до сих пор по нему сохнет.

– И не надо говорить, что ты меня знаешь. Это не так.

– Я…

– Теперь я совершенно другой человек. – Мэг усмехнулась. – Да и ты вовсе не тот парень, в которого я тогда влюбилась. Впрочем, ты им никогда и не был.

В его глазах на миг показалось что-то темное, страдальческое, и Мэг поняла: ему есть что сказать.

– Давай об этом сейчас не будем, – сказал он.

– Почему? Твоя подружка засечет? Или узнает жена?

– Жена? Ты вообще о чем? – Грант покачал головой, словно ему действительно нечего было сказать.

Мэг тоже не горела желанием говорить об этом. Хотя зря она приплела подружку и жену. Теперь он подумает, что она до сих пор тешит себя надеждами. К тому же Грант мог догадаться, что она за ним шпионила…

Слава богу, песня подошла к концу. Мэг резко отстранилась, и ему пришлось разомкнуть объятия.

– Спасибо за танец, мистер Шепард. Это было незабываемо.

– Подожди, – сказал он, поймав ее за руку. – Нам нельзя здесь говорить, но поговорить мы должны. Может, позавтракаем вместе? Или пообедаем?

– Приглашаешь меня на свидание? – Мэг едва удержалась, чтобы истерически не расхохотаться.

– Нет, – серьезно ответил Грант. – Не на свидание. На разговор.

– Я не собираюсь с тобой ни завтракать, ни обедать. Да я бы с тобой и мятными леденцами не поделилась.

Грант стоял, как-то странно уставившись на край танцпола.

– Нам нужно кое-что обсудить.

Забеспокоившись, что они привлекают внимание, Мэг немного к нему приблизилась.

– Лживый подонок! Мне с тобой нечего обсуждать.

Мэг развернулась и ушла к Кейнам. Однако внезапно ее посетила мысль: а не врет ли она самой себе? Ведь ей о многом хотелось ему рассказать. Решение не говорить ему о ребенке сначала казалось логичным и однозначным. А теперь? Теперь Мэг не была в этом уверена.

И что хуже всего, ей было интересно, что Грант собирался ей сообщить. Ведь в глубине души она никогда не перестанет себя спрашивать, почему же он ушел.